Советская военно-морская радиоразведка в период Гражданской войны и военной интервенции в России (1917-1922) практическая значимость уроков прошлого

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 9/2005, стр.67-72

Советская военно-морская радиоразведка в период Гражданской войны и военной интервенции в России (1917-1922): практическая значимость уроков прошлого

Капитан 3ранга В.Г. КИКНАДЗЕ,

кандидат военных наук

Военно-морская деятельность, связанная с защитой и обеспечением национальных интересов и безопасности Российской Федерации, относится к категории высших государственных интересов. Цели военной безопасности достигаются комплексом мер, в том числе - ведением постоянного наблюдения за деятельностью ВМС государств и военных блоков в прилегающих к территории России морях и стратегически важных районах океанов, своевременным наращиванием группировок наблюдения адекватно складывающейся обстановке, упреждающим развертыванием сил флотов, обеспечением безопасности гражданских судов и объектов на океанских и морских акваториях. Выполнение этих мер невозможно без разведывательного обеспечения сил ВМФ данными системы берегового наблюдения и разведки, в том числе радиоразведки.

Опыт, накопленный в войнах прошлого, содержит богатый фактический материал, изучение и научное обобщение которого служит дальнейшему развитию военной теории в современных условиях. Это в полной мере относится и к опыту развития и боевого применения советской военно-морской радиоразведки в годы Гражданской войны и военной интервенции в России (1917-1922).

Гражданская война и военная интервенция в России коренным образом изменили состояние русской военно-морской радиоразведки. В ходе Первой мировой войны на Балтийском флоте в составе Службы наблюдения и связи (СНиС) была создана достаточно сильная и эффективно действовавшая радиоразведывательная служба, имевшая в своем составе радиостанцию особого назначения, десять периферийных станций радиоперехвата и десять радиопеленгаторных станций. Эти подразделения в административном отношении были включены в состав районов СНиС Балтийского флота, расположенных на территории Эстонии, Латвии и Финляндии.

18 февраля 1918 года германские войска, оккупировав Эстонию и Латвию, начали наступление на Петроград. Личный состав постов и станций СНиС Балтийского флота отходил вместе с войсками к Ревелю (Таллин). 25 февраля Балтийский флот, на кораблях которого находились связисты-радиоразведчики Южного района СНиС флота, осуществил переход из Ревеля в Гельсингфорс (Хельсинки). На этом этапе фактически закончил свое существование Южный район СНиС Балтийского флота. По мере продвижения немецких войск на восток шло свертывание Западного и Северо-Западного районов СНиС флота.

В соответствии с указанием советского правительства России 12 марта 1918 года начался ледовый поход кораблей Балтийского флота из Гельсингфорса в Кронштадт. После передачи управления всеми морскими силами Балтийского моря Центробалту в декабре 1917 года и завершения 2 мая 1918 года ледового похода кораблей Балтийского флота радиоразведка на Балтийском флоте прекратила существование. Районы Службы наблюдения и связи флота были расформированы, остались только самостоятельная станция Кронштадт, радиостанция «Новая Голландия» в Петрограде и телеграф Морского генерального штаба.

Тем не менее, уже в ноябре 1918 года Реввоенсовет Республики принял решение о создании четырех районов связи Балтийского флота: Кронштадтского, Петроградского, Шлиссельбургского и Онежского. Функции этих районов были несколько сокращены. Шифрование было передано специальному шифровальному отделению, радиоперехватом занималась только радиостанция «Новая Голландия», откуда все сведения поступали непосредственно в штаб.

В период отражения интервенции экспедиционных корпусов США, Англии и Франции посты радиоразведки на некоторых кораблях советского Балтийского флота лишь эпизодически вели перехват радиограмм противника. Таким образом, в период Гражданской войны и военной интервенции радиоразведывательная деятельность на Балтийском флоте оказалась фактически свернутой: наземную радиоразведку, причем в ограниченном объеме, осуществляла лишь одна береговая радиостанция; корабли флота осуществляли радиоперехват в Финском заливе лишь эпизодически; радиопеленгование объектов разведки не осуществлялось вообще. В результате подобная радиоразведывательная деятельность на Балтийском флоте соответствовала по своей сути в большей степени радионаблюдению, чем радиоразведке.

Несмотря на это, опыт радиоразведывательной деятельности Балтийского флота был использован на других флотах Советской Республики. Гражданская война на Черном море началась сразу же, как только власть в Севастополе перешла к Военно-революционному комитету. 26 ноября 1917 года части белых захватили власть в Ростове. Примерно в эти же дни в Симферополе образовалось крымское реакционное правительство, которое стало создавать свои вооруженные силы. В Симферополе, Ялте, Керчи, Феодосии, Евпатории и других городах Крыма были созданы органы власти Белой гвардии. В связи с этим советское правительство приняло решение перевести все боевые корабли и вспомогательные суда из Севастополя в Новороссийск, но и здесь флот оказался под угрозой захвата немецкими интервентами, продолжавшими наступление на Северном Кавказе. В результате было принято решение - затопить корабли советского Черноморского флота. В этих условиях радиоразведывательная деятельность на Черноморском флоте была практически прекращена.

В начале 1920 года было принято решение о восстановлении Черноморского флота, в том числе и о формировании Службы наблюдения и связи, начальником которой был назначен С.А. Касаткин. Были созданы Одесский, Очаковский, Херсонский и Мариупольский районы СНиС. Главное управления СНиС включало: командование, оперативный отдел с дежурством по связи, четырьмя шифровальщиками и двумя переводчиками, что свидетельствует о ведении перехвата иностранного радиообмена. В результате за период с апреля по июнь 1920 года на Черноморском флоте было развернуто не менее 25 наблюдательных постов, 6 промежуточных и узловых телеграфных станций.

Особое место в истории Службы в период Гражданской войны и военной интервенции занимает радиоразведывательная деятельность, которая велась радистами Волжске-Каспийской военной флотилии. Эпизодический перехват радиограмм противника велся радистами Волжской флотилии, которая начала создаваться с весны 1918 года из разрозненных отрядов вооруженных буксирных пароходов и барж, команды которых в основном состояли из моряков Балтийского флота и волжских речников. В начале октября 1918 года Реввоенсовет Республики направил в Астрахань своего особоуполномоченного и командующего флотилией СЕ. Сакса. 13 октября в приказе СЕ. Сакса было официально объявлено о создании Астрахано- Каспийской и Волжской военных флотилий, а в июле 1919 года путем их слияния была сформирована Волжско-Каспийская военная флотилия.

Во второй половине октября 1918 года связисты флотилии перехватили несколько радиограмм противника об обстановке в районе Галья-ны на Каме. Это дало возможность командованию флотилии успешно организовать поход на Гальяны в целях освобождения пленных красноармейцев. Большую роль сыграла радиоразведка после выхода флотилии в Каспийское море. Как на восточном, так и на западном побережье Каспия практически отсутствовала проводная связь, и радиосвязь имела первостепенное значение. Поэтому между белогвардейцами и силами Волжско-Каспийской флотилии развернулась настоящая война за захват и уничтожение радиостанций.

Известной страницей в истории радиоразведки является захват радиостанции в Форт-Александровском и использование ее в радиоигре.

30 декабря 1919 года отряд кораблей флотилии подошел к полуострову Мангышлак и внезапным ударом после высадки десанта захватил Форт-Александровский. Долгое время белогвардейцы не знали о захвате форта и продолжали передавать через радиостанцию радиограммы, поступавшие из штаба генерала А.И. Деникина в Баку, для передачи адмиралу А.В. Колчаку в Гурьев. Радист с эсминца «Карл Либкнехт» Н. Чемруков, работавший на радиостанции форта, перехватил 5 мая 1919 года радиограмму о переходе из Петровска в Гурьев парового судна «Лейла» с военной миссией во главе с генералом А.Н. Гришиным-Алмазовым. Радиотелеграфист К. Ровков перехватил переговоры между «Лейлой» и английским вспомогательным крейсером «Президент Крюгер». Вскоре, после того как крейсер расстался с судном, оно было захвачено эсминцем «Карл Либкнехт». В числе захваченных ценных документов был план совместного похода войск А.И. Деникина и А.В. Колчака на Москву.

Кроме того, через радиостанцию форта проводилась активная дезинформация. Все перехваченные радиограммы противника после внесения в них необходимых изменений в штабе 11-й армии передавались их адресатам.

Радиоперехватом на флотилии успешно занимались не только береговые, но и корабельные радиостанции. Так, 2 апреля 1920 года радисты эсминца «Карл Либкнехт» перехватили радиограмму, предписывавшую генералу B.C. Толстову погрузить гарнизон и серебро на корабль в Форт-Александровском и ждать дальнейших приказаний. В штабе на основе добытых ранее данных был сделан вывод о подготовке белогвардейцами перехода в персидский (иранский) порт Энзели (Пехлеви). 4 апреля в 16.45 у Тюб-Караганского залива эсминец «Карл Либкнехт» обнаружил и обстрелял белогвардейский вспомогательный крейсер «Милютин» и канлодку «Опыт». После повреждения крейсера противник ушел в море. Высаженный десант моряков 5 апреля пленил два казачьих полка, артиллерийскую батарею, отдельную сотню, роту, пулеметную команду Уральской армии (всего 2 генерала, 77 офицеров и 1088 рядовых казаков) и захватил трофеи, в том числе 1450 кг серебра.

Помимо флотских подразделений с января 1919 года радиоразведку на морских и речных театрах войны вели подразделения фронтовой радиоразведки Красной Армии: пеленгаторные и приемно-информационные радиостанции. В ноябре 1918 года в составе регистрационного управления Полевого штаба Реввоенсовета было создано первое подразделение советской армейской радиоразведки - приемно-контрольная радиостанция, на которую был возложен перехват радиообмена иностранных и белогвардейских радиостанций. В январе 1919 года на фронтах началось формирование пеленгаторных и приемно-информационных радиостанций - подразделений фронтовой радиоразведки, на которые возлагались также задачи по контролю за радиопередачами Красной Армии.

В сентябре 1919 года для разгрома войск генерала А.И. Деникина был создан Юго-Восточный фронт. Радиоразведку в его интересах стали вести приемно-информационные радиостанции и связные радиостанции армии. Эти станции помимо радиоразведки противника в районе боевых действий Уральской и деникинской армий вели радионаблюдение за судовыми радиостанциями белогвардейцев на Каспийском море. В результате в ноябре 1919 года радиоразведкой Красной Армии был раскрыт факт поставки военного имущества и продовольствия для Уральской армии на судах «Астрахань», «Азия», «Европа», «Слава» и «Президент Крюгер», входивших в состав Каспийской флотилии белогвардейцев. Кроме того, в октябре 1920 года радиоразведка Юго-Западного фронта обнаружила корабли интервентов на Черном море у берегов Крыма с боеприпасами, продовольствием и снаряжением для русской армии генерала П.Н. Врангеля; установила наличие радиосвязи между штабом генерала П.Н. Врангеля и руководством Антанты и осуществляла радиоперехват работы радиостанций белых в Севастополе с Парижем, Варшавой, Константинополем, Бухарестом и Афинами. С началом 28 октября 1920 года стратегического наступления на Крым войск Южного фронта армейская радиоразведка добывала сведения о переходах боевых кораблей и морского транспорта противника.

Таким образом, период Гражданской войны и военной интервенции в России явился сложным этапом в истории радиоразведки отечественного ВМФ - полное прекращение ее ведения в русском императорском флоте и лишь эпизодическая радиоразведывательная деятельность советского ВМФ. В результате кардинальных изменений в системе базирования Балтийского флота, потери баз на Черном море флотская радиоразведка лишилась наиболее значимого своего компонента - наземной радиоразведки. В этих условиях ведение радиоразведывательной деятельности с кораблей позволяло осуществлять лишь радиоперехват без возможности местоопределения объектов разведки ввиду отсутствия радиопеленгаторной сети. В дальнейшем потребовалось почти 20 лет, чтобы радиоразведка отечественного Военно-Морского Флота достигла уровня развития, аналогичного ее состоянию в годы Первой мировой войны. Менее болезненно этот период прошел для армейской радиоразведки, где систематическая радиоразведывательная деятельность была налажена уже в 1919 году. Успешное ведение радиоразведки на морских театрах разведывательными станциями Красной Армии в этот период было не случайно: после развала флотов значительная часть специалистов флотской наземной радиоразведки оказалась именно в подразделениях разведки Красной Армии, где их опыт оказался востребованным раньше, а знание организации радиосвязи русского флота, сохранившейся в Белом флоте, позволило успешно решать задачи радиоразведки флота противника.

Проблема ведения разведки на морских театрах вновь стала актуальна в наши дни. Распад Варшавского договора и Советского Союза, стремительная переориентация наших бывших союзников и ближайших соседей на НАТО в целях обеспечения себе постоянного членства в этой организации привели к кардинальным геостратегическим изменениям в операционных зонах Балтийского и Черноморского флотов. Так, вследствие вывода российских сил и войск из Польши, Германии, Латвии, Литвы и Эстонии в 1991-1994 годах Балтийский флот лишился значительной доли важнейших элементов в системе базирования, в том числе большинства береговых частей радиоразведки. По тем же причинам, а также в результате военной реформы значительно снизились возможности ведения тактической разведки в операционной зоне флота корабельными силами и авиацией флота. Вместе с тем в настоящее время Балтийский флот находится в непосредственном соприкосновении с ОВС НАТО, а с приемом в НАТО Литвы часть сил флота, дислоцирующихся на территории Калининградской области, стала эксклавом Северо-Атлантического блока. Схожая проблема в области оперативной и тактической разведки сложилась на Черноморском флоте и в Каспийской флотилии.

Проецируя уроки организации военно-морской радиоразведки в годы Гражданской войны и военной интервенции в России на настоящее и обозримое будущее с учетом состояния современной теории военного искусства можно сделать следующие выводы, имеющие практическую значимость в наши дни.

Во-первых, степень требования к разведке в целом и радиоразведке в частности по критерию гибкости должна быть значительно увеличена. Силы и средства разведки должны быть способны и готовы к решению задач в операционной зоне флота в условиях значительных изменений системы базирования флота: как в условиях скоротечного отступления на приморском направлении, связанного с оставлением прибрежных позиций, так и наступления, а значит, расширения прибрежной зоны. Достижение такой способности флотской радиоразведки возможно за счет значительного увеличения в частях береговой радиоразведки мобильной составляющей (в том числе БЛА и ДПЛА), создания оборудованных запасных позиций и т. д.

Во-вторых, решение в интересах флота задач разведки (радиоразведки) при необходимости может быть возложено на силы и средства разведки Сухопутных войск, а также ВВС. Следовательно, силы и средства разведки армии и ВВС, технические и тактические возможности которых позволяют добывать разведывательную информацию в операционной зоне прилегающего морского театра, должны быть готовы и способны к ведению разведки в интересах флота. При этом вполне оправданным может стать требование способности и готовности флотской разведки к работе в интересах армии и ВВС. Достижение данных способностей возможно за счет унификации средств разведки, совершенствования системы подготовки специалистов, высокого уровня взаимодействия между различными видами разведки и разведывательными органами видов Вооруженных Сил РФ в ходе боевой подготовки и т. д.

В-третьих, координация разведывательной деятельности дислоцирующихся на приморских театрах (предполагаемых театрах военных действий) сил и средств разведки видов Вооруженных Сил и родов войск должна осуществляться специально созданным органом управления, дислоцирующимся в данном военно-территориальном объединении.

В целом следует рассматривать вышеприведенный анализ как дополнительный аргумент в пользу целесообразности создания на планируемых стратегических направлениях (территориально включающих в себя морские театры) оперативных разведывательных центров - центральных органов управления разведывательной деятельностью с оперативным подчинением им всех имеющихся на данном стратегическом направлении сил и средств разведки независимо от принадлежности к видам Вооруженных Сил и родов войск. Подобная территориальная централизация управления разведывательной деятельностью должна способствовать достижению высокой оперативности управления добыванием, распределением и применением разведывательной информации в целях повышения стратегической мобильности и боевой гибкости сил постоянной готовности на стратегических направлениях.

Радиоразведка Военно-Морского Флота. Краткая история. 1895-1945/ Под ред. Ю.П. Квятковского. М.: Воениздат, 1990. С. 43-44.

Российский государственный архив ВМФ. Ф.р. 54, оп. 1, д. 4, л. 18.

Радиоразведка Военно-Морского Флота. С. 45.

Востоков К. Рождение радиоразведки//Независимое военное обозрение. 2000. № 30 (203). С. 5.

Березовский Н.Ю. и др. Боевая летопись ВМФ, 1917-1941. М.: Воениздат, 1992. С. 365-366.

История радиоразведки Советской Армии. М.: ГШ ВС СССР, ГРУ, 1979. С. 24.

См.: Кикнадзе В.Г. Зависимость результатов ведения радиоразведки от интенсивности радиосвязи противника// Военная Мысль. 2005. № 2. С. 69-75.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации