СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ МИРОТВОРЧЕСТВА В АФРИКЕ

ЗАРУБЕЖНОЕ ВОЕННОЕ ОБОЗРЕНИЕ № 8/2000, стр. 2-12

ОБЩИЕ ВОЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ МИРОТВОРЧЕСТВА В АФРИКЕ

Полковник В. ГАВРИЛОВ,

кандидат психологических наук;

полковник С. ШАТКОВ

Изменение военно-политической ситуации в мире, связанное с окончанием «холодной войны», сыграло неоднозначную роль в практике миротворчества. С уходом с JL Аполитической сцены СССР и стремлением США и стран НАТО занять доминирующие позиции в глобальном масштабе появилась опасность превращения миротворчества в средство достижения геополитических целей группы развитых стран Запада, добивающихся расширения сферы влияния различными методами, в том числе путем «управления» конфликтами.

Как показали события последнего десятилетия, ведущие западные государства все активнее руководствуются на практике теорией «нового интервенционизма». Ее основополагающим принципом является допущение и даже оправдание вмешательства, в том числе вооруженного, во внутренние дела стран, где «грубо нарушаются права человека и право наций на самоопределение», поскольку, как считают западные политологи, в современной обстановке главную угрозу миру и стабильности представляют внутренние конфликты, а не внешние факторы. При этом, по мнению экспертов Лондонского института стратегических исследований, на Африканском континенте особенно отчетливо прослеживается тенденция перерастания столкновений внутреннего характера в региональные конфликты, охватывающие целые зоны, превращающиеся в международные и приобретающие хроническую форму.

Теория «нового интервенционизма» окончательно дезавуирует известный со времен Вестфальского мира принцип международного права, согласно которому суверенитет имеет главенство над правами человека. В связи с этим показательно высказывание генерального секретаря ООН Кофи Аннана (апрель 2000 года) о том, что национальный суверенитет обеспечивает защиту маленьким и слабым государствам, но он не должен служить щитом для преступлений против человечности. Он подчеркнул, что в противном случае Совет Безопасности (СБ) имеет моральную возможность действовать от имени мирового сообщества.

Между тем «новый интервенционизм» фактически игнорирует Устав ООН, которым предусматривается непременное единогласие всех постоянных членов СБ (США, России, Великобритании, Китая и Франции) при решении вопросов войны и мира. Независимые эксперты отмечают, что в этом нет ничего необычного - Запад, исповедующий прагматические ценности, всегда стремился создать такой мировой порядок, который в максимальной степени отвечал бы его интересам, и прежде всего собственной безопасности. Иначе говоря, ему свойственно не подстраиваться под существующие нормы, а использовать их для реализации собственной политики - отсюда практика так называемого «двойного стандарта».

Атмосфера, сложившаяся в мире после окончания операции «Буря в пустыне», способствовала возникновению и развитию на Западе новых представлений о возможностях мирового сообщества защитить основные права человека, в частности, от «преступных режимов, ужасов гражданских войн и межнациональных распрей», в том числе в Африке. В настоящее время 17 из 53 государств «черного континента» охвачены войнами и вооруженными конфликтами, убиты и ранены сотни тысяч человек, количество беженцев и перемещенных лиц превысило 9 млн человек. Нельзя сказать, что эти события оказались вне внимания мирового сообщества. По мнению зарубежных экспертов, возникают вопросы относительно мер, предпринятых ООН и ведущими государствами мира для прекращения кровопролития.

«Классические» миротворческие операции ООН предусматривают, как правило, разоружение конфликтующих сторон, разминирование, в случае введения эмбарго на поставки вооружения и военной техники (В и ВТ) - контроль за его выполнением, обеспечение доставки продовольствия и других гуманитарных грузов, предназначенных для облегчения положения пострадавшего в результате военных действий мирного населения и т. д. Нередко «голубые каски» выполняют и сугубо гражданские функции: содействие в организации и проведении выборов, контроль за соблюдением прав человека, временное административное управление и воссоздание административных систем и инфраструктуры.

За последние десять лет под эгидой ООН в мире было проведено больше операций, чем за предыдущие 40, при этом существенно изменилось их содержание. Значительно чаще стали применяться санкции, а в нескольких случаях Совет Безопасности допускал использование «всех необходимых средств», включая вооруженную силу, с целью ликвидации конфликтов или угроз миру. 1994 год стал рекордным в плане проведения миротворческих операций ООН: в них приняли участие 78 тыс. человек, а суммарный бюджет составил 1,3 млрд долларов. Тем не менее зарубежные исследователи отмечают, что традиционные операции по поддержанию мира силами ООН не всегда являлись адекватным ответом на сложившиеся конкретные ситуации и в лучшем случае демонстрировали ограниченную эффективность. Эйфория начала 90-х годов в отношении миротворчества проходила по мере того, как становилось ясно, что ООН отнюдь не настолько действенна, как представлялось раньше. Особенно отчетливо это просматривается на примере миротворческих операций ООН в Африке.

В апреле 1992 года началась операция ООН в Сомали (UNOSOM), призванная контролировать прекращение огня в столице страны - г. Могадишо, обеспечить безопасность гуманитарных поставок и их распределение в городе и пригородах, а затем и по всей территории государства. В Сомали с 1991 года отсутствует центральная власть, страна оказалась поделена на 20 районов, каждым из которых управляет лидер вооруженной группировки, организованной по клановому признаку.

Первоначально в составе миссии насчитывалось 3,5 тыс. сотрудников безопасности, 50 военных наблюдателей и свыше 1 тыс. гражданских специалистов. В декабре 1992 года, после очередного обострения обстановки, была сформирована объединенная оперативная группировка с расширенными полномочиями, вплоть до «принуждения к миру» (фактически она была организована и контролировалась Соединенными Штатами). К лету 1993 года численность военного и полицейского контингентов миссии достигла 28 тыс. человек, на вооружении которых имелось не только стрелковое оружие, но и тяжелая бронетехника. Непосредственную поддержку оказывали боевые вертолеты и морские пехотинцы США. Однако, несмотря на все это, добиться национального примирения так и не удалось. Напротив, участились случаи вооруженного нападения на миротворцев (3 июня 1993 года в Могадишо погибли 24 пакистанских военнослужащих, позже - 18 американских морских пехотинцев), за несколько месяцев общее число потерь превысило 150 военнослужащих. Израсходовав почти 1 700 млн долларов, ООН пересмотрела мандат миссии, исключив, в частности, возможность использования методов принуждения. В результате «голубые каски» стали обеспечивать главным образом собственную безопасность, все перемещения осуществлялись только в пределах столицы по заранее разведанным маршрутам в составе колонн с мощным боевым охранением. К марту 1995 года операция бесславно завершилась.

Межклановые столкновения в Сомали продолжаются с разной степенью интенсивности и в настоящее время. На севере страны появились два никем не признанных государства - Сомалиленд и Пунтленд; 1,6 млн сомалийцев живут на грани голодной смерти. Иностранные наблюдатели, цитируя Генерального секретаря ООН, назвавшего в 1999 году Сомали «черной дырой», одновременно отмечают, что во время проведения этой (и других) миссии именно Кофи Аннан являлся руководителем Департамента миротворческих операций ООН.

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ МИРОТВОРЧЕСТВА В АФРИКЕ

Горящая бронетехника ООН на улицах Могадишо

Конфликт в Руанде между племенами хуту и тутси, тлеющий десятилетиями, вспыхнул в очередной раз в октябре 1990 года. Хуту, составляющие большинство населения страны, восстали против засилья тутси на руководящих должностях в государственных структурах. Миссия ООН в Руанде (UNAMIR) была создана только спустя три года (в октябре 1993-го) на основании резолюции Совета Безопасности 872. Задачами операции были провозглашены обеспечение стабильности и безопасности, помощь в разминировании, оказание содействия в проведении гуманитарных операций, достижение национального согласия. Первоначальная численность военного персонала миссии (2 548 человек) к маю 1994 года была увеличена до 5 820 военнослужащих. В это же время гражданская война в стране приобрела ожесточенный характер, и мандат был «скорректирован»: «миротворцам» ставилась задача обеспечить безопасность гражданского населения, запрашивающего у миссии убежища, и выступить в качестве посредников в переговорах между противоборствующими сторонами. Но переговоры не проводились, поскольку началась массовая резня, а относительная безопасность мирного населения была обеспечена лишь в одной зоне, представляющей собой треугольник, образованный населенными пунктами Кибуйе - Джиконгоро - Сьянгугу (находилась под охраной французского воинского контингента). Это была единственная конкретная акция, проведенная миссией в соответствии с Главой VII Устава ООН. Примечательно, что с июня 1993 года параллельно действовала еще одна миссия ООН - на угандийской стороне границы между Руандой и Угандой. 81 военный наблюдатель и гражданский персонал должны были осуществлять контроль за границей и предотвращать поставки воюющим сторонам оружия и боеприпасов. Однако задача оказалась невыполнимой, и 21 сентября 1994 года эта миссия была закрыта.

Между тем обстановка оставалась напряженной: в апреле 19 95 года свыше 3 000 тутси, большинство из которых составляли старики, женщины и дети, были вырезаны боевиками хуту прямо в лагере беженцев в Кибехо. Реакция правительства Руанды была такова: лагеря закрыть. Кровопролитие удалось остановить только после того, как на помощь истребляемым тутси пришли подразделения армии Уганды. В марте 1996 года миссия ООН, потеряв убитыми 26 человек и израсходовав 437,5 млн долларов, но таки не добившись ни одной из объявленных целей, была свернута.

В 1999 году независимая комиссия под руководством бывшего премьер-министра Швеции Ингвара Карлссона, занимавшаяся анализом миротворческой деятельности ООН в Руанде, пришла к однозначному заключению: «Объединенные Нации не предотвратили и не остановили геноцид в этой стране по причине недостатка воли и желания». Из представленных комиссией документов следует, что ООН располагала сведениями о готовящейся массовой расправе над невинными людьми и игнорировала их, не предприняла практически ничего для того, чтобы не допустить убийство свыше 800 тыс. руандийцев. Неопровержимые выводы комиссии побудили Генерального секретаря ООН Кофи Анна-на сделать в декабре 1999 года беспрецедентное заявление: «От имени ООН я признаю данный провал и выражаю огромное сожаление».

Необходимо отметить, что с 1994 года в г. Аруша (Танзания) начал действовать Международный трибунал ООН по расследованию геноцида в Руанде, а его апелляционный суд расположен в Гааге. За все время работы трибунала удалось завершить всего несколько процессов: так, бывший премьер-министр Руанды Жан Камбанда был приговорен к пожизненному заключению, бывший лидер отрядов хуту Омар Серушаго - к 15 годам лишения свободы, а бывший сотрздник МИД и руководитель государственной радиостанции «Тысяча холмов», активно разжигавшей межнациональную рознь, был освобожден решением апелляционного суда.

С 1993 года практически аналогичные руандийским события происходили в соседней стране - Бурунди, где в течение шести лет гражданской войны были убиты свыше 200 тыс. человек, а более 1,2 млн - при общей численности населения 6,2 млн - оказались перемещенными лицами. Однако вопрос об открытии там миротворческой миссии даже не обсуждался ни в ООН, ни в Организации африканского единства (ОАЕ). Соседние государства отреагировали только когда 25 июля 1996 года к власти в результате переворота пришел нынешний президент майор Пьер Буйоя, находившийся во главе государства в период с 1987 по 1993 год - спустя несколько дней они объявили торговое эмбарго, действие которого сохранялось в течение 30 месяцев.

Как и в Руанде, командные посты в государственных структурах, и в первую очередь в армии, в Бурунди занимают представители этнического меньшинства тутси, что вызывает резкое недовольство большинства населения - хуту. С октября 1996 года предпринимались попытки наладить диалог между местными властями и оппозицией хуту, возглавляемой «Национальным советом в защиту демократии», однако лишь в марте 2000 года удалось выработать проект соглашения о мирном урегулировании. Это неудивительно - трудно договариваться под грохот канонады: ряд лагерей повстанцев хуту расположен в непосредственной близости от столицы страны - г. Бужумбура, и там нередко распространяются листовки угрожающего содержания. Боевики периодически переходят от слов к делу: например, в новогоднюю ночь, 31 декабря 1996 года, в результате нападения на город погибли более 200 человек. С целью недопущения массовых столкновений осенью 1999года были созданы лагеря для перемещенных лиц, в которых под охраной военнослужащих находятся около 3 50 тыс. хуту, однако в начале 2000-го власти страны утвердили план закрытия 16 таких лагерей.

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ МИРОТВОРЧЕСТВА В АФРИКЕ

Французские миротворцы у вскрытого массового захоронения жертв геноцида в Руанде

С 2000 года в качестве посредника на переговорах по нормализации обстановки в этой стране, проходящих в танзанийском г. Аруша, выступает бывший президент ЮАР Нельсон Мандела, однако предложенный им принцип «один человек - один голос» вызвал недоумение и даже волну протеста со стороны правящего режима Бурунди: восемь политических партий обвинили Манделу в «стремлении добиться несправедливых преимуществ для народности хуту». Тем временем наиболее непримиримые отряды хуту перенесли боевые действия за пределы страны. В феврале 2000 года они атаковали г. Увира в Демократической Республике Конго (ДРК), который находится под контролем конголезских повстанцев - тутси.

Пассивное, мягко говоря, отношение ОАЕ и ООН к событиям в Бурунди - отнюдь не единичный пример. С декабря 1998 года ожесточенные бои с применением тяжелого вооружения спорадически отмечаются в Конго (Браззавиль). Основными противоборствующими сторонами являются правительственные войска, поддерживающие президента страны Дени Сассу-Нгессо, и формирования мятежников, сохраняющие верность находящимся в эмиграции свергнутому президенту Паскалю Лиссубе (отряды организации «Нинзя») и его премьер-министру Бернару Колеле («Зулусы»). Бои привели к серьезным разрушениям в столице страны и массовому бегству мирного населения.

До сих пор не урегулирован один из самых продолжительных и кровопролитных конфликтов на Африканском континенте - в Анголе. США долгое время открыто поддерживали оппозиционную группировку УНИТА («Национальный союз за полную независимость Анголы»), предоставляя ей финансовую помощь и снабжая оружием. Тогда это диктовалось стремлением противодействовать влиянию СССР.

После достижения соглашения о прекращении огня и выводе с территории страны кубинских войск, участвовавших в боях совместно с правительственными вооруженными силами, 20 декабря 1988 года была создана миссия ООН (UNAVEM - United Nations Angola Verification Mission), бюджет которой составил 16, 5 млн долларов, 70 военных наблюдателей контролировали полный вывод кубинских войск. В мае 1991 года было подписано «Соглашение об установлении мира» между правительством страныи УНИТА, а миссия была преобразована в UNAVEM-П с задачей контроля за соблюдением соглашения и наблюдения за подготовкой и проведением всеобщих выборов в стране. Численный состав миссии был увеличен - он включал 476 военных и полицейских наблюдателей, а также около 400 международных гражданских наблюдателей за проведением выборов. Состоявшиеся в сентябре 1992 года выборы ООН признала свободными и справедливыми, однако их результаты были отвергнуты проигравшей стороной - УНИТА, и уже в октябре бои возобновились, в том числе непосредственно в столице - г. Луанда. Вскоре боевики УНИТА были изгнаны оттуда, но вновь перешли к тактике партизанской борьбы в провинциях.

20 ноября 1994 года по инициативе Португалии, Российской Федерации и США, образовавших «тройку» государств-наблюдателей, и под эгидой ООН был подписан Лусакский протокол - очередное мирное соглашение между правительством Анголы и группировкой УНИТА. Документом предусматривалось, в частности, проведение разоружения и демобилизации всех вооруженных формирований УНИТА, численность которых составляла, по оценкам иностранных специалистов, около 63 тыс. человек, 26 тыс. из которых, в том числе 18 генералов, впоследствии должны были интегрироваться в вооруженные силы и полицию Анголы. Эти планы остались нереализованными, прежде всего из-за взаимного недоверия сторон.

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ МИРОТВОРЧЕСТВА В АФРИКЕ

Индийские «голубые каски» в Анголе

В феврале 1995 года миссия ООН вновь была реформирована (UNAVEM-Ш), санкционировано увеличение ее военного компонента до 7 тыс. военнослужащих, в том числе 350 военных наблюдателей. 1 июля 1997 года последовало очередное преобразование: на этот раз миссия получила новое название -MONUA (Missao de Observasao das Nacoes Unidas em Angola), а ее мандат на основании резолюции СБ ООН 1118 от 30 июня 1997 года предусматривал «оказание помощи ангольским сторонам в упрочении мира и углублении процесса национального примирения». К этому времени было израсходовано более 370 млн долларов, 37 сотрудников ООН погибли. Предполагалось, что по мере демобилизации отрядов УНИТА, разоружения гражданского населения и распространения государственного управления, то есть центральной власти, на всю территорию страны персонал ООН будет постепенно выводиться. Весной 1997 года представители повстанцев вошли в состав правительства Анголы, летом формально завершилось создание единой национальной армии, а в марте 1998-го руководство страны официально признало группировку в качестве политической партии. Но УНИТА по-прежнему располагала организованными, укомплектованными и оснащенными современной техникой мобильными военными формированиями на значительной части территории страны, контролируя, в том числе, ряд алмазодобывающих районов.

Шаткое равновесие не могло сохраняться продолжительное время, стороны все чаще стали обвинять друг друга в невыполнении соглашений и провокациях. В июне 1998 года при таинственных обстоятельствах потерпел катастрофу самолет ООН, в котором погибли ряд руководителей миссии, в том числе специальный представитель Генерального секретаря А. М. Блондин-Бэй (Мали). Незадолго до этого произошла плановая замена командующего миротворческими силами ООН в Анголе. Новому руководству миссии требовалось время для установления рабочих контактов с конфликтующими сторонами и «тройкой», было необходимо вникнуть в обстановку, выработать соответствующие рекомендации и т. д. Однако обстановка развивалась стремительно: в течение последующих трех месяцев отряды УНИТА захватили 55 населенных пунктов, в том числе несколько довольно крупных. Назрела реальная опасность эскалации конфликта, что и произошло -с декабря 1998 года начались крупномасштабные боевые действия.

Руководство Анголы обвинило миссию ООН в пассивности и нежелании предпринять конкретные решительные меры для соблюдения достигнутых договоренностей. Наблюдатели отмечают, что у части ее персонала действительно отсутствовала мотивация к самоотверженным действиям. Например, когда формирования УНИТА вплотную подошли к г. Уамбо - центру одноименной провинции - и начали его артиллерийский обстрел, особое значение приобрела достоверная и оперативная информация из расположенного там регионального штаба миссии, крайне необходимая для оценки обстановки и принятия решений. Именно в этот момент персонал узла связи покинул свои рабочие места, в результате чего под угрозой оказались жизни многих сотен людей.

К сожалению, без жертв не обошлось: в декабре 1998 года и январе 1999-го в районе Уамбо были сбиты два зафрахтованных ООН транспортных самолета С-130 «Геркулес», в результате чего погибли 23 человека. При выводе контингента ООН из Уамбо один намибийский военнослужащий был убит, несколько ранены. В феврале 1999 года миссия была официально закрыта по настоянию президента и правительства принимающей стороны - беспрецедентный случай в истории миротворческих операций ООН.

Осенью 1999 года ангольские правительственные войска развернули мощное наступление, в результате которого подразделения УНИТА потерпели самое серьезное поражение за все годы противоборства: они потеряли штаб-квартиру в Андуло и основные базы снабжения. Тем не менее, иностранные эксперты полагают, что конфликт не исчерпан -у повстанцев есть огромный опыт ведения партизанской войны в буше, поддержка части населения в отдаленных районах и, самое главное, огромные финансовые ресурсы. Так, по оценкам экспертов ООН, за последние десять лет доходы УНИТА от продажи алмазов превысили 4 млрд долларов (несмотря на введенные в 1993 году международные санкции). С помощью посредников алмазы поступали в Антверпен (Бельгия), а на вырученные от их продажи средства закупалось все необходимое, в том числе современное вооружение, включая тяжелое. Так, в официальном докладе ООН (комиссии Фоулера), обнародованном в марте 2000 года, указывалось, что В и ВТ поступали в адрес УНИТА из ряда стран (главным поставщиком называется Болгария) при посредничестве Того, Буркина-Фасо, Кот-д'Ивуара, Заира и ряда других государств.

Именно богатейшие запасы алмазов и нефти в Анголе - один из главных факторов, стимулирующих интерес к ней со стороны США, Франции, Великобритании, Португалии, Норвегии, Бельгии (например, к 2005 году до 10 проц. импортируемой США нефти будет иметь ангольское происхождение). Именно эти государства - члены НАТО все активнее занимают лидирующие позиции в стратегически важных отраслях промышленности страны как самостоятельно, так и тесно сотрудничая с ЮАР, Бразилией и Израилем (по сообщениям зарубежной прессы, в начале 2000 года правительство Анголы обязалось продавать алмазы исключительно израильской компании «Аскорп»).

Перечень миссий ООН, не увенчавшихся успехом, не ограничивается вышеперечисленными. Миссия наблюдателей этой международной организации в Либерии была открыта в сентябре 1993 года первоначально в составе 368 военнослужащих. Ее задачей являлось оказание содействия переходному правительству страны в реализации мирных соглашений, наблюдение за разъединением сторон, избирательным процессом. В ноябре 1996 года Генеральный секретарь ООН Бутрос Б. Гали на основании своих подсчетов сообщил, что требуется не более 92 военных наблюдателей. В сентябре 1997 года миссия, израсходовав более 114 млн долларов, была закрыта без потерь среди персонала. Перестрелки на улицах столицы страны - г. Монровия - продолжаются до сих пор, ежедневно отмечаются многочисленные случаи бандитизма и грабежей.

Миротворческая миссия ООН в Центральноафриканской Республике (ЦАР), созданная в 1998 году, была закрыта в феврале 2000-го по истечении шести месяцев после того, как президент страны Анж-Феликс Патассе одержал победу на всеобщих выборах в сентябре 1999-го. Он уже побеждал на выборах в 1993 году, однако за этим последовали три попытки военного переворота, что, собственно, и стало причиной ввода на территорию ЦАР международного контингента в составе 1 380 военнослужащих из Габона, Мали, Сенегала, Того, Чада, Египта, Буркина-Фасо, Кот-д'Ивуара, Канады и Франции. Примечательно, что президент Чада И. Деби назвал вывод «голубых касок» преждевременным и обращался к СБ ООН с просьбой продлить пребывание миссии в ЦАР с тем, чтобы предотвратить ухудшение обстановки в этой стране, аргументируя свою позицию нестабильной ситуацией как в самой ЦАР, так и соседних государствах - Демократической Республике Конго, Судане и Конго (Браззавиль).

По мнению иностранных аналитиков, успешной можно считать миссию ООН в Мозамбике и группы наблюдателей в Намибии, впрочем, не благодаря, а вопреки «миротворцам», не успевшим повлиять на примирение противоборствующих сторон.

В 2000 году в Африке на основании резолюций СБ ООН разворачиваются две крупные миротворческие миссии - в ДРК и Сьерра-Леоне.

Ситуация в ДРК (бывшем Заире) развивается драматически. По мнению постоянного представителя США в ООН Ричарда Холбрука, «Конго - это, быть может, самая большая проблема, с которой мы сталкиваемся; мы не можем отвернуться от нее».

В годы правления Мобуту Сесе-Секо США поставили в Заир В и ВТ на сумму 300 млн долларов, еще около 100 млн было затрачено на подготовку личного состава заирской армии. В 1997 году президент Мобуту был низложен, его сменил Лоран-Дезире Кабила. Как отмечают эксперты Института всемирной политики (Нью-Йорк), «когда Кабила захватил власть, администрация Клинтона быстро предложила военную помощь и содействие в разработке плана обучения новых вооруженных сил». Однако уже в августе 1998 года в ДРК вспыхнул военный мятеж конголезских тутси, который немедленно поддержали Уганда и Руанда (а также, по некоторым данным, добровольцы из Бурунди), введя свои войска на территорию этой страны. Военную помощь правительству оказали Ангола, Намибия и Зимбабве, которые направили туда свои воинские контингенты. На стороне Кабилы сражались также ополчения руандийских хуту - «интерахамве», участвовавшие в геноциде тутси в Руанде и бежавшие затем в Конго. Все это дало повод госсекретарю США М. Олбрайт назвать конфликт в ДРК «первой мировой африканской войной».

В то же время некоторые африканские СМИ обратили внимание на тот факт, что «неожиданное и довольно успешное выступление 30 тыс. хорошо организованных повстанцев было явно не случайным и свидетельствует о продуманной подготовке и больших возможностях организаторов». Отмечается, что именно в Уганде и Руанде последние годы активно действовали созданные США тренировочные центры для подготовки местных военнослужащих к участию в миротворческих операциях в рамках разработанной ими «Инициативы кризисного реагирования в Африке». Согласно сообщениям иностранной печати, по другой программе - «Международное военное обучение и образование» - США выделили ряду африканских стран в 1998 году 7,9 млн долларов, в 1999-М-8Д млн, а на 2000-й запланировано 8,5 млн. Примечательно, что средства (нередко это кредиты для закупки вооружения) направляются государствам, непосредственно участвующим в конфликте в ДРК «по разные стороны баррикад» (только в 2000 году Уганде должно быть предоставлено 400 тыс. долларов, Руанде - 325 тыс., Зимбабве - 300 тыс., Намибии-175 тыс., самой ДРК - 75 тыс.). Обращает на себя внимание тот факт, что Соединенные Штаты, являясь крупнейшим в мире поставщиком В и ВТ, в том числе в «горячие точки», занимают отнюдь не лидирующее положение в списке стран-доноров, выделяющих средства на миротворческую деятельность, гуманитарную помощь и т. д. Суммарная задолженность США в бюджет ООН, в том числе на миротворческие операции, составляет в настоящее время 1,17 млрд долларов. В декабре 1999 года Вашингтон из-за этого оказался под угрозой лишения права голоса на Генеральной Ассамблее ООН и во избежание громкого скандала был вынужден срочно выплатить взнос на сумму 51,2 млн долларов.

Летом 1999 года в г. Лусака (Замбия) все воюющие стороны подписали соглашение о мирном урегулировании, однако оно так и не вступило в полную силу. В феврале 2000 года СБ ООН санкционировал увеличение численности миссии ООН в ДРК до 5 537 человек и продлил ее мандат до 31 августа 2000 года. В марте президент Кабила выразил готовность принять до 5 000 «голубых касок» (первыми должны прибыть контингенты из Египта, Иордании, Пакистана и Сенегала, свою готовность направить миротворцев выразили также правительства Замбии и ЮАР) и 500 военных наблюдателей ООН, а в дальнейшем - еще 20 тыс. миротворцев из различных стран. Всего планируется создать четыре сектора - два в районах, контролируемых правительством (со штабами в городах Мбужи-Майи и Мбандака) и два - в подконтрольных повстанцам (штабы намечено разместить в городах Кинду и Кисангани). Однако в апреле этого года в стране произошли очередные крупные вооруженные столкновения противоборствующих сторон в провинциях Катанга, Киву, Касаи и Экваториальная, и вновь встал вопрос о «своевременности» полномасштабного развертывания миротворческой миссии. Более того, в районе Кисангани произошли вооруженные столкновения между дислоцированными там армейскими подразделениями Уганды и Руанды, поддерживающими соперничающие конголезские повстанческие группировки.

В связи с этим в зарубежной печати стали вновь анализировать материалы дебатов по вопросу обстановки в странах Африки, состоявшихся в СБ ООН в декабре 1999 года. Тогда посол Роберт Фоулер (Канада) заявил: «Совет Безопасности слишком часто по ряду финансовых и политических причин умудрялся избегать в большой мере своей ответственности за поддержание мира и безопасности в Африке». Член СБ, представитель Намибии Мартин Анджаба заявил, что «Совету Безопасности грозит постепенная потеря доверия и авторитета в Африке». По его словам, Конго - «пробный камень» для политики миротворчества в Африке. Анджаба обвинил СБ ООН в проволочках и отсутствии политической воли. Его поддержали представители ЮАР и ряда других африканских стран. Показательны слова руководителя департамента миротворческих операций ООН Бернара Мийе: «Я знаю, что имеется определенный скептицизм относительно способности ООН осуществлять миротворческие операции. И я должен сказать, что подобный скептицизм таится и в недрах самой организации, где вызывает недоумение, зачем идти на такой риск в столь опасных условиях. Но как бы не были малы шансы на успех, мы должны рискнуть».

Что касается властей ДРК, то они предельно осторожно относятся к присутствию сил ООН. По мнению госминистра иностранных дел и по делам сотрудничества И. Ндомбаси, «опыт 40-летней давности не позволяет нам избавиться от опасения, что события могут развиваться по нежелательному для нас сценарию». В этой фразе содержится откровенный намек на то, что в 1961 году ООН не сумела предотвратить убийство первого премьер-министра страны Патриса Лумумбы, который был сначала заключен в тюрьму полковником Мобуту Сесе-Секо, а затем доставлен на бельгийском самолете (причем во время перелета он подвергался пыткам) в провинцию Катанга, где сепаратисты Чомбе и бельгийские офицеры убили этого видного политического деятеля, а труп растворили в кислоте. Подобные настроения сохранились идо настоящего времени, именно поэтому осенью 1999 года власти Киншасы заявили, что среди передовой группы офицеров связи ООН якобы «имеется человек, получивший задание убить главу государства».

Обстановка в стране еще более осложнилась, когда на северо-востоке в результате безвластья начались кровопролитные стычки между племенами ленду и хема. Поводом к этому межэтническому конфликту стало социально-экономическое различие между более многочисленным, но бедным племенем землевладельцев ленду и богатыми по местным меркам скотоводами хема. В июне 1999 года ленду инициировали нападение на хема, обвинив их в захвате земель, богатых кофе, золотом и другими ресурсами. За несколько месяцев было убито свыше 7 тыс. человек, среди них - много женщин и детей.

Ситуация в Сьерра-Леоне также далека от урегулирования. В июле 1999 года в столице Того - г. Ломе - состоялось подписание мирных соглашений, провозгласивших окончание восьмилетней гражданской войны между правительством и повстанцами. Документом предусматривались, в частности, регистрация бойцов «объединенного революционного фронта» и сдача ими оружия в специальных пунктах под контролем сил ООН (миссия ООН в Сьерра-Леоне была учреждена решением Совета Безопасности от 13 июля 1998 года), а также содействие возвращению в страну 480 тыс. беженцев, нашедших убежище в соседних Гвинее и Либерии.

По оценкам иностранных военных экспертов, общее число подлежащих регистрации боевиков различных повстанческих формированийдостигает 45 тыс. человек, однако только 16,5 тыс. зарегистрировались, причем многие из них отказались сдать оружие. Более того, они создают всевозможные препятствия (дело неоднократно доходило до перестрелок и захвата заложников) с тем, чтобы не допустить «голубые каски» к местам намеченной дислокации - в основном на севере и востоке Сьерра-Леоне. Лидеры крупнейшей оппозиционной организации - «объединенного революционного фронта» - решительно возражают против присутствия там контингента ООН, в особенности в районе г. Кене-ма (место алмазодобычи). Повстанцы не ограничиваются словами: в мае они захватили и в течение пяти дней удерживали г. Масиака (в 60 км от столицы), подверглась нападению и была разоружена колонна замбийских «голубых касок», 75 суток находился в блокаде лагерь миротворцев из Индии, отмечались вооруженные столкновения с военнослужащими кенийского и нигерийского контингентов. В феврале 2000 года СБ ООН проголосовал за увеличение численности «голубых касок» до 11,1 тыс. человек, а впоследствии было принято решение довести их число до 16,5 тыс. По сообщениям иностранной печати, с июля 1998 по июнь 2000 года расходы ООН на миссию в Сьерра-Леоне составили 265 млн долларов, ее бюджет на период до июня 2001 года может превысить 476 млн.

Особенность миротворческой миссии в Сьерра-Леоне заключается в том, что впервые в ней участвовали крупные контингенты Западноафриканских миротворческих сил (ЭКОМОГ) - свыше 6 тыс. военнослужащих, основу которых составили нигерийские подразделения. Этот факт наглядно продемонстрировал реализацию новой стратегической тенденции в политике Запада - установление и поддержание мира в Африке руками самих африканцев.

Администрация США извлекла из акции в Сомали урок: американский воинский контингент больше не принимал участие ни в одной миротворческой операции ООН в Африке. Присутствие Соединенных Штатов отмечается лишь в миссии по проведению референдума в Западной Сахаре (MINURSO), где персоналу ООН ничто и никто не угрожает. Именно здесь проходят службу в качестве военных наблюдателей офицеры ВС США, а ключевые посты - специального представителя Генерального секретаря и его личного посланника - занимают американцы (в феврале 2000 года президент Клинтон упомянул о намерении США направить своих наблюдателей в миссию ООН в ДРК, но лишь при условии прекращения огня и обеспечения их безопасности).

Это не означает, однако, что Белый дом ослабил попытки повлиять на развитие событий в «горячих точках» на континенте. Поскольку национальные интересы США имеются, судя по заявлениям представителей администрации, практически повсеместно, руководство страны предпринимает активные шаги по их «защите» с учетом особенностей местных реалий. Как заявил Р. Холбрук, «эти миротворческие усилия должны быть решительными и эффективными. Мы не можем себе позволить терпеть неудачи, подобные тем, какие имели место в Боснии, Сомали и Руанде, которые едва не привели к краху ООН».

В связи с этим Пентагон сконцентрировал свои усилия, в частности, на программе создания Африканских сил реагирования на кризисы, которой предусматривается подготовка миротворческих батальонов из семи африканских стран общей численностью 12 тыс. человек. По мнению американцев, основу таких сил быстрого реагирования (СБР) должны составлять воздушно-десантные подразделения сбалансированного состава, которые при необходимости возможно развернуть в отдельные бригады; включающие парашютно-десантные батальоны, имеющие на вооружении противотанковые средства, легкую артиллерию, переносные комплексы ПВО, инженерные средства и средства связи. Особое значение приобретает необходимость соответствующего боевого и тылового обеспечения, в первую очередь авиационного сопровождения. Как полагают американские военные эксперты, такую бригаду целесообразно комплектовать по принципу многонациональности на ротационной основе сроком на несколько лет.

По мнению американских военных специалистов, африканские СБР могли бы получать задачи в пределах Африки на проведение различных миротворческих операций - от наблюдения и поддержания мира до принуждения к миру. Под видом миротворческих операций могли бы осуществляться и другие миссии, такие, как восстановление свергнутого режима, подавление мятежей или сильных волнений в промышленных зонах. Другая область, в которой, как считают американцы, возможно использовать африканские силы, -защита или спасение собственности какого-либо государства, находящейся на территории другой страны в случае высокой вероятности насильственных действий в отношении этой собственности. Таким образом, СБР могли бы выполнять задачи по дополнительной охране посольств, энергетических сооружений, нефтяных скважин, шахт и других индустриальных комплексов.

При этом, по мнению американских экспертов, в качестве легитимного органа, наделяющего силы быстрого реагирования всеми необходимыми полномочиями, не обязательно следует рассматривать ОАЕ. На данную роль могут претендовать также и менее амбициозные и масштабные органы под эгидой «любой региональной африканской организации безопасности, которая могла бы возникнуть». А это предполагает создание отдельных СБР для различных зон Африканского континента.

Такое деление уже наблюдается на практике. Так, в Западной Африке делается ставка на Нигерию и Сенегал - именно этим странам США и Франция оказывают наиболее значительную военно-техническую помощь и содействие. При этом Сенегал рассматривается как противовес Нигерии, являющейся субрегиональным лидером и выступающей за самостоятельное решение африканцами своих проблем в рамках уже созданных экономических и военно-политических образований.

В связи с этим обращает на себя внимание решение, которое приняли участники проходившей в 1998 году в г. Ямусукро (Кот-д'Ивуар) встречи министров иностранных дел, обороны и внутренних дел Экономического сообщества стран Западной Африки (ЭКОВАС). В заключительном коммюнике указывается, что ЭКОМОГ призваны стать основой миротворческих сил в Западной Африке. Министры высказались за создание регионального «механизма предупреждения, управления, урегулирования конфликтов и поддержания мира» и поручили исполнительному секретариату ЭКОВАС разработать структуру «сил по поддержанию мира, базой которых послужат ЭКОМОГ».

Зарубежные аналитики отмечают, однако, что урегулирование нескольких конфликтов одновременно может оказаться непосильной задачей для ЭКОМОГ. Примером тому служат события в Гвинее-Бисау. Согласно соглашению от 3 ноября 1998 года, подписанному президентом Жоау Бернарду Виейрой и генералом Ансумане Мане, положившему конец гражданской войне в стране, ЭКОВАС обязалось развернуть силы разъединения численностью 1450 человекиз Бенина, Гамбии, Того и Нигера. Этот контингент должен был заменить 2 500 сенегальских и гвинейских солдат, прибывших в страну на помощь президенту Гвинеи-Бисау в начале конфликта (июнь 1998 года). Но в связи с событиями в Сьерра-Леоне руководство ЭКОВАС заявило, что оно не в состоянии финансировать согласованную операцию и сократило численность своих миротворцев в Гвинее-Бисау до 600 военнослужащих. 31 января 1999 года боевые действия между противоборствующими группировками возобновились, причем генерал Мане обвинил Францию во вмешательстве во внутренние дела страны.

Франция действительно играет активную роль в происходящих на «черном континенте» процессах. Несмотря на сокращение своего военного присутствия в бывших африканских колониях (в 2000 году численность находящихся там французских военнослужащих не превышает 5 тыс. человек) и заявления о том, что Париж более не намерен участвовать в односторонних военных операциях в Африке, при непосредственной поддержки Франции создаются межафриканские региональные силы (МАРС), предназначенные для проведения гуманитарных операций в странах Западной Африки «под общим руководством и с санкции ООН». В рамках программы «Усиление африканских возможностей по поддержанию мира» Франция обязалась ежегодно готовить и экипировать по одному батальону от африканских стран, изъявивших желание участвовать в МАРС (Ганы, Гамбии, Гвинеи, Гвинеи-Бисау, Кабо-Верде, Кот-д'Ивуара, Мавритании, Мали и Сенегала).

Вашингтон и Лондон наряду с их собственной инициативой создания Африканских сил реагирования на кризисы также проявляют интерес к формированию МАРС и развитию их боевого потенциала. Позицию Италии обозначил в феврале 2000 года заместитель министра иностранных дел Рино Серри, который является специальным представителем Европейского союза по проблемам Африканского Рога (еще одна «горячая точка» на континенте). Он назвал «маловероятным» направление западных миротворческих сил для разъединения участников эфиопско-эритрейского конфликта, однако не отрицал возможности прибытия в зону конфликта «международных наблюдателей из африканских стран, вооруженных легким стрелковым оружием». Примечательно, что в Департаменте миротворческих операций ООН уже приступили к разработке плана открытия миротворческой миссии в этом регионе.

Одной из первых проверок боеготовности миротворческих контингентов, предназначенных для действий в составе МАРС, стало многонациональное учение под кодовым наименованием «Гидимака», проведенное в районе стыка границ Сенегала, Мавритании и Мали в период с 17 февраля по 1 марта 1998 года. В учении, целью которого являлась отработка вопросов проводки гуманитарного конвоя и создание зоны безопасности, принимали участие 3,5 тыс. военнослужащих из 11 государств. На период учения была сформирована сводная миротворческая бригада из контингентов вооруженных сил ряда франко-, англо- и португалоговорящих стран региона. Основные затраты, связанные с проведением маневров (примерно 6,5 млн долларов), Франция взяла на себя.

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ МИРОТВОРЧЕСТВА В АФРИКЕ

Военнослужащие ЮАР на учениях миротворческих сил

Такие учения регулярно проводятся в различных частях Африканского континента. Так, по сообщениям иностранной печати, в январе 2000 года очередные маневры прошли в Габоне. В них приняли участие более 1,4 тыс. военнослужащих из африканских стран (Габона, Камеруна, ЦАР, Сан-Томе и Принсипи, Чада, Бурунди) и государств -членов НАТО (Франции, Испании, Португалии, Бельгии, Голландии, Великобритании и США). Зарубежные военные эксперты полагают, что широкое участие в учениях контингентов различных государств обеспечивает возможность осуществлять реальную переброску войск на значительные расстояния.

На юге Африки делается ставка на миротворческие контингенты, основу которых должны составить военнослужащие ЮАР. В 1998 -1999 годах на территории ЮАР проводились учения миротворческих сил с привлечением контингентов из ряда соседних стран, переброска которых осуществлялась, в частности, самолетами С-141 ВВС США. В октябре 1999 года на севере Намибии прошло КШУ командования вооруженных сил стран Сообщества развития Юга Африки, целью которого являлось создание механизма проведения миротворческих операций. В нем приняли участие представители Анголы, Зимбабве, Лесото, Замбии, Мадагаскара, Намибии и ЮАР. В феврале 2000 года заключено соглашение о сотрудничестве в области миротворчества между ЮАР и Мозамбиком, а в марте в г. Киншаса делегация ЮАР в составе министров иностранных дел, обороны и безопасности обсудила с руководителями ДРК «назревшие вопросы как двустороннего, так и регионального характера» и возможность направления в состав миссии ООН в ДРК миротворческого контингента из ЮАР.

Другая стратегическая тенденция в политике Запада в Африке заключается в усилении роли субрегиональных командований НАТО. В ходе реорганизации ОВС Североатлантического союза было создано региональное командование ОВС НАТО «Юг» (штаб в г. Неаполь), которому подчинены четыре субрегиональные командования, в том числе «Юго - Запад» (штаб в г. Ретамарес, 15 км западнее Мадрида). Официально Северная Африка в зону ответственности нового командования не входит, однако, по сообщениям зарубежной печати, в его подчинении планируется иметь до 50 тыс. человек, предназначенных для участия в возможной операции по сохранению мира (по типу боснийской) и «отражению любой угрозы в этой потенциальной зоне нестабильности». Не исключается также, что войска именно этого командования должны в случае необходимости встать на пути массовых потоков иммиграции из Северной Африки в Европу, способных возникнуть в связи с «демографическим взрывом» в данном регионе. При этом зарубежные эксперты обращают внимание на решение Испании направить в Мелилью - свой анклав на территории Марокко - дополнительные подразделения численностью 4,5 тыс. человек «с целью усиления борьбы с незаконной иммиграцией». Однако, по мнению аналитиков, они могут быть использованы также для выполнения задач по обеспечению высадки и развертывания основных сил субрегионального командования. Кроме того, между Марокко и Испанией существует соглашение о совместной обороне, в частности, зоны Гибралтара.

Одновременно в рамках так называемой «средиземноморской инициативы» НАТО укрепляется военное сотрудничество альянса с рядом государств Средиземноморья, в том числе Египтом, Тунисом, Мавританией, Марокко и Алжиром. В ходе визита в Марокко (февраль 2000 года) министр обороны США Уильям Коэн заявил о необходимости «повысить качество совместных учений и предусмотреть другие многосторонние акции».

В 1996 году Испания, Италия, Португалия и Франция создали в рамках Западноевропейского союза «Южные евросилы». В зону ответственности новой структуры были включены, в частности, Марокко, Алжир, Тунис, Ливия и Египет. В качестве ее основной задачи было объявлено проведение «гуманитарных» операций по эвакуации европейцев из стран региона в случае возникновения в них кризисных ситуаций, а также операций по поддержанию мира. Поскольку численность этих «евросил» была доведена до 25 тыс. человек, некоторые иностранные военные эксперты отметили, что такая эдттировка войск значительно превосходит необходимую для проведения обычной гуманитарной операции и поэтому главная ее задача, возможно, состоит в обеспечении гарантированного доступа к источникам энергоносителей в случае развития кризисной ситуации в Северной Африке (Алжир и Ливия в настоящее время покрывают большую часть потребностей Южной Европы в нефти и газе).

Нюансом «миротворческих процессов», и особенно в Африке, является активное участие в них частных компаний, большинство из которых обосновалось в ЮАР, Великобритании и США, а некоторые - во Франции и Израиле. Главной целью эти фирмы объявляют усиление военных возможностей своих клиентов посредством оказания им различного содействия. На практике речь идет о посредничестве в приобретении В и ВТ, обучении военному делу, а в ряде случаев и предоставлении услуг «псов войны». Так, по крайней мере две компании - «Икзекьютив ауткамз» (ЮАР) и «Сэндлайн интернэшнл» (США) - рекламируют свой профессионализм в этой области. Другие, например американская «Милитэри профэшнл рисорсиз», занимаются в основном обучением личного состава национальных армий. Британская «Дефенс системе лимитед» ориентирована на «защиту интересов корпораций, действующих в нестабильных районах». Узкоспециальный бизнес третьих сводится к обучению действиям по разрешению инцидентов при похищении людей. Указывая на отсутствие в арсенале мирового сообщества действенных принудительных мер к заключению мира в региональных конфликтах, представители частных военных компаний активно предлагают свои услуги в качестве «миротворцев». Нередко они стремятся легализовать свой статус, контактируя с различными международными организациями, в том числе ООН.

Таким образом, в современных условиях для ряда ведущих стран Запада все больше характерной становится тенденция использования миротворческих процессов в мире и, в частности, в Африке, в своих интересах. При этом наряду с усилением влияния военно-политических блоков и соответствующих региональных командований планируется разделить Африканский континент на «зоны ответственности» и подготовить «верные» режимы к выполнению операций в интересах поддержания «нового мирового порядка». «Новый интервенционизм» неминуемо ведет к дискредитации самой идеи миротворчества, а в перспективе - к разделу мира на зоны влияния и закреплению права силы в международном праве.

Компания «Икзекьютив ауткамз» до последнего времени занималась вербовкой наемников для участия в вооруженных конфликтах в основном в странах Африки. Недавно она сменила вывеску, однако название располагающейся в Претории холдинговой компании осталось прежним - Strategic Resources Corporation - и возглавляет ее по-прежнему некий Эбен Барлоу. В холдинг входят также такие фирмы, как Stewart Mills International, Shibata Security, Saracen International Branch Energy, Bridge Resources и Alpha 5. Подробнее о частных компаниях по вербовке наемников см.: «Зарубежное военное обозрение» - № 2. - 1999. - С.12 - 13.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации