Противовоздушная оборона отечественный опыт реорганизаций и современность

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 2/2005, стр. 76-80

Противовоздушная оборона: отечественный опыт реорганизаций и современность

Полковник Ю.В. КРИНИЦКИЙ,

кандидат военных наук

КРИНИЦКИЙ Юрий Владимирович родился 2 сентября 1959 года в г. Ахтырка в Украине. В 1976 году окончил Минское СВУ, в 1981 году - Минское ВИЗРУ. С 1981 по 1988 год проходил службу на командных должностях в частях ЗРВ на Урале.

В 1991 году окончил Военную академию ПВО, в 1994 году - очную адъюнктуру при академии. Успешно защитил кандидатскую диссертацию. Доцент кафедры оперативного искусства.

Автор более 80 научных трудов.

РАЗВИТИЕ средств и способов борьбы с воздушным противником в XX веке было связано с качественным изменением вооруженной борьбы, прежде всего с переносом ее центра тяжести «в воздух».

В Первой мировой войне борьба с воздушным противником не выходила за рамки тактики. После окончания Гражданской войны в Красной Армии существовали лишь зенитные артиллерийские дивизионы и обеспечивающие их подразделения (электротехнические батальоны, электротехнические роты). В 1924 году были сформированы первые зенитные артиллерийские полки. С начала 30-х годов появляются зенитные артиллерийские дивизии в районах городов Москва, Ленинград, Баку.

С 1937 года обозначился очередной качественный этап в совершенствовании группировок войск противовоздушной обороны. Они, с одной стороны, вышли на новый организационный уровень, с другой - переводились на общевойсковую основу. Речь идет о создании дивизий ПВО (г. Киев) и корпусов ПВО (города Москва, Ленинград, Баку), в состав которых вошли не только зенитные артиллерийские, но и зенитные прожекторные полки, полки ВНОС.

В целом же накануне Великой Отечественной войны силы ПВО были организованы в структуры не выше оперативно-тактического уровня. Но война заставила переосмыслить значимость воздушной сферы вооруженной борьбы. Массированные налеты немецкой авиации на Москву и экономически важные районы страны показали, что противник по своим возможностям и составу привлекаемых сил вышел на оперативный уровень. Это потребовало создания уже в 1942 году в составе войск ПВО страны оперативных объединений - армий ПВО.

В 1943 году создаются фронты ПВО как оперативно-стратегические объединения войск ПВО. Данный факт ознаменовал вывод противовоздушной обороны на очередной уровень - оперативно-стратегический. При этом, выдерживая аналогию с «сухопутными» фронтами, в состав оперативно-стратегического объединения ПВО, как правило, включали оперативные объединения: либо армии ПВО (Западный фронт ПВО имел в своем составе Московскую особую армию ПВО), либо зоны ПВО (основу восточного фронта составляли войска Закавказской зоны ПВО). Последующие преобразования (слияние, разделение, переименование фронтов ПВО) показали, что данная тенденция в основном выдерживалась.

Практический выход противовоздушной обороны СССР на оперативно-стратегический уровень был следствием достижений отечественной военной науки в воздушной сфере вооруженной борьбы.

Каковы же основные тенденции, предопределившие организационную эволюцию ПВО нашей страны (от тактической малоэффективной в довоенный период-к оперативно-стратегической в основном эффективной к исходу войны)?

Первая. Организационная структура войск, решавших задачи в воздушной сфере, строилась по образу войск, действующих на земле, и прошла примерно тот же путь развития, только за короткое время. Ее основу составляли вначале подразделения, затем - части, соединения, объединения. При этом к концу войны была достигнута жесткая вертикаль в иерархии войсковых структур, а именно: оперативное формирование непременно состояло из оперативно-тактических, которые в свою очередь строились из тактических формирований (соединений, частей, подразделений).

Вторая. Структура войск ПВО, совершенствуясь, разумно упрощалась. В ней исчезали дублирующие ветви. При этом каждое формирование заняло строго определенную «нишу» в войсковой иерархии, а заодно - свойственные лишь ему уровень решаемых задач, форму и способы действий. Организационная структура стала носить подчиненный характер по отношению к формам и способам действий войск ПВО. Они же (формы и способы) в свою очередь приводились в соответствие с масштабом и формой воздушного нападения (операциям ВВС Германии начиная с 1942 года стали противопоставлять согласованные по цели, задачам, месту и времени действия объединений войск ПВО, ставшие прообразом будущих противовоздушных операций).

Третья. Система управления в ходе войны становилась более определенной. В ней исключили «многоначалие», допускавшее одновременное подчинение какой-либо структуры командующему родом войск, командующему войсками военного округа и командующему по линии войск ПВО. От управления родами войск в начале войны был осуществлен переход к управлению войсковыми формированиями. От подчинения объединений (соединений) ПВО командующим фронтами (войсками военных округов) отказались в пользу фронтов ПВО (исключение из данного правила составило лишь Северо-Западное СН). От зон и районов ПВО перешли к армиям и корпусам.

Четвертая. Борьба с воздушным противником обрела общевойсковой характер. Это значит, что в состав каждого соединения, объединения ПВО включались формирования (подразделения, части, соединения) различных родов войск.

Пятая. Границы ответственности общевойсковых фронтов и фронтов ПВО, общевойсковых армий и армий ПВО не совпадали, как не совпадали и характеристики проводимых ими операций. Тем самым фактически признавалось наличие самостоятельных сфер вооруженной борьбы: наземной и воздушной (морская в данной статье не рассматривается).

Приведенные положения характеризуют противовоздушную оборону, рациональная структура которой была сформирована в широкомасштабной вооруженной борьбе и впитала в себя богатый боевой опыт. К сожалению, ее создание проходило уже в ходе войны. И ошибки военного строительства,

допущенные в мирное время, пришлось исправлять, заплатив за это большой кровью не только военнослужащих, но и мирных жителей городов, подвергшихся в начале войны безнаказанным бомбардировкам с воздуха.

О том, по какому пути шла послевоенная реорганизация войск ПВО, хорошо свидетельствует следующий факт. В декабре 1947 года командующий войсками ПВО М.С. Громадин на заседании комиссии, назначенной ЦК КПСС, доложил, что «существующая система ПВО сложилась в годы войны и не требует коренных изменений». В связи с появлением новых средств воздушного нападения (стратегической авиации в США) предлагалось «совершенствовать вооружение Войск ПВО страны, увеличивать их численность», создавать новые объединения, расширив возможности системы ПВО страны на севере и на востоке страны. Но преобразований в самой организационной структуре войск ПВО, по мнению командующего, не требовалось. Однако уже через семь лет главнокомандующий Войсками ПВО страны С.С. Бирюзов сетовал на то, что «частые реорганизации, проводящиеся в ПВО, выбивают почву из-под ног, не создают стабильности и уверенности в работе».

Детальный анализ таких реорганизаций представлен в известной книге профессора И.В. Ерохина. Не повторяя его, выделим лишь общие направления этих реформ и связанные с ними проблемы организации войск (сил) ПВО.

Первое. Фронты ПВО после войны прекратили существование, а на их базе создавались новые оперативно-стратегические формирования - округа противовоздушной обороны. Число округов ПВО с годами сокращалось. Последний из них - Московский округ ПВО (ныне именуемый Командованием специального назначения) - в своей структуре уже не имеет объединения (армии) ПВО, а формирование, состоящее из корпусов и дивизий, вряд ли может объективно претендовать на уровень выше оперативного. Так ПВО лишилась оперативно-стратегического уровня.

Второе. Значительная часть войск ПВО была передана в подчинение командующим войсками военных округов. После слияния войск ПВО и ВВС оперативные объединения нового вида Вооруженных Сил с оказавшимися в них силами ПВО переданы в оперативное подчинение командующим войсками военных округов. Парадоксален здесь тот факт, что развернутые в боевые порядки, боеготовые, несущие боевое дежурство структуры ПВО (корпуса, дивизии), имеющие в мирное время планы по отражению воздушной агрессии и готовые их реализовать немедленно в случае внезапного воздушного нападения, оказались подчинены неразвернутым, не существующим в' мирное время фронтам, которые в качестве боеготовых структур появляются лишь в результате длительного процесса стратегического развертывания. Войска, которым суждено первыми вступить в противоборство с противником в воздушной сфере, вошли в состав формирований, которым предстоит участие в войне на ее последующей (наземной) фазе. Силы ПВО, ведущие борьбу с противником в самой динамичной сфере вооруженной борьбы (скорость современного средства воздушного нападения даже на «дозвуке» составляет 1000 км/ч, а время, которым располагают органы управления на принятие решения, исчисляется секундами), оказались в структуре формирований, у которых нормативные скорости наступления «на земле» составляют несколько десятков километров в сутки.

Что касается совмещения границ формирований, ответственных за ПВО, с границами военных округов (а также стратегических направлений с воздушными направлениями) - здесь стоит выразить опасение по поводу вероятных последствий такого решения. Ведь пространство, в котором готовится отражение воздушной агрессии, в оперативном масштабе может не совпасть с пространством самой воздушной агрессии.

Третье. Вводилась и отменялась территориальная организация ПВО. При этом районам и зонам ПВО в одних случаях придавался статус территориальных объединений, в других случаях они просто становились «частью территории», на которой дислоцируются и выполняют задачи разновидовые силы ПВО. В 90-е годы был декларирован новый вид подчинения: оперативное подчинение соединений и частей ПВО видов ВС РФ командующему зоной (районом) ПВО при отсутствии у последнего права ставить им боевые задачи (?!). Так запутывалась и усложнялась система руководства войсками ПВО, обезличивалась ответственность за ее результаты.

Четвертое. Силы воздушно-космического нападения во второй половине XX века вышли на уровень решения стратегических задач. При этом в настоящее время наивысшей структурой, противодействующей стратегическому противнику в ВС РФ, снова (как ив 1941 году) оказалась оперативно-тактическая (корпус ПВО). Здесь важно заметить, что созданные армии ВВС и ПВО не могут рассматриваться как формирования, решающие оперативные задачи по ПВО. Более того, у новых оперативных объединений «отобрали» операцию как форму действий. Такого противоречия между декларированным оперативным уровнем формирования и реализуемой им тактической формой применения не допустили ни в одном виде Вооруженных Сил. Тем самым ПВО лишилась и оперативного уровня.

Пятое. Стратегическому воздушно-космическому противнику, готовому провести стратегическую операцию, справедливо противопоставлена адекватная операция по ее отражению. Но стратегического формирования ВКО для ее проведения не создано. Совокупность войск (сил), которые должны реализовать стратегический замысел, представляет собой простой «набор» формирований видов и родов войск ВС, которые подчинены разным органам управления, реализуют свои формы действий, находятся там, где им предписано быть развернутыми по линии непосредственного подчинения, и не имеют единого стратегического органа управления. Надежда на то, что с управлением операциями подобного рода справится Генеральный штаб, весьма зыбка. Вспомним хотя бы тот факт, что для проведения стратегических операций «на земле» создавались (в войну) стратегические группировки войск - группы фронтов. В настоящее время также предусмотрено создание стратегических группировок войск на континентальных театрах военных действий и стратегических органов управления ими. Чем же воздушно-космический ТВД проще? Уже не говорим об опыте США, где проведение стратегической операции немыслимо без создания соответствующего по уровню командования.

Шестое. В самой иерархии наших формирований, ведущих вооруженную борьбу в воздушно-космической сфере, после войны происходило перепутывание уровней. Создавались дублирующие друг друга структуры, между которыми если и имелись различия, то лишь количественные (потому - непринципиальные). Например, трудно найти существенное качественное отличие между корпусом и дивизией ПВО. В их составе - бригады и полки (в отличие от армейских корпусов Сухопутных войск, в состав которых входят дивизии). Но наряду с корпусами бригадно-полкового состава в структуре ВВС имеется корпус ПВО, состоящий из дивизий ПВО. Нет принципиального качественного отличия между бригадами и полками рода войск, между зенитными ракетными полками и группами дивизионов. Кроме того, стали появляться просто неопределенные структуры, например группировка авиации и войск ПВО на стратегическом направлении. Сегодня трудно сказать, что это: цельное формирование или группировка в ее энциклопедическом понимании (во втором случае у нее не должно быть ни органа управления, ни боевой задачи, ни собственных форм действий). Вряд ли кто-то может определенно указать на уровень данной структуры. Хотя поскольку она есть элемент фронта, то не может иметь статус выше оперативного. Но если армия ВВС и ПВО составляет лишь часть группировки авиации и ПВО на СН, то каков же тогда статус самой армии? Много вопросов вызывает организация управления данной единицей и место в ней объединения ВВС и ПВО. Складывается впечатление, что некоторые войсковые структуры сначала в административном порядке «изобретаются», а затем научными усилиями обосновываются. Проведенный анализ организации системы борьбы с воздушно-космическим противником показывает на наличие ряда нерешенных проблем. Причем их число в последние годы нарастает. Никаких объективных причин для этого не было и нет. Их природа исключительно субъективна. Автор не ставил перед собой задачу и не претендует на то, чтобы дать ответы на все «почему». Но уверен, что среди прочих необходимых мер в процессе совершенствования воздушно-космической обороны России следует привести в соответствие статус войсковых формирований уровню решаемых ими задач. Тем более это важно, когда речь идет о сфере вооруженной борьбы, в которой может начаться будущая война. И сделать это надо так, чтобы с началом агрессии не пришлось вместо отражения авиационно-ракетных ударов заниматься реорганизацией системы ПВО. В условиях современной войны при высочайшей динамичности боевых действий в воздушно-космической сфере на это не будет времени.

Войска противовоздушной обороны страны в Великой Отечественной войне. М.: Воениздат, 1954. Т. 1. С. 26.

Светлишин Н.А. Войска ПВО страны в Великой Отечественной войне. М.: Наука, 1979. С. 148.

Противовоздушная оборона страны (1914-1995 гг.): Военно-исторический труд. М.: Воениздат, 1998. С. 263.

Там же. С. 303.

Ерохин И.В. Зигзаги военной реформы и путь ее завершения. Тверь, 2002.

Криницкий Ю.В., Дурягин В.А. О необходимости учета современного деления геостратегического пространства при организации системы воздушно-космической обороны// Военная Мысль. 1999. № 5. С. 57.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации