Отечественная военная школа история и современность

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 3/2010, стр. 43-49

Отечественная военная школа: история и современность

Генерал-майор в отставке И.Н. ВОРОБЬЕВ,

доктор военных наук

Полковник В.Л. КИСЕЛЕВ,

доктор военных наук

Отечественная военная школа история и современность

ВОРОБЬЕВ Иван Николаевич родился 22 июня 1922 года. В Вооруженных Силах СССР с 1940 года. Участник Великой Отечественной войны - с 22 июня 1941 года по 9 мая 1945 года. В годы войны прошел боевой путь от курсанта до майора - командира стрелкового батальона. За отличия в боях награжден тремя орденами, в том числе орденом Красного Знамени.

В 1950 году окончил Военную академию имени М.В. Фрунзе с золотой медалью; в 1955 году - адъюнктуру академии. Проходил службу на преподавательской работе на кафедре тактики Военной академии имени М.В. Фрунзе и в научном подразделении Генерального штаба ВС СССР 16 лет. В войсках занимал должность заместителя командира дивизии.

В настоящее время - профессор Общевойсковой академии ВС РФ. Автор более двухсот научных работ по тактике и оперативному искусству. Ряд его статей удостоен Первой премии министра обороны РФ. За цикл работ о тактике И.Н. Воробьеву в 2000 году присуждена премия Академии военных наук имени А.А. Свечина.

Заслуженный деятель науки РФ, доктор военных наук, профессор, почетный профессор Военной академии имени М.В. Фрунзе, действительный член Международной академии информатизации и Академии военных наук.

Отечественная военная школа история и современность

КИСЕЛЕВ Валерий Алек-сандрович родился 22 апреля 1952 года в городе Рыбное Рязанской области. Окончил Калининское суворовское военное училище (1970), Московское высшее командное училище имени Верховного Совета РСФСР (1974),

Военную академию имени М.В. Фрунзе (1985), адъюнктуру Военной академии имени Фрунзе (1992).

Службу проходил в войсках Киевского, Дальневосточного и Московского военных округов на должностях командира мотострелкового взвода, мотострелковой роты, заместителя начальника штаба мотострелкового полка, командира мотострелкового батальона, начальника штаба мотострелкового полка, командира мотострелкового полка.

С 1992 года - начальник курса, с 1994 года - старший помощник начальника учебного отдела, с 1998 года заместитель начальника учебного отдела, с 2000 года - профессор кафедры тактики Военной академии имени М.В. Фрунзе. В 2003 году назначен начальником учебно-методического центра Общевойсковой академии ВС РФ.

АННОТАЦИЯ. В статье авторы затрагивают проблему, связанную с необходимостью расширения рамок исследований в области зарождения, становления, развития и современного состояния отечественной военной школы, опираясь на долгосрочные ориентиры военного строительства, выработанные военной наукой, предлагают ряд перспективных направлений, которые позволят решить данный вопрос на качественно новом уровне.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: военная школа, отечественная, история, современность, военная наука, образование, проблемы.

SUMMARY. The authors of the article address the issue related to the need to expand the scope of research into the origin, formation, development and current state of the national military school, relying on long-term objectives of military construction, worked out by military science, offer a number of promising areas, which will address this issue at a qualitatively new level.

KEYWORDS: military school, domestic history, modernity, military science, education, problems.

В ПЕРВОМ номере журнала за 2009 год наше внимание привлекла публикация А.Ю. Голубева «Две военные школы русской армии», отличающаяся содержательностью исследования исторического материала, который относится к становлению отечественной военной школы в XVIII веке. Однако, на наш взгляд, статья охватывает сравнительно небольшой период времени. Учитывая данное обстоятельство и то, что по такой актуальной теме в печати появляется неоправданно малое количество публикаций, нам хотелось бы расширить рамки исследования и затронуть некоторые проблемы современной военной школы. Считаем это важным, так как ныне осуществляется попытка кардинально перестроить систему военного образования, хотя наблюдается стремление не всегда учитывать и сохранять веками сложившиеся и устоявшиеся традиции в армии по указанному вопросу.

Истоки зарождения отечественной военной школы уходят к временам, когда славянским племенам пришлось вести ожесточенную борьбу за выживание, утверждение и сохранение государственности. Исторически сложилось так, что славянские земли оказались на магистральных путях великого переселения народов, а затем стали рубежом столкновения западной и восточной цивилизаций. Следует отметить, что только за последние 500 лет Россия провела в войнах в общей сложности более 300 лет. Если сравнить с другими государствами, то аналогичное положение в древности складывалось во многих из них. Например, из 375 лет истории Древней Греции война длилась 213 лет, из 876 лет существования Древнего Рима - 411 лет.

Жизнестойкость новых государственных образований во многом зависела от способности населения отражать вооруженные нападения, а от вождей, князей, государей - умело руководить войском. К примеру, талантливый государственный деятель и полководец киевский князь Владимир Мономах (1113-1125) в «Поучении», оставленном детям, писал, что всех походов моих было восемьдесят и три великих, а других маловажных не упомню.

Становление военной школы России, безусловно, нельзя рассматривать изолированно от общего процесса развития военного искусства в мире. Военное дело по своей сути интернационально. Достижения стратегии Александра Македонского, Эпаминонда, Ганнибала, Юлия Цезаря, Фридриха Великого, Наполеона, Суворова, Кутузова и других великих полководцев анализировались, оценивались и обобщались в армиях многих государств, что в дальнейшем являлось фундаментом формирования своих военных школ, в том числе и в России.

В то же время отечественная военная школа изначально отличалась своей национальной самобытностью. Каждый из киевских князей, будь то Олег, Святослав, Владимир, Ярослав, Владимир Мономах, привносил нечто, новое в военное искусство. Военные действия, проводимые под их руководством, на начальной стадии протекали, как правило, в виде коротких схваток, но нередко принимали форму длительных и ожесточенных сражений.

Первые попытки обобщить накопленный боевой опыт на Руси были предприняты в XV веке. На основе описаний летописцев, личных наблюдений и находок историков, замыслов и действий военачальников вырабатывались постулаты, в основе которых лежала способность человека продвигаться к новым ступеням военного познания. Путь зарождения военной школы пролегал от интуитивных поисков к созданию научного фундамента. Ее становление происходило не обособленно, а в общей системе других наук - общественных, экономических, социальных, в том числе точных наук - математики, физики, химии, астрономии. Данную особенность развития военного дела наиболее удачно подметил Петр Великий. Именно при нем было уделено особое внимание развитию инженерного, артиллерийского, военно-морского дела, а также военной истории. Помимо работ, посвященных описанию войн, стали появляться военно-исторические труды, которые с определенной долей условности можно отнести к военно-теоретическим.

Побуждающим фактором развития военной мысли являлось стремление познать природу войны во всем ее многообразии. Оно проистекало от первичной стадии сбора исторического материала к последующему этапу их обобщения, объяснения и систематизации, что в дальнейшем способствовало формированию цельной системы военного образования. Наибольшее влияние на структуру военной школы оказала философия. Она помогала решить методологические проблемы военного дела, затрагивающие его фундаментальные основы. Мировоззренческий потенциал философии позволял с научных позиций рассматривать военные процессы через призму логического анализа и эвристических установок. Это давало возможность убедиться, что военные процессы, несмотря на их сложность, разнообразие, противоречивость, познаваемы, и путем активного целенаправленного вмешательства можно повысить эффективность их развития в желаемом направлении.

Большой сложностью отличалось развитие русской военной школы в послепетровское время в XVIII веке во время правления Павла I. Тогда шло противоборство двух направлений - суворовского и так называемого гатчинского. Благодаря этому к началу XIX века военное дело в России достигло довольно высокого уровня. Русская армия и флот, одержавшие выдающие победы над армиями Фридриха II в Северной войне, а затем над французскими и турецкими войсками, проявили первоклассное владение военным искусством. Но победы нередко играют и негативную роль. Порой они ослепляют, что в дальнейшем ведет к ослаблению усилий для дальнейшего укрепления боевой мощи армии. Так случилось и в этот раз.

На рубеже XVIII и XIX веков формы и способы военных действий армий развитых государств стали стремительно совершенствоваться. На смену линейной тактике пришла тактика колонн «рассыпного строя». Довольно быстро обновлялось вооружение. Гладкоствольное оружие уступало место нарезному, что повысило его скорострельность и дальнобойность. Внушительные победы прусских войск в войнах 1864, 1866 годов и особенно во Франко-прусской войне (1870-1871) выдвинули на первое место в Европе прусско-германскую военную школу, отличающуюся своей философской фундаментальностью.

Русская армия к середине XIX века в силу ряда объективных и субъективных причин стала уступать по своей боевой выучке и особенно технической оснащенности западно-европейским армиям, что явилось причиной ее поражения в Крымской, а затем и в Русско-японской войнах. Потребовались десятилетия, большие усилия военачальников, военных теоретиков России, в том числе Д.А. Милютина, А.К. Пузыревского, Д.Ф. Масловского, А.З. Мышлаевского, Г.А. Леера М.И. Драгомирова, Е.И. Мартынова, С.О. Макарова, А.Н. Обручева и многих других, чтобы возродить петровско-суворовские традиции русской военной школы, которая в годы Первой мировой войны не уступала прусско-германской.

После Октябрьской революции 1917 года стремление советского военно-политического руководства идти «своим путем» в развитии военного дела, отрешиться от «пут прошлого», вырваться вперед в создании новой теории хотя и приносило некоторые результаты (разработка теории глубокой операции), однако догнать и перегнать западно-европейские армии в создании военной школы нового «механизированного» типа так и не удалось. К началу Великой Отечественной войны Красная Армия во многом уступала немецкой. Прежде всего в подготовке офицерских кадров, боевой выучке личного состава, техническом оснащении войск - все это и многое другое стало причиной серьезных военных неудач Красной Армии в начальный период войны.

В ходе тяжелейшего и продолжительного противоборства с сильнейшей армией мира росли полководческое мастерство советских военачальников, боевая выучка командиров, штабов и войск, но цена этому порой была невероятно высока - огромные потери в сражениях. Ныне в отдельных средствах массовой информации это используется как попытка очернить подвиг нашей армии и народа. В академических аудиториях среди офицеров также велись дискуссии на данную тему, в ходе которых мы пришли к однозначному выводу: иной путь к победе в тех объективно сложившихся условиях вряд ли был возможен. В то же время нельзя не признать - советская военная школа за годы войны обогатилась бесценным боевым опытом.

После Великой Отечественной войны под влиянием радикальных и всеохватывающих изменений в политике, экономике, технике, а следовательно, и в военном деле, советская военная школа прошла в своем развитии сложный и довольно противоречивый путь. В связи с реорганизацией и модернизацией армии и флота, проведением технического обновления всех родов войск, создания реактивной авиации и войск ПВО страны потребовался поиск нетрадиционных решений в формах и способах военных действий.

В военно-техническом плане гонка вооружений вступила в стадию острого состязания новых военных технологий, особое место среди которых заняло ракетно-ядерное оружие и последовавшее затем массовое оснащение им всех видов Вооруженных Сил. Соответственно, потребовались перестройка организационных структур войск и сил флота, разработка новой стратегии, оперативного искусства и тактики.

Никогда еще научно-технический прогресс в 1960-1980-х годах прошлого столетия, а именно, достижения в области ядерной физики, оптике, физике твердого тела, радиофизике, электронной технике, математике, кибернетике и других научных отраслях, не приводил к столь крупным сдвигам в военном деле. Это нашло отражение в военно-теоретических трудах «Основы стратегических операций Вооруженных Сил СССР», «Характер современной войны и ее проблемы», «Современная война и военная наука», «Современная война», «Военная стратегия», «Начальный период войны», «Общие проблемы военной стратегии», «Стратегические операции на театрах военных действий», «Война и военное искусство», «Локальная война», «Война и армия».

Под их влиянием были пересмотрены все важнейшие принципы военного искусства. Что касается военной стратегии, то она характеризовалась переходом от разработки теории обычной войны с использованием полностью моторизированных армий к разработке теории ядерной войны, а затем поэтапной войны с применением ядерного, обычного и высокоточного оружия. В последующем сложились более взвешенные взгляды на применение ядерного оружия. Они апробировались на оперативно-стратегических учениях, таких как «Буря» (1962), «Тайфун» (1963), «Днепр» (1967), «Неман» (1968), «Весенний гром» (1968), «Восток» (1969), «Запад» (1969), «Север» (1970), «Юг» (1970), «Океан» (1970).

С 1970 по 1979 год было проведено восемь стратегических учений типа «Центр», в том числе «Удар-71», «Центр-74», «Центр-78». Об интенсивности войсковых учений тактического масштаба, разработанных для проверки уставных нормативов, свидетельствуют такие показатели: в 1961 году шесть опытных учений, в 1962 году - 18, в 1963 году - шесть.

В 70-80-х годах прошлого столетия была создана система оперативно-стратегических учений на театрах военных действий. С 1971 по 1980 год было проведено девять таких учений на Западе, семь на Востоке, два на Юге, четыре оперативно-стратегических учения войск ПВО, три оперативно-стратегических учения ВВС, два стратегических учения ВМФ. На развитие планирования и ведения оперативно-стратегических операций фронтов и флотов особенно повлияли учения «Весна-72», «Восток-72», «Зенит-72», «Пролив-72», «Весна-73», «Запад-73», «Вос-ток-74», «Запад-77».

Вопросы исследования системы управления Вооруженными Силами и стратегических действий, организации и ведения стратегической разведки, радиоэлектронной борьбы, стратегической маскировки изучались на специальных учениях «Горизонт-74», «Эфир-74», «Электрон-75», «Импульс-76», «Квант-76».

Главным видом военных действий считалось наступление. Лишь с середины 80-х годов прошлого века стали допускать возможность перехода к стратегической обороне. С учетом боевого опыта применения группировок войск в Корее, на Ближнем Востоке, Вьетнаме и особенно в Афганистане была разработана теория ведения локальных войн.

В целом, характеризуя развитие военной школы в советский период, можно отметить, что она вышла на передовые рубежи в мире. Однако с течением времени проявились и негативные факторы - данная школа все больше стала отгораживаться от зарубежного военного опыта, происходила переоценка опыта Великой Отечественной войны. Кроме того, при проведении учений, особенно тактического масштаба, нередко превалировал схематизм. На страницах военной печати все реже стали проводиться дискуссии по актуальным вопросам военной теории и практики, отчетливо стало проявляться отставание во внедрении в систему управления войсками и оружием автоматизированных систем, а в практику обучения войск - компьютерной техники.

Новый крутой поворот в отечественной военной школе произошел в 90-х годах прошлого столетия, аналог которому трудно найти в современной истории. Способствовали этому прежде всего военно-политические факторы внутреннего и международного характера. В очень короткое время были ниспровергнуты многие стратегические ценности в системе оборонных задач, достигнутые в советский период, в том числе и за годы Великой Отечественной войны. Военную школу Вооруженных Сил РФ пришлось воссоздавать под воздействием сложного комплекса разнообразных объективных и субъективных обстоятельств, среди которых определяющее значение имеют политические, экономические, социальные, военно-технические, правовые, национально-этнические и военно-географические. Сузившаяся военно-экономическая база России обусловила резкое сокращение Вооруженных Сил, необходимость коренного пересмотра принципов военного строительства, переоценку объема, масштабов военных задач, переориентировку многих основополагающих военно-стратегических концепций. В связи с продвижением НАТО на Восток существенно изменилось и внешнее окружение России.

Поменявшиеся военно-политические и социально-экономические условия выдвинули ряд новых требований перед военной школой ВС РФ. Прежде всего она должна быть инновационной, формировать новую систему взглядов на формы и способы ведения вооруженной борьбы с применением нано-, био-, передовых информационных технологий, внедрение которых в военную сферу позволит повысить боевые возможности войсковых формирований не только за счет огневых, ударных и маневренных качеств, но и за счет сокращения цикла боевого управления, разведки и поражения. Военная школа должна подниматься в своем развитии на качественно новый уровень, опираясь на долгосрочные ориентиры военного строительства, выработанные военной наукой. Это позволит ей не только шагать в ногу с научно-техническим прогрессом, но и опережать его.

Определяющим является принцип перспективности подготовки военных кадров. Недопустимо, чтобы военная практика опережала военную теорию, как в ряде случаев имеет место сейчас. Отдельные черты так называемых технологических войн, отчасти проявившиеся в локальных конфликтах конца XX - начала XXI века - это, по сути, только начало разработки новой концепции войн на основе высоких технологий. Поэтому современная военная школа должна осуществлять подготовку военных кадров, по крайней мере, с перспективой на 10-15 лет вперед. Именно данный подход позволит командному, военно-техническому составу правильно оценивать влияние возможных неожиданных научно-технических прорывов на формы и способы вооруженной борьбы в ситуационных, дистанционных, трансконтинентальных, воздушно-космических и других видах войн «седьмого» поколения.

Органически взаимосвязан с первым принципом и другой - фундаментальности подготовки военных кадров. Поскольку усложнился характер вооруженной борьбы, то соответственно более емкими стали военная стратегия, оперативное искусство и тактика, системы управления войсками, вооружения и военной техники, обучения и воспитания личного состава. Поэтому военная школа призвана выполнять важные познавательные функции, систематизировать, углублять и развивать военные знания, обеспечивать им научную обоснованность. Именно на основе науки зиждется логический каркас военно-теоретической мысли, поскольку она опирается на систему познаваемых законов и закономерностей, присущих войне. Современная военная школа обогащается за счет военной составляющей социально-гуманитарных, естественных и технических наук, которые применяются при решении задач обороны государства, строительства Вооруженных Сил. Изучение глубинных основ социологии, политологии, философии, юриспруденции, психологии и педагогики необходимы каждому офицеру, поскольку они непосредственно обеспечивают потребности теории и практики военного строительства.

Однако ныне принцип фундаментальной подготовки офицеров в военных академиях и училищах вступает в противоречие с тенденцией сокращения сроков обучения. К сожалению, сегодня недооцениваются прогностические исследования - военная футурология, философско-методологическая основа, диалектические принципы системы познания факторов, влияющих на развитие форм и способов военных действий. В результате военная школа утрачивает свою роль как школа прорицания, неприемлющая догм, схематизма, непреложности устоявшихся канонов, теряет системность, логическую аргументированность выдвигаемых новых оперативно-тактических концепций.

К числу негативных сторон состояния отечественной военной школы следует отнести увеличивающийся разрыв между военной теорией и практикой. Это объясняется тем, что за последние десятилетия резко сократилось количество исследовательских и опытных войсковых, авиационных флотских, командно-штабных учений, военных игр и маневров. А именно перечисленные мероприятия всегда служили базой для проверки перспективных направлений в развитии военного искусства, апробации новых оперативно-тактических нормативов, закладываемых в разработку руководящих уставных положений, совершенствовании боевой и мобилизационной готовности, организационно-штатной структуры войск, разработки, создания и применения вооружения и военной техники.

Проводимая коренная реформа ВС, безусловно, назрела, поскольку существующая оргштатная структура войск (сил), сложившаяся по существу в годы Второй мировой войны, в обозримом будущем не отвечает возможному характеру ведения вооруженной борьбы. На первый план в достижении стратегического превосходства над противником ныне выдвигаются аэромобильные сетецентрические действия, когда оперативное построение сухопутных группировок будет создаваться по модульному принципу, сплошной позиционный фронт уступит свое место очаговым боям по отдельным направлениям и решающую роль в вооруженной борьбе займет оружие, основанное на новых физических принципах. Однако сейчас наша военная школа не готова к радикальным преобразованиям: не разработаны соответствующие уставные положения, не подготовлены учебно-материальная база, профессорско-преподавательский состав для обучения офицеров в новых условиях.

Создание инновационной школы XXI века, безусловно, не может осуществляться без преемственности веками сложившихся традиций в нашем Отечестве. Тем не менее учебные программы, учебники, так же как и учебно-материальная база вузов и войск, требуют капитального обновления. По нашему мнению, начало этому должно быть положено с разработки новой доктрины военного образования, настоятельно требуется научное обоснование проводимой коренной реорганизации организационно-штатной структуры Вооруженных Сил. Преобразования, суть которых неясна даже профессорско-преподавательскому составу вузов, не могут дать должного результата.

Военная школа держится «на трех китах» - образование, наука, инновации. Они должны концентрировать в себе все новое, что достигнуто за последнее время не только военной наукой, но и другими науками, особенно в области развития военной техники, автоматизированных систем, кибернетики. Мы согласны с мнением профессора Б.И. Бачкало, что содержание обучения должно обеспечивать рациональное сочетание операторской, управленческой и технической составляющих образования и что трагедия современной российской системы военного образования состоит в реформировании одновременно всех трех составляющих системы... «Реформу образования, - пишет далее автор, - необходимо начинать с создания системы военного образования, гармонично сочетающего в себе обучающую и воспитательную функции. Надо вернуть в офицерскую среду ее исконные понятия - честь, достоинство, любовь к Родине. Это не красивые слова - это суть офицера».

Как бы дополняет и развивает мысли профессора Б.И. Бачкало о военно-патриотическом воспитании курсантов и слушателей в военных вузах статья полковников Г.А. Лисицина и А.Р. Моисеева, опубликованная в этом же номере журнала. Авторы пишут, что сегодня сила армии, ее высокий моральный и боевой дух, как и в годы Великой Отечественной войны, в огромной степени зависят от поддержки ее народом, от тесной и неразрывной связи с обществом... Вполне рациональны сформулированные ими основные цели подготовки обучающихся к организации и проведению морально-психологического обеспечения войск в мирное время и в боевых условиях.

В статье мы коснулись лишь части проблем, возникающих перед военной школой. Считаем оправданным, что журнал «Военная Мысль» уделяет данному вопросу должное внимание.

История военной стратегии России. М.: Кучково поле. 2000. С. 17.

Военная Мысль. 2008. № 11. С. 20.

Цитируется по: Орлов А.С. Владимир Мономах. М., 1946. С. 128.

История военной стратегии России. М.: Кучково поле, 2000. С. 406.

История военной стратегии России. С. 407.

Военная Мысль. 2007. № 1. С. 55.

Там же. С. 408.

История военной стратегии России. С. 408.

Военная Мысль. 2009. № 2. С. 48, 49.

Военная Мысль. 2009. № 2. С. 52.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации