(Военно-исторический очерк)

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 4-5/1992

Армия и Русская Православная Церковь

(Военно-исторический очерк)

Капитан 1 ранга В. С. НОВИКОВ

В РУССКОЙ армии и на флоте всегда большое внимание уделялось идейно-нравственному воспитанию, основанному на героических традициях и примерах самоотверженного служения Отечеству. Немаловажную роль здесь играла и церковь. Память потомков хранит духовный подвиг Сергия Радонежского, сумевшего своим пастырским словом вдохновить на Куликовское сражение. Примечательным является тот факт, что в битве принимали участие монахи. Лики русских святых и православная символика присутствовали на боевых знаменах русских армий во всех сражениях начиная с XIII века. Известный русский флотоводец и военный педагог адмирал С. О. Макаров в 1897 году писал: «Очевидно в народе есть какая-то сила, сохраняющая древние сказания о битвах и богатырях, и никто не будет отрицать, что сказания эти не влияют так или иначе на нравственную сторону человека. Желательно, чтобы те из сказаний, которые поднимают дух военной доблести, не выводились». На бескрайних просторах крестьянской страны патриотическим воспитанием народа занималась лишь церковь. Это способствовало поднятию воинского духа и служило своеобразной поддержкой солдат и офицеров на поле боя.

Сложившаяся в Русской армии Суворовская школа обучения и воспитания была буквально пронизана идеями святости воинского долга по защите Отечества, ответственности военного за сохранность Родины, преданности Знамени, верности воинской присяге и своему командиру, товарищеской взаимовыручки и сознательной воинской дисциплины. В понимание Отечества входили и представления о боге и царе. Говоря об этой школе, нельзя забывать и о том, что сам А. В. Суворов был глубоко верующим человеком. Вопросы нравственного воспитания и обучения войск в Русской армии и на флоте изучались очень детально и кропотливо. Исследователи писали солидные монографии, публицистические работы, историю отдельных воинских частей. Издавались сборники, включающие описания героических примеров из жизни войск. По содержанию и стилю литература была различна и предназначалась для офицеров и унтер-офицеров, старослужащих дядьков и новобранцев.

В Русской армии большая роль отводилась нравственному влиянию офицера на подчиненных. В свое время это отмечал русский генерал Н. Морозов: «Один за другим сошли со сцены прежние обаятельные начальники - рыцари долга и чести, и места их занялись новыми людьми - знатоками плацдарма. Место прежнего нравственного влияния и воспитателя подчиненных заступила палка: страх наказания стал универсальным средством воспитания и обучения войск и заменил собою те идеи долга и чести, которыми так силен и горд был екатерининский офицер». Безусловно, тон ностальгический, но разве не такие же чувства живут в душах тех, кто пережил Великую Отечественную, тех, кому посчастливилось вернуться живыми из Афганистана?

Русский офицерский корпус зарождался при Петре I. Именно он стал носителем и родоначальником лучших офицерских традиций, Стоит вспомнить его обращение к войскам перед Полтавской битвой, в котором говорится о том, что пришел час, который решит судьбу Отечества и что каждый должен помышлять о сражении за Государство, Петру врученное, за род свой, за Отечество, за православную веру и церковь. При Петре I начал функционировать институт Военного и Морского духовенства Русской армии и флота как централизованная организация, предназначенная для обучения и воспитания военнослужащих. Его формирование проходило одновременно с укреплением регулярной армии и флота.

Уставы Русской армии и флота включали в себя отдельные главы «О священнослужителях», которые определяли их правовое положение, обязанности и основные формы деятельности. Протопоп А. Смирнов в книге «История флотского духовенства», изданной в 1914 году в С.-Петербурге, подробно описывает историю создания, совершенствования обучения и воспитания или, как тогда говорили, идейно-нравственной и религиозной системы. Еще в 1710 году в Артикулах военных Российскому флоту, действовавших вплоть до принятия Морского устава (1720 год), излагались правила совершения утренних и вечерних молитв и «чтения слова Божия». В апреле 1717 года по Высочайшему повелению (по приказу царя) было решено «в Российском флоте содержать на кораблях и других военных судах 39 священников». И это при том, что сам флот только-только зарождался. Священником, назначенным на Военно-Морской Флот 24 августа 1710 года к адмиралу Ф. М. Апраксину (главный начальник Адмиралтейского приказа), был Иван Антонов - первый «идеологический» работник ВМФ. До учреждения в 1721 году Синода, центрального органа управления церковными делами и имениями, во главе которого стоял обер-прокурор, назначенный царем из лиц светских (как правило), священники назначались на флот настоятелем Александро-Невской лавры.

Морской Устав Петра I просуществовал до 1853 года. Затем с частичными изменениями он переиздавался в 1872, 1885, 1899 годах, но в каждом издании сохранялись положения о месте и роли флотского духовенства. Так, в Уставе 1899 года (с ним российский флот прошел русско-японскую и 1-ю мировую войны) во втором разделе 6-й главы говорилось о том, что назначение на должности и освобождение от них флотских священников производилось «духовным ведомством», т. е. неукоснительно соблюдалось разделение компетенции духовных и военных лиц. Здесь же в статье 703 четко определялись обязанности корабельного священника перед боем и в сражении: «Перед боем, если командир признает возможным, священник служит молебен с коленопреклонением о даровании победы, обходит палубы и окропляет корабль и команду святою водою. Во время сражения он должен находиться при раненых, подавая им возможное пособие В утешение, исповедовать и причащать умирающих и тяжелораненых, которые того пожелают».

До 1800 года корабельные и полковые священники имели двойственное подчинение - Синоду и военному руководству, а в делах, церковных подчинялись Епархиальным управлениям и Преосвященному, «в епархии которого квартировался тот или иной полк». Только в случае кампаний или боевых походов Синодом назначался обер-полевой священник (на флоте обер-иеромонах), на которого замыкались священники частей.

В 1830 году учреждаются должности обер-священника Главного штаба и обер-священника Отдельного гвардейского корпуса. Общее руководство военным духовенством в 1858 году возлагается на Главного священника гвардии и гренадер армии и флота. С 1890 года Военное и Морское духовенство подчинялось Протопресвитеру военного и морского духовенства, который приравнивался к званию генерал-лейтенанта и имел соответствующие права. Первым был Павел Яковлевич Озерецковский (1800-1807 годы). В 1913 году духовенство в армии и на флоте насчитывало 973 священнослужителя и возглавлялось Протопресвитером военного и морского духовенства, магистром богословия Г. И. Щавельским∗ (последний в российской армии). Именно они составили идеологическую основу российского флота, вступившего в 1-ю мировую войну. В тот период религиозно-нравственное воспитание войск проводилось всеми категориями начальствующего состава русской армии и флота. В церквях с приходами, не принадлежавшими к войскам, прихожанами избирался церковный староста. Денежными суммами и церковным имуществом заведовал назначенный командиром полка или начальником управления (учреждения), которому принадлежала церковь, один из офицеров или классных чиновников - ктитор. Полковой (корабельный) священник имел своеобразный церковный или приходской актив, ведавший вопросами сбора пожертвований, оказывающий помощь при проведении церковных служб. Вовлекались в деятельность прихода и члены семей военнослужащих. Они занимались благотворительной деятельностью, пели в хоре, работали в госпиталях. Естественно, что это способствовало сближению рядовых чинов с начальниками.

Полковые священники подчинялись благочинным (своего рода «флагманским» священникам) и докладывали им о проделанной работе, политико-моральном состоянии войск, трудностях. Благочинные, в свою очередь, периодически информировали Синод, а последний - царя. Информация о «душевном» состоянии войск достигала царя, минуя военного министра, что позволяло узнавать истину без лакировки и приукрашивания. В целом штатно-должностная структура военного и морского духовенства успешно проводила в войсках работу по идейно-нравственному воспитанию военнослужащих, изучала и оперативно воздействовала на моральное состояние войск, укрепляла их благонадежность. Сами священники подавали пример моральной стойкости и мужества. В документах русско-японской войны 1904-1905 годов нет даже малейшего упоминания о малодушии священнослужителей на полях Маньчжурии, сопках Порт-Артура, в Цусимском сражении. Словом, личным примером они поддерживали дух войск в самые трудные моменты боя. Среди них были такие, которые заслужили орден Святого Георгия за проявленное личное мужество, например: священник 19-го егерского пехотного полка Василий Васильковский, герой 1812 года, отличившийся в бою 15 июня под Витебском и в сражении под Малым Ярославцем и скончавшийся от ран во время похода во Францию; священник Тобольского пехотного полка Иов Каменский, который во время русско-турецкой войны 1829 года с воинами переправился через Дунай и с Крестом в руках вступил на валы неприятельской батареи, где был тяжело ранен.

До 1904 года за военные подвиги были награждены золотыми наперсными крестами на Георгиевской ленте 111 военных священников. Первым из них, получившим эту награду за проявленный героизм при штурме Измаила, был священник Полоцкого пехотного полка Т. Е. Куцинский. Кроме того, получили золотые наперсные кресты от Кабинета Императора - 8, а от Священного Синода - 31 человек. Многие были награждены различными орденами с мечами или бантом.

Восемьдесят лет на гарнизонных плацах, в узком кругу семейных застолий, и не только в России, звучат слова песни о подвиге экипажа русскою крейсера «Варяг». Многие помнят имя командира (капитан 1 ранга Всеволод Федорович Руднев), но мало кто знает его однофамильца- корабельного священника Михаила Руднева. И если Руднев-командир управлял боем из бронированной рубки, то Руднев-священник под сосредоточенным артиллерийским огнем японцев «бестрепетно ходил по залитой кровью палубе, напутствуя умиравших и воодушевляя сражающихся». Так же действовал во время боя корабельный священник крейсера «Аскольд» иеромонах отец Порфирий.

Трагедия Цусимы всколыхнула общественное сознание России. В отчете Особого комитета отмечалось: «Необходимость для России иметь сильный флот сознавалась до начала войны 1904 года лишь немногими. Но грянули выстрелы в Порт-Артуре и Чемульпо... и русский флот, до того времени мало обращавший на себя внимание общества и признаваемый подчас излишней для России роскошью, сделался дорогим русскому сердцу. Безотлагательная необходимость постановки флота на должную для поддержания силы России высоту представилась с поразительной ясностью». В помощь флоту духовенство собрало 591 873 рубля 16 копеек, что составляло 3.4% от всей суммы взносов.

Учитывая опыт ведения боевых действий во время русско-японской войны, в 1910 году был принят мобилизационный план по ведомству военного и морского духовенства, который предусматривал призыв священнослужителей в период отмобилизования армии по штатам военного времени и взамен убывших в ходе боевых действий∗. На время войны назначались обер-священники флотов и армий, в непосредственном подчинении которых находились священник-инспектор и священник-проповедник. Имелся также склад религиозно-пропагандистской литературы. С началом войны были учреждены должности священников при штабах армий, которые стали ближайшими помощниками главных и по их поручению наблюдали за деятельностью (фактически руководили ею) госпитальных священников и прибывших в действующую армию священников-добровольцев, которые после 10-дневных курсов привлекались к оказанию помощи раненым. Направления деятельности военных священников подразделялись на богослужебные и внебогослужебные. К первым относились следующие мероприятия: освящение вновь спущенных кораблей и благословение орудий, снарядов, инженерно-технических сооружений и др.; проведение молитв, литургий, молебнов и крестных ходов, чтение проповедей и т. д. В небогослужебные включали: сбор и обобщение информации о политико-моральном состоянии войск; пастырские беседы, проводимые индивидуально и по подразделениям (с разъяснением целей и характера войны, солдатского долга); занятия по словесности; антиалкогольная пропаганда (с мая 1914 года начала издаваться газета «Трезвость»); различная благотворительная деятельность.

В действующей армии создавались походные церкви, использующие инициативу и денежные средства общественных сил. С 1916 года в России существовал комитет по сооружению подвижных храмов на фронте: фабрикант С. С. Мешков организовал производство военно-походных церквей, на Черноморском флоте и на Каспии были построены плавучие церкви. Исключительно важной считалась работа священников в запасных батальонах и на этапных пунктах, где обучали новобранцев и формировали маршевые роты для пополнения фронта. Наряду с этими задачами церковь выполняла функцию социальной защиты военнослужащих. Главный военный священник армии и флота, характеризуя вооруженные силы после японской войны, отмечал: «Офицер был изгоем царской казны... получая нищенское содержание, не покрывавшее всех его неотложных расходов. И если у него не было собственных средств, то он - в особенности если был семейным - влачил нищенское существование».

Подтверждением заслуг военного духовенства служит тот факт, что по неполным данным за годы войны священникам было вручено: 227 золотых наперсных крестов на георгиевской ленте, 85 орденов Св. Владимира III степени с мечами, 203 ордена Св. Владимира IV степени с мечами, 304 ордена Св. Анны II степени с мечами, 239 орденов Св. Анны III степени с мечами.

К чести Русской Православной Церкви (РПЦ) следует сказать, что, несмотря на крутые повороты в государстве после октября 1917 года, репрессии (к началу 1927 года в тюрьмах находилось 117-130 архиереев), она оставалась преданной своему народу. Престарелый и больной митрополит Сергий (12-й Патриарх Московский и всея Руси) уже к исходу 22 июня 1941 года обратился ко всем верующим с заявлением: «Церковь верна своей Родине». Это послание заканчивалось словами: «Положим же души свои вместе с нашей паствой... Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей Родины».

Патриотическая деятельность РПЦ в годы Великой Отечественной войны проводилась по следующим направлениям: патриотические послания к духовенству и пастве, в том числе и на территории, оккупированной противником; ободряющие проповеди пастырей; идейная критика фашизма как антигуманной, античеловечной идеологии; организация сбора пожертвований на оружие и боевую технику, в пользу детей и семей воинов Красной Армии, а также шефство над госпиталями, детдомами.

Исключительно важными были внешнеполитические акции РПЦ, призванные консолидировать прогрессивные силы в борьбе с фашизмом. Идеи единения славянских народов в совместной борьбе с фашизмом занимали основное место в переписке митрополита Сергия с протоиереем Евстафием Караматиевичем, членом Президиума антифашистского Веча Народного освобождения Югославии. Не без помощи РПЦ формировалось в США, Канаде, Латинской Америке и Австралии общественное мнение, направленное на поддержку СССР в борьбе с фашизмом, собирались вещи для детей погибших воинов. Не без ее влияния бывшие белогвардейцы, их дети брались за оружие и сражались в подполье, в рядах армий союзников. Мы должны признать, что сыновний долг памяти перед ними мы так и не исполнили, как, впрочем, и перед теми Георгиевскими кавалерами 1904 и 1914 годов, чьи безымянные останки разбросаны не только на родной земле, но и за ее пределами.

Внутри страны руководство РПЦ заняло твердую бескомпромиссную позицию по отношению к тем, кто под фальшивым лозунгом борьбы с коммунизмом переметнулся к фашистам. Митрополит Сергий в четырех личных посланиях пастырям и пастве заклеймил позором измену архиереев: Поликарпа Сикорского (Западная Украина), Сергия Воскресенского (Прибалтика), Николая Амасийского (Ростов-на-Дону). «Постановление Собора Преосвященных Архиереев Русской Православной Церкви об осуждении изменников веры и Отечества» от 8 сентября 1943 года гласит: «Всякий виновны? в измене общецерковному делу и перешедший на сторону фашизма, как противник креста Господня, да числится отлученным, а епископ или клирк - лишенным сана». На собранные РПЦ деньги были построены колонна танков «Дмитрий Донской» для полка, дошедшего до Праги, самолеты для авиаэскадрилий «За Родину» и «Александр Невский». Официальный счет РПЦ в Госбанке был открыт 5 января 1943 года и через год насчитывал уже около 150 млн. рублей, предназначавшихся на нужды Красной Армии.

О существовании религиозных традиций в народной среде свидетельствует тот факт, что в самые тяжелые дни Сталинградской битвы в осажденном городе богослужения все же проходили. В отсутствие священников бойцы и командиры ставили к иконам лампадки, сделанные из снарядных гильз, в том числе у иконы Богородицы поставил свою лампадку и командующий 62-й армией В. Чуйков. Не так давно на одной из встреч с писателем М. Ф. Антоновым он рассказал, что в период подготовки немцев к штурму Москвы русские священники обнесли наш рубеж обороны святыми иконами. Дальше этой линии фашисты не продвинулись. Не довелось встречать документальных подтверждений указанных событий, равно как и опровержений устных рассказов о том, что маршал Г. К. Жуков всю войну возил с собой икону Казанской Божьей Матери. Зато вполне достоверным является факт, свидетельствующий о том, что контрнаступление под Москвой началось как раз в день Памяти Александра Невского.

Тысячи верующих и священнослужителей различных вероисповеданий самоотверженно сражались с врагом в рядах действующей армии, партизанских отрядах и подполье, являя собой пример служения не столько Богу, сколько Отчизне и своему народу. Многие из них пали на полях сражений, были казнены фашистами. Группенфюрер СС Гейдрих уже 16 августа 1941 года приказал с захватом Москвы арестовать митрополита Сергия.

В настоящее время РПЦ безоговорочно и твердо стоит на принципах гуманистического обновления духовной жизни народа. Она противостоит тенденциям национального раскола, отстаивает незыблемость святости воинского долга, стремится крепить единство армии и народа. Символично звучали слова митрополита Волоколамского и Юрьевского Питирима: «Русский солдат - понятие для меня почти священное ...все качества солдата шли от святого видения долга...» .

Рост влияния церкви в обществе подтверждается следующими данными. Только с 1985 по 1990 год в стране было открыто около 5,5 тыс. приходов различных вероисповеданий, религиозных толков и направлений. Русской Православной Церкви передан 21 комплекс под воссоздаваемые монастыри, открыто 14 духовных учебных заведений, большое количество воскресных школ и православных гимназий, стали привычными воскресные нравственные телепроповеди, работает радиостанция «Радонеж». Всего в СНГ действует около 19 тыс. различных религиозных объединений (в 1,5 раза больше, чем в 1985 году). Резко увеличилось число участников культовых обрядов. Так, число крещеных (от общего числа родившихся) возросло с 13,4 до 35,4%, а венчавшихся- с 3 до 5,5%, умерших, отпетых в храмах, с 12,8 до 16,6%. Причем это осредненные данные только Русской Православной Церкви по состоянию на май 1990 года. Большая часть из религиозных объединений 1тмеет свои отлаженные структуры, мощную полиграфическую базу, финансовые источники и во все более широких масштабах использует в пропагандистских целях возможности радио и телевидения. Многие церковнослужители избраны в состав Советов различных уровней, некоторые из них стали в своих регионах лидерами массовых движений самых различных политических направлений. Одной из причин роста религиозного сознания является высокая степень политизации всех без исключения религиозных общин России. Причем она напрямую касается Вооруженных Сил. Из крупнейших конфессий в своей основе только Русская Православная Церковь наиболее полно понимает необходимость воинской службы как важнейшей гражданской обязанности каждого мужчины.

Макаров СО. Рассуждения по вопросам морской тактики. - М.: Военмор-издат, 1943. - С. 188.

Морозов Н. Н. Воспитание генерала и офицера как основа побед и поражений.- СПб.: Типография штаба войск гвардии Петербургского военного округа, 1901.

Смирнов А. Н. История флотского духовенства // Сельский вестник. - Петроград, 1914.- С. 32.

Морской Устав - СПб.: Типография Морского министерства в Главном Адмиралтействе, 1899.

Ц и т о в и ч Г. А. Храмы армии и флота. - Пятигорск: Типография А. Н. Нагорного, 1913.

Столетие Военного Министерства.- Т. XIII.- СПб., 1902.- С. 3-5, 7.

∗ В этой должности он был утвержден 22 апреля 1913 года императором Николаем II. Г. И. Щавельский родился в семье сельского дьячка, окончил духовное училище, семинарию и духовную академию. В русско-японскую войну служил полковым священником, дизизионным благочинным и главным священником 1-й Маньчжурской армии. Был награжден орденами Св. Георгия, Св. Владимира с мечами, Александра Невского, Сз. Владимира II степени. Впоследствии эмигрировал в Болгарию, где стал профессором богословия Софийского университета, законоучителем и директором русской гимназии.

Военная энциклопедия, - Т. 9, - Петербург: Издво М. Д. Сытина, 1912.- С. 245.

Столетие Военного Министерства, - Т. IX. - С. 245.

Желобовский А. А. Наши герои на Дальнем Востоке, - СПб., 1908. - С, 10.

Высочайше учрежденный Особый комитет но усилению военного флота на добровольные пожертвования. Отчет за восемь лет 6 февраля 1904 года - 1 февраля 1912 года.- СПб.: Артистическое заведение Т-на А. Ф. Марксъ. - № 29.

∗ Если в 1914 году священнослужителей в войсках было около 1000 (на каждый военный округ приходилось по одному мулле, ксендзу и раввину), то в 1917-м их число достигло 5000 при численности вооруженных сил на окончание мобилизации 1914 года 5 460 955 человек //А. Зайончковский. - Мировая война 1314 - 1918 с. - Т. 1. - М,: Гоеаоениздат Наркомата обороны, 1938, - С, 21.

Вестник военного и морского духовенства.- 1915. - № 2. - С. 39.

Щавельский Г. И. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. - Т. 1. - СПб. - С. 94.

Журнал московской патриархии, - 1943. - № 3.

Журнал московской патриархии. - 1943. - № 3.

Королев С. К. Военный вестник. - Изд-во АПН, 1988.

Красная звезда, - 1990,--4 января.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации