Некоторые вопросы развития теории современного боя

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 4/1986, стр. 33-39

ТАКТИКА СОЕДИНЕНИЙ

Некоторые вопросы развития теории современного боя

(Отзывы на статью генерал-майора И. Н. ВОРОБЬЕВА «Новое оружие - новая тактика»)

ИНТЕНСИВНАЯ разработка и внедрение новейших средств вооруженной борьбы, как известно, ведут к изменению устоявшихся положений военного искусства, особенно тактики. В этом процессе важная роль принадлежит военным кадрам, которые призваны внимательно следить за развитием оружия и боевой техники, анализировать опыт Великой Отечественной и локальных войн, оперативной и боевой подготовки войск, своевременно вырабатывать научно обоснованные рекомендации по дальнейшему совершенствованию форм и способов подготовки и ведения боя. Большое внимание этой проблеме уделяется на страницах журнала «Военная Мысль». В последнее время опубликовано немало содержательных материалов, в которых излагаются важные вопросы военного искусства. Так, хорошим вкладом в дело дальнейшего развития теории тактики стала, на наш взгляд, статья генерал-майора И. Н. Воробьева «Новое оружие - новая тактика». Автору удалось достаточно полно рассмотреть некоторые актуальные проблемы. Особенно удачно и всесторонне раскрыто влияние высокоточного оружия противника на характер и способы подготовки и ведения современного общевойскового боя.

Вполне закономерно, что изменения в тактике затронули прежде всего вопросы огневого поражения. Решающая роль огня в наступлении и обороне отмечалась и раньше. Но теперь, при появлении в армиях стран НАТО автоматизированных боевых комплексов, самоуправляемых (самонаводящихся) боеприпасов повышенного могущества, он приобрел совершенно новые качества: неизмеримо увеличились точность, дальнобойность, быстродействие и мобильность огневых средств. Можно без преувеличения сказать, что эффективность огневого, поражения противника будет предопределять ход и исход современного боя и операции. Опыт локальных войн свидетельствует, что хорошо организованный огонь с помощью средств поражения наземного, морского и воздушного базирования способен прокладывать путь наступающим войскам, нарушать целостность обороны, срывать маневр вражеских резервов, а в обороне, словно «огневой щит», преграждать путь атакующему.

Конечно, к достижению огневого превосходства в бою будет стремиться каждая сторона. Так, в концепции «воздушно-наземная операция (сражение)», усиленно осваиваемой сейчас в армии США, делается главный упор на упреждающее нанесение огневых ударов по важнейшим объектам на всю глубину оперативного построения противника, что выльется как бы в «дуэльное» противоборство сторон. В этой связи важно уметь вести эффективный дальний и ближний огневой бой, оказывать противодействие разведывательно-ударным (огневым) комплексам противника, быстро осуществлять маневр огнем и надежно защищаться от высокоточного оружия. Причем сейчас следует скрупулезно учитывать фактор времени, всесторонне изучать сильные и слабые стороны своего оружия и врага, творчески подходить к выбору способов огневого поражения противника в его тактической и оперативной глубине.

Следует, видимо, согласиться и с предложением автора о необходимости дальнейшей разработки тактики глубинного боя. В самом деле, тактика фронтальных ударов, медленного «прогрызания» обороны и линейного продвижения войск сейчас ушла в прошлое. Современный бой с самого начала, очевидно, приобретет резко динамичный характер, охватит всю глубину построения противника, будет вестись как на линии соприкосновения сторон, так и в глубине на земле и в воздухе при взаимном вклинении частей (подразделений), которые будут действовать длительное время без локтевой связи, в отрыве друг от друга. Если раньше такой характер действий был свойственен преимущественно тактическим воздушным десантам и передовым отрядам, то теперь в ходе наступления он может стать типичным явлением для многих мотострелковых и танковых подразделений.

Важнейшая особенность глубинного боя, на наш взгляд, состоит в том, что войска будут вести его с противником, способным действовать с любого направления (как с фронта, так и с фланга и тыла). И для успешного ведения его требуется специальная подготовка командиров и всего личного состава, проявление ими творчества, военной хитрости, смекалки, инициативы и почти мгновенной реакции на изменения боевой обстановки.

В статье генерал-майора И. Н. Воробьева не только говорится о проблемах тактики современного боя, но и с учетом опыта локальных войн высказываются предложения о возможных путях их решения. Большинство рекомендаций, изложенных автором, можно смело внедрять в процессе обучения войск. Вместе с тем некоторые положения требуют уточнения. Так, рассматривая влияние огневого фактора, автор предлагает создавать ударные группировки войск вне зоны воздействия основной массы вражеской артиллерии. Но в современных условиях для защиты соединений (частей) от ядерного и высокоточного обычного оружия этого недостаточно. Кроме артиллерии, по ним могут наносить огневые удары ракетные войска, тактическая и армейская авиация с использованием самонаводящихся боеприпасов. Поэтому проблему повышения живучести войск первого и даже второго эшелона (резерва) целесообразно решать более фундаментально. В частности, необходимо искусно сочетать рассредоточение и сосредоточение войск, повышать эффективность маскировки всех видов, особенно противорадиолокационной, изыскивать способы введения противника в заблуждение путем проведения ряда ложных мероприятий. Надо, наконец, умело использовать защитные свойства местности, тщательно оборудовать ее в инженерном отношении, своевременно организовывать противодействие вражеской разведке.

Важное значение имеет внезапное применение новых, неожиданных для противника тактических приемов, нестандартных способов решения боевых задач. В этом плане в современном бою приобретает особую значимость военная хитрость. Мы согласны с положениями содержательной и весьма интересной статьи генерал-полковника В. Н. Лобова «Роль и место военной хитрости в военном искусстве». Он справедливо подчеркивает: «Именно ум военачальника, изобретательность, творчество, новаторство в совокупности воплощаются в военной хитрости». Автор вполне обоснованно отмечает, что она является узловым вопросом замысла на бой и операцию. Хитрость по отношению к противнику характеризует степень зрелости военачальников, является критерием их полководческого мастерства и антиподом шаблона.

Необходимо также остановиться на проблеме борьбы за выигрыш времени, затронутой в рассматриваемой статье генерал-майора И. Н. Воробьева. В настоящее время поиску путей ее решения уделяется исключительно большое внимание, так как упреждение противника в действиях, особенно в огневом поражении, имеет определяющее значение для достижения успеха. Но как можно этого добиться в огневом бою? В первую очередь путем уменьшения цикла «обнаружил - поразил», а также времени на разведку, обработку данных, организацию и осуществление огневого поражения врага.

В своей статье автор выдвигает ряд рациональных предложений по сокращению времени на управленческий цикл и на весь комплекс мероприятий по подготовке боя. Вместе с тем, уменьшая сроки подготовки боевых действий, нельзя допускать, чтобы организационные вопросы проводились в жизнь наспех. Важно учить командиров не только быстро принимать правильные решения, но и осуществлять умело и оперативно все практические мероприятия по подготовке боя, тщательно проводить рекогносцировку местности, в том числе с использованием вертолетов, организовывать огневое поражение противника, взаимодействие, все виды обеспечения и управления.

По нашему мнению, требует уточнения и порядок применения параллельного метода работы командиров и штабов при принятии решения, планировании и подготовке боевых действий. Стремясь вовремя включить в целенаправленную работу все органы управления, необходимо одновременно принимать меры к тому, чтобы не допустить утечки секретной информации, разглашения военной тайны. На учениях важно настойчиво внедрять богатейший опыт, приобретенный нашим командованием, по достижению скрытности подготовки боя. Великая Отечественная война показала, что к определению времени доведения боевых задач до войск надо подходить с таким расчетом, чтобы преждевременно не раскрыть замысел боя. Например, командующий 65-й армией при подготовке перегруппировки армии из района Данцига на штеттинское направление в апреле 1945 года в целях сохранения в тайне ее замысла первоначально в полном объеме поставил задачи только командирам корпусов, их заместителям, начальникам оперативных и политических отделов, а командирам дивизий - на два суточных перехода, командирам полков - на один.

Видимо, следует пересмотреть число и очередность разработки основных боевых документов. Опыт показал, что их одновременная отработка приводит к распылению сил и снижению качества в деятельности штабов. Учения свидетельствуют, что надо разумно сочетать методы параллельной и последовательной работы.

Вместе с тем, на наш взгляд, прав автор, утверждая, что в тактическом звене основным все же явится распорядительный метод, позволяющий командиру быстрее реагировать на любые изменения в обстановке. К сожалению, за последние годы он незаслуженно стал забываться и нуждается в дальнейшем совершенствовании.

В статье генерал-майора И. Н. Воробьева делается обоснованный вывод, что применение нового оружия, воздушно-наземный характер современного боя вызывают необходимость изменения содержания решения на бой. Но каких-либо предложений на этот счет автор не сделал. Нам представляется целесообразным расширить круг вопросов, определяющих замысел командира на бой. В частности, надо включить мероприятия по борьбе с системами высокоточного оружия противника, особенно РУК (РОК), и обеспечению живучести частей от его ударов, характер противоогневого маневра, организацию РЭБ, порядок преодоления минно-взрывных заграждений, устанавливаемых дистанционными средствами, и другие важные вопросы.

Создание и внедрение в войска современного вооружения требуют поиска и новых приемов ведения боевых действий. Однако при этом важно учитывать, что речь идет не просто об изменении их характера в связи с применением нового оружия, а о разработке новых вопросов тактики общевойскового боя. В этом отношении статья автора - это творческий поиск путей решения вновь возникающих проблем. Наиболее актуальными, на наш взгляд, являются: влияние нового оружия на фактор времени в бою, методы предвидения его развития, способы подготовки и осуществления огневого поражения, достижение разнообразия в построении боевых порядков и ведении наступательного (оборонительного) боя и др.

В заключение подчеркнем, что статья генерал-майора И. Н. Воробьева дает :сотя и общие, но вполне обоснованные направления дальнейшего совершенствования теории тактики современного боя.

Полковник Н. М. ВИНОКУР

* * *

В статье генерал-майора И. Н. Воробьева лишь в общем плане затронут вопрос о роли маневра в общевойсковом бою. Соглашаясь с его мнением, выскажем ряд соображений о влиянии современных средств вооруженной борьбы на цели, виды и содержание маневра в наступлении.

Блестяще проведенные Советской Армией наступательные операции и бои обогатили военное искусство различными видами маневра. Однако его проведение зачастую осложнялось слабой механизацией и моторизацией войск, ограниченной дальностью огневого воздействия по врагу. Соединения и части, наступая в узких полосах, для осуществления охвата или обхода первоначально вынуждены были прорывать глубокоэшелонированную оборону противника, создавать бреши в его построении и использовать их как благоприятные условия для маневра в ходе боя.

В настоящее время Сухопутные войска качественно изменились: они полностью моторизованы, идет ускоренный процесс их аэризации, значительно возросла ударная и огневая мощь частей (соединений), изменились и способы ведения боя. Все это дает принципиально новые возможности для широкого маневра силами и средствами в самом начале боевых действий, а не только при бое в глубине обороны противника, как это было в прошлом. Коренные изменения материальной основы вооруженной борьбы, характера и способов боевых действий привели к тому, что маневр как составная часть общевойскового боя получил свое дальнейшее развитие. Важными его формами в современном наступательном бою является маневр ядерными ударами и огнем, а также частями и подразделениями (в том числе по воздуху).

Маневр ядерными ударами и огнем заключается в одновременном или последовательном массировании (сосредоточении) ударов (огня) по важнейшим целям противника, распределении (рассредоточении) их для поражения нескольких объектов, а также в перенацеливании на новые.

Маневр огнем в Великую Отечественную войну играл исключительно важную роль в достижении поставленных целей. В результате огнем артиллерии, танков и стрелкового оружия удавалось своевременно наносить поражение противнику, прикрывать фланги, промежутки и разрывы в боевых порядках своих войск, обеспечивать благоприятные условия для выполнения боевой задачи в короткие сроки. Однако в минувшую войну, чтобы осуществить, например, маневр артиллерийским огнем, зачастую надо было вначале сменить огневые позиции (ОП) артиллерии, что нередко приводило к потере времени и снижению плотности огневых ударов.

В современных условиях в связи с увеличением дальнобойности, скорострельности и подвижности средств поражения возможности войск по осуществлению маневра огнем резко возросли. Сейчас он проводится чаще всего путем маневра траекториями без смены ОП.

Маневр частями и подразделениями осуществляется для занятия выгодного положения по отношению к противнику и создания необходимой группировки сил и средств, а также вывода своих войск из-под ударов превосходящих сил врага. В наступлении с помощью маневра осуществляется перенос усилий на другое направление, окружение противника путем охвата или обхода. Это традиционные его виды, но в настоящее время их содержание получило существенное развитие.

Охват - это маневр, проводимый в целях выхода соединений (частей, подразделений) в расположение противника и удара во фланг его группировки. Он осуществляется в боевых или предбоевых порядках в тесном огневом взаимодействии с войсками, действующими с фронта. В отличие от прошлого в современных условиях возможности для охвата, видимо, будут возникать значительно чаще, а глубина его возрастет в несколько раз. В минувшую войну артиллерия, имея дальность действительного огня в среднем 8-10 км, могла обеспечить огневое взаимодействие маневрирующих частей и подразделений с войсками, наступающими с фронта, на глубину 4-6 км. Современная артиллерия, как подчеркивается в зарубежной печати, способна решить эту задачу на глубину до 25 км, а при использовании разведывательно-ударных (огневых) комплексов она может быть доведена до 100 км и более.

До сих пор считалось, что при отрыве охватывающей части (подразделения) от войск, наступающих с фронта, за пределы дальности стрельбы артиллерии огневое взаимодействие обычных средств поражения прекращается и части (подразделения) действуют уже только в тактическом взаимодействии с ними. Охват по существующей классификации перерастает в обход. Однако эти определения охвата и обхода в условиях применения дальнобойных огневых средств нуждаются в уточнении. На наш взгляд, основным признаком охвата в современных условиях является удар во фланг противника, а обход используется преимущественно для удара с тыла, так как сейчас в любом случае может быть обеспечено огневое взаимодействие.

Обход - это маневр, проводимый в целях глубокого проникновения войск в расположение противника и нанесения удара по нему с тыла. Он обычно осуществляется при наличии открытого фланга или промежутка в боевых порядках войск во взаимодействии с частями (подразделениями), действующими с фронта, и дальнобойными огневыми средствами. Состав обходящих войск может быть различным. Например, при наступлении общевойскового соединения на подготовленную оборону первоначально для обхода противника чаще всего будет выделяться танковое или мотострелковое подразделение. В годы минувшей войны при благоприятной обстановке в ходе боя для этой цели применялись более крупные силы (части и соединения). В этом случае их активные действия приводили к достижению оперативного успеха.

Так, в Восточно-Померанской операции обходный маневр 12-го гвардейского танкового корпуса и 9-го гвардейского танкового корпуса (без двух бригад) в марте 1945 года в направлении Неренберг, Вангерин, Наугард привел к овладению городом Наугард, выходу в глубокий тыл крупной группировке противника, уничтожению ее нашими войсками ударом с фронта и тыла и захвату города Штаргард.

О возрастании роли маневра в современном бою свидетельствует и опыт локальных войн. Например, в арабо-израильской войне 1973 года израильтяне широко применяли для маневренных действий небольшие отряды и группы танков силой от роты до батальона. Используя промежутки и разрывы в оперативном построении египетских войск на западном берегу Суэцкого канала, они проникали в глубину их расположения для ударов с тыла, дезорганизации системы ПВО, нарушения управления войсками и работы тыловых органов, кроме того, наносили фланговые удары по опорным пунктам в целях свертывания обороны. Такое маневрирование в большинстве случаев давало положительные результаты. Однако следует отметить, что достижению оперативного успеха маневренных групп израильских танков во многом способствовало вначале бездействие египетского командования, а затем - его грубые тактические ошибки: маневр войсками с неактивных участков фронта проводился с опозданием, артиллерия почти не вела огня по противнику, а авиация наносила лишь эпизодические, малоэффективные кратковременные удары.

В статье генерал-майора И. Н. Воробьева справедливо отмечается, что в настоящее время возросли возможности осуществления маневра по воздуху. Резкое повышение транспортабельности современных подразделений, большой пространственный размах боя и относительно небольшая его продолжительность, наличие мощных средств поражения привели к тому, что маневр частями и подразделениями по воздуху дает многократный выигрыш во времени, обеспечивает внезапность действий и своевременное использование результатов огня и совершенно не зависит от проходимости местности. Этот вопрос требует более углубленной разработки.

Следует отметить, что осуществить маневр в современном бою стало значительно труднее в связи с резким ростом возможностей противостоящей стороны по его срыву путем нанесения войскам больших потерь. Как отмечают западные военные специалисты, это может быть достигнуто ударами ядерного оружия, разведывательно-ударных (огневых) комплексов, применением других видов высокоточного оружия, которые позволяют примерно в 8-10 раз повысить точность поражения цели, в 10-15 сократить время на выполнение огневой задачи.

Поэтому любому маневру частями и подразделениями должно предшествовать надежное подавление этих средств поражения противника ударами ракет, авиации и огнем артиллерии.

Для снижения потерь от ядерных и огневых ударов противника маневрирующим придется проводить комплекс мероприятий, в том числе рассредоточение и использование защитных свойств местности. Это значительно снизит эффективность радиолокационной разведки и точность наведения оружия противника. Просматриваемые участки целесообразно перекрывать противорадиолокационными масками, осуществлять горизонтальные дымовые завесы, применять тепловые ловушки в сочетании с различными отражателями и имитаторами. Важное значение имеет также маскировка и надежное прикрытие маневрирующих войск средствами ПВО и РЭБ.

Имея средства дистанционного минирования, противник может массированно применять заграждения на путях маневра. При этом минные поля будут создаваться в течение нескольких минут и даже секунд. Поэтому все войска должны постоянно вести их разведку и иметь прочные навыки и средства преодоления. Минные поля в ходе маневра частями обычно обходятся, а когда это невозможно - преодолеваются по проходам, проделанным танками с минными тралами, специальным навесным оборудованием к бронетранспортерам и автомобилям, подрывными зарядами и т. д.

Несмотря на то что способами преодоления дистанционно установленных минных полей сейчас обязан владеть весь личный состав общевойсковых соединений, целесообразно в каждом подразделении создавать нештатные группы разминирования и специально подготовленные отделения (расчеты, экипажи). Это значительно повысит самостоятельность войск в преодолении заграждений, что особенно важно при совершении маневра в отрыве от главных сил.

Мы в полной мере поддерживаем выводы, сделанные в статье генерал-майора И. Н. Воробьева, об изменении роли и места радиоэлектронной борьбы в современном бою, которая все в большей мере становится неотъемлемым его содержанием. При этом надо отметить, что для успеха маневра весьма важно умелым осуществлением РЭБ дезорганизовать систему управления войсками и оружием противника. Это снизит эффективность его разведки и обеспечит внезапность действий маневрирующих частей (подразделений).

Полковник В. Е. САВКИН,

кандидат военных наук, доцент

Военная Мысль, 1984, № 2, 6.

Военная Мысль, 1985, № 9, с. 30-32.

Военная Мысль, 1983, № 4, а 69.

Радзиевский А. И. Танковый удар.- М.: Воениздат, 1977, с. 152, 153.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации