ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ ДИСКУССИИ В КНР

Обозреватель - Observer 2004 №3 (170)

ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЕ ДИСКУССИИ В КНР

Олег Литвинов,

кандидат исторических наук

Значительные изменения в международной обстановке стимулируют дебаты в китайской элите относительно внешнеполитической стратегии КНР.

Китайские политологи и журналисты утверждают, что жизнь диктует необходимость внесения корректив во внешнюю политику страны. В подтверждение приводятся следующие аргументы.

1. КНР с 1982 г. проводит независимую и самостоятельную внешнеполитическую линию, отказывается от вступления в союзы с другими государствами. С окончанием холодной войны казалось, что такой курс тем более логичен и правилен. Однако расширение НАТО на восток, интенсификация американо-японского военного альянса ставят Китай "в очень тяжелое положение", ему "становится трудно действовать в одиночку"1.

2. Уже многие десятилетия КНР исходит из суверенности национальных государств, их неотъемлемого права на независимость и самостоятельность. Такая правовая позиция сталкивается с концепциями и практическими действиями Запада, прежде всего США, направленными на вмешательство во внутренние дела суверенных государств для защиты прав человека, преодоления гуманитарных катастроф, уничтожения потенциалов оружия массового уничтожения и т.д. Линия Запада не только разрушает сложившуюся систему международных отношений, но и "создает потенциальную угрозу праву Китая решать внутренние проблемы исходя из собственных убеждений2.

3. Современная дипломатическая стратегия Китая базируется на основе того, что в начале 80-х годов ХХ в. китайско-американские отношения развивались в целом успешно и в нормальном русле, однако с окончанием холодной войны они вступили в неустойчивый период, в котором перемежаются удачные и неудачные этапы, а в отношениях Китая с США существует вероятность больших перекосов3.

4. Стратегия Китая базируется на основе баланса США и СССР/России, однако продолжающийся широкомасштабный спад в России значительно изменил ситуацию на международной арене, ослабил силы, выступающие против гегемонизма США, поколебал основу китайской независимой и самостоятельной дипломатической стратегии, которая строилась на балансе сил4.

5. Дипломатическая стратегия Китая строится на основе развития отношений Китая со странами третьего мира, на основе непрерывного роста их сил, однако в государствах ЮВА, Латинской Америки, а также в России возник тяжелый финансовый кризис, прервавший развитие и рост незападной экономики. Постепенно увеличивается отставание стран "третьего" мира от развитых стран из-за устойчивого экономического роста США, абсолютного превосходства Запада в информационных и высоких технологиях, что ослабило влияние и роль развивающихся стран в международных делах. Войны внутри развивающихся стран и между ними, национальные проблемы, природные катастрофы, все это постепенно ослабляло силы развивающихся стран. "Снижается общая роль стран третьего мира - одна из важных составных частей независимой и самостоятельной стратегии Китая"5.

6. Стратегия Китая базируется на ситуации раскола мира на два полюса, а современный мир вступает в эпоху глобализации, растет взаимосвязь разных стран. Независимая и самостоятельная стратегия в некоторых аспектах имеет трения и столкновения с этой большой тенденцией.

С учетом вышеизложенных факторов китайские авторы предлагают переводить внешнюю политику страны на великодержавные рельсы, но делать это не в ущерб, а в интересах модернизации КНР - "самой главной национальной задачи на обозримую перспективу"6. Только великодержавная стратегия, считают эти авторы, способна на новом этапе обеспечить максимально благоприятную международную обстановку для развития Китая.

Сторонники корректировки внешнеполитического курса признают, что КНР пока еще не превратилась в мировую державу, и процесс превращения растянется на длительный период. Пройдут годы, пока Китай сможет приблизиться к США по размеру валового национального продукта и уровню военных расходов. Еще более отдаленной представляется перспектива выхода страны на лидирующие позиции в мире по уровню доходов на душу населения. Осознавая ограниченность совокупной мощи КНР на современном этапе, китайские политологи и журналисты призывают вместе с тем "не допускать недооценки" возможностей страны. Искусная дипломатия, подчеркивают они, способна усилить роль государства на мировой арене. Данный тезис обосновывается следующим:

- пассивная, изоляционистская внешняя политика ослабляет международные позиции государства, с ним перестают считаться. Напротив, активная, наступательная политика может расширить влияние даже сравнительно слабого государства. В случае с КНР такая политика будет способствовать интересам ее модернизации и процветания;

- Китай уже сейчас является государством с немалой комплексной мощью, крупнейшим развивающимся рынком в мире, крупнейшей развивающейся страной, крупнейшей социалистической страной, одним из пяти членов СБ ООН. Он уже обладает известными условиями для превращения в мировую державу, играет важную роль в некоторых мировых делах;

- важную роль как мировые державы могут играть даже такие, не очень сильные в области комплексной государственной мощи страны, как Франция и Англия. Даже такая страна, как Россия, находящаяся в состоянии редкого в истории человечества спада, может проводить великодержавную дипломатию. Почему же Китай не в состоянии?

- проведение великодержавной стратегии вовсе не означает, что Китай должен быть озабочен делами всех регионов и стран мира. Эту стратегию можно разделить на два этапа: на первом этапе главный упор делается на регион Восточной Азии. На втором, опираясь на Восточную Азию, можно играть соответствующую роль в мировых делах и делах других регионов. Возможности и роль Китая, которые проявились во время финансового кризиса 1997 г., продемонстрировали, что уже начали созревать условия для увеличения роли КНР в качестве восточно-азиатской великой державы;

- осуществление великодержавной стратегии не означает, что надо вступать в противостояние с Америкой. Необходимо вести борьбу с американским гегемонизмом независимо от того, проводит ли Китай великодержавную дипломатию, особенно в тех случаях, когда гегемонизм и силовая политика затрагивают прямые национальные интересы КНР. Однако борьба с гегемонизмом не является китайской дипломатической стратегией, а лишь одним из средств и методов достижения Китаем его дипломатических целей. Проведение великодержавной дипломатии также не ставит борьбу против американского гегемонизма в качестве главной цели. Великодержавная дипломатическая стратегия "не нуждается в принесении великих национальных жертв, чтобы, помогая другим странам, получить в обмен влияние великой державы"7.

Речь идет о другом, подчеркивают сторонники усиления великодержавной роли Пекина. Они призывают освободиться от "комплекса неполноценности", доставшегося в наследство от эпохи колониализма и империализма, "взять инициативу в свои руки, на равных вести дела с другими великими державами, брать на себя ответственность, настаивать на своей позиции в урегулировании международных кризисов"8.

Центральным вопросом, с точки зрения большинства участников внутрикитайской дискуссии, является дипломатическая линия в отношении США. Проводится мысль, что в американской политике усиливаются гегемонизм и насилие, жажда превратить мир в однополюсный. Такой политике Вашингтона предлагается активно противодействовать.

Вместе с тем китайские политологи и журналисты предлагают не упускать из виду и другую сторону ситуации, а именно: установление международного порядка требует, чтобы великие державы играли направляющую роль. Ни одна система не установится сама собой. Инициируемый Китаем новый международный политический и экономический порядок также нуждается в руководстве великих держав, он не может возникнуть стихийно. Пять постоянных членов СБ ООН играют ведущую роль в мировых делах и обладают определенными особыми правами. Механизм ООН первоначально строился на базе равенства больших и малых стран и особых прав великих держав. Поэтому во всем том, что делают Соединенные Штаты, проявляются две стороны, а именно: силовая политика и обычная роль великой державы в мировых делах.

В области китайско-американских отношений Пекин должен, по мнению экспертов, осознать три стратегических момента.

Во-первых, эти отношения затрагивают вопрос глобального значения, связанный с тем, сможет ли сохраниться тенденция мира и развития. Китай как поднимающаяся великая держава, несущая определенную ответственность за защиту мира во всем мире, должен иметь широкие связи в мировых делах с Соединенными Штатами. Поддержание нормальных отношений с Америкой имеет большое значение как для сохранения внешних условий для проведения Китаем политики модернизации, так и для мира и стабильности на международной арене в целом.

Во-вторых, Америка выступает важным поставщиком требующихся Китаю капиталов, технологий, управленческого персонала, информационных ресурсов, а также опыта управления.

В-третьих, китайско-американские отношения прямо затрагивают интересы Китая в области национального единства и национальной безопасности. Неслучайно, все китайские руководители, начиная с Мао Цзэдуна, уделяли первостепенное внимание установлению нормальных отношений с США.

Участники внутрикитайской дискуссии признают, что добиться гармонии во взаимоотношениях между Китаем и Соединенными Штатами непросто. Мешают не только разные интересы и позиции в мировой политике, но и различия в идеологии, внутриполитическом устройстве.

Тем не менее, существует настоятельная необходимость улучшения китайско-американских отношений и есть возможности для этого. Если Пекин и Вашингтон будут рассматривать друг друга в качестве врагов, то, в конце концов, наверняка таковыми станут. Нельзя предаваться каждый раз эмоциям, реагируя на те или иные акции американского правительства, заявления американских политиков и печати. Не следует нагнетать напряженность, напротив, надо стремиться к преодолению разногласий. От поведения обеих сторон зависит, какой вектор возобладает в китайско-американских отношениях.

Другой важный вопрос в дискуссиях относительно дипломатической стратегии затрагивает проблему многополярности. Современный мир и не многополярен и не однополярен, а является сочетанием двух противоречивых тенденций - развития к многополярности и развития к однополярности. Эти противоречивые тенденции еще могут просуществовать определенный период времени. С одной стороны, развивается тенденция многополярности. С другой стороны, временами проявляются попытки США осуществить свои замыслы по созданию однополярного мира. В условиях существования такой ситуации китайская стратегия должна сосредоточиться на том, чтобы решительно и неизменно способствовать тенденции многополярности, сдерживать и выступать против попыток создать однополярный мир.

Достижение единства между Китаем и Россией по проблеме многополярности это важный прогресс в развитии многополярности, этапное достижение китайской стратегии. Китай и Россия стали главной движущей силой, продвигающей развитие многополярного мира. При условии если они будут твердо придерживаться своих позиций, Соединенные Штаты в стратегии создания однополярного мира столкнутся с серьезным препятствием.

Однако, несмотря на сотрудничество Китая и России, процессу развития многополярности все еще трудно осуществиться, так как Китай является развивающейся страной, чья комплексная мощь недостаточно сильна, а Россия - это страна со значительно ослабевшей мощью, которой трудно в международных делах играть роль, совместимую с положением великой державы. За короткий промежуток времени трудно что-либо изменить и в том и в другом случае. Поэтому Китаю при осуществлении второго этапа стратегии многополярности, необходимо, объединившись с Россией, бороться за Европу, и эту работу поставить на передний план.

Китайские эксперты с удовлетворением констатируют, что во время иракской войны 2003 г., в отличие от прежних событий в Косово, европейцы, и особенно французы и немцы, "проявили гораздо больше решимости противостоять гегемонистской, силовой политике Вашингтона"9. Они "со всей очевидностью продемонстрировали готовность вместе с Китаем и Россией отстаивать многополярную систему международных отношений"10.

Призывая углублять сотрудничество по этой проблеме, китайские авторы вместе с тем предостерегают против скатывания на позиции конфронтации с Соединенными Штатами. "США, - пишет исследователь Пекинского университета Чжао Баодао, - являются самой мощной, развитой и влиятельной державой планеты. Без нее невозможно построить стабильную международную систему, надо убедить Вашингтон включиться в процесс создания многополярного мира"11.

Такая возможность, с точки зрения аналитиков в КНР, существует. Многополярность соответствует интересам всех великих держав, включая США. Можно избавиться от ненужных забот, связанных с вмешательством в чужие дела из-за стремления единолично управлять миром. Американская администрация, хотя раз за разом и заявляла о необходимости принятия Америкой ответственности за руководство миром, в практических международных делах не исключала сотрудничества с Европой, Россией и Китаем по ряду важных вопросов. Хотя в США многие одобряют и поддерживают строительство Америкой однополярного мира, общего понимания по этому вопросу там нет. В последнее время появилось немало американских ученых, выступающих за многополярность.

Поэтому существует возможность изменения американских позиций. Если Китай, Россия, а также европейские страны будут больше работать в данном направлении, то, возможно, это заставит Америку постепенно отказаться от строительства однополярного мира, связанного с единоличной гегемонией. Важным каналом является интенсификация контактов с кругом людей, занимающихся выработкой американской стратегии, более широкий обмен мнениями. Практика свидетельствует, что американцы вовсе не полностью невосприимчивы к идеям многополярности.

В прошлом в китайской стратегии многополярности слишком большой акцент делался на антиамериканизме, на сотрудничестве с Россией, слишком большое внимание уделялось росту развивающихся стран. Этого недостаточно. Сейчас основной упор надо делать на борьбу за Европу, за изменение американских позиций. Борьба за Европу способна ускорить развитие процесса многополярности и в то же время стимулировать изменение американских позиций. Отсюда следует, что борьба за Европу является ключевым моментом в продвижении многополярности.

Таким образом, утверждают китайские аналитики, тотальный вызов Соединенным Штатам не соответствует современной реальности Китая. Китай не предполагает вести с Америкой борьбу за мировую гегемонию. Долгосрочным основным государственным курсом является то, что КНР не станет сверхдержавой. Одновременно Пекину не следует и соглашаться с американской гегемонией, подстраиваться под нее.

Предпочтительной называется гибкая, прагматичная политика, учитывающая конкретные условия. В области экономики, указывают эксперты, КНР стремится стать органической частью глобальной системы, возглавляемой Западом. Естественно, что Китай должен признавать эти лидирующие позиции Запада, играть по сложившимся правилам, соблюдать их. Такая линия единственно возможная, и она в интересах самого Китая.

В политической сфере, по мнению китайских авторов, Пекину не следует пытаться делать выбор между партнерством и противостоянием в отношении Запада. Разумнее в каждом случае определяться, что выгодно КНР и как в этой связи поступать. Необходимо твердо отстаивать многополярность, свой идеологический выбор, собственный суверенитет, выступать против гуманитарных интервенций, попыток Запада насильно навязывать другим демократию и т.п.

Вместе с тем в других областях Китай может и должен сотрудничать с США и его союзниками, в том числе в противодействии распространению ядреного оружия, в борьбе с терроризмом, наркоторговлей, в защите окружающей среды, урегулировании локальных конфликтов. Китай должен принимать участие в работе всех важных международных организаций, в выработке и изменении различных международных правил, чтобы стать важным действующим лицом международной системы.

Являясь одним из постоянных членов СБ ООН, одним из наиболее влиятельных государств Восточной Азии, Китай должен играть ведущую роль в процессе установления международных политических и экономических режимов. Если термин "руководитель" включает в себя значение "ведущий", то Китай в делах Восточной Азии должен бороться за право ведущего. Можно сотрудничать, можно участвовать, можно и бросать вызов. Проявление роли КНР в восточно-азиатском финансовом кризисе и есть проявление права регионального ведущего.

В других районах мира и областях Китай может быть более свободным, играть роль наблюдателя. Это касается дел, далеких от национальных интересов Китая и не нарушающих основные международные принципы. В таких случаях можно выступать вместе с большинством государств или вообще не проявлять позицию.

В целом, роль КНР в международной системе является многоплановой, "нельзя ограничивать себя, примеряя на все случаи одну и ту же маску"12.

Принцип независимости и самостоятельности является основной направляющей идеей китайской дипломатии, однако, он по-разному проявляется на различных этапах. В эпоху Мао Цзэдуна принцип независимости и самостоятельности проявился в участии в блоках. Вступая в союз с великой державой, Китай твердо придерживался своего суверенитета и своей независимости. В начале 80-х годов ХХ в. Дэн Сяопин внес важные поправки в прежнюю стратегию вступления в союзы, выдвинул независимую и самостоятельную дипломатическую стратегию, отличительными чертами которой стали отказ от вступления в блоки и конфронтации.

На нынешнем этапе, полагают китайские аналитики, ситуация начинает меняться. В то время как Варшавский договор давно распался, возглавляемый Америкой Запад продолжает укреплять и расширять военные блоки. Это касается НАТО, американо-японского союза, военного присутствия США в Центральной Азии и на Ближнем Востоке. В новых условиях неуклонная приверженность прежним установкам может связать Китаю руки, способствовать закреплению американской гегемонии в мире.

Это, однако, не означает, пишут китайские авторы, что для Пекина назрела практическая необходимость вступить в антизападный или антиамериканский военный союз. Такой шаг чреват возрождением холодной войны, конфронтации и гонки вооружений. Причем КНР может оказаться на самом острие противостояния с США. Китай не готов к подобной роли, она ему не нужна13.

Как полагают китайские эксперты, хотя между Пекином и Вашингтоном существуют серьезные разногласия, они не превратились в противников, могут и должны наращивать сотрудничество. При этом обращается внимание на то, что расширение западных военных союзов не означает их нацеленность на развязывание агрессивных войн14. Вместе с тем признается, что "происходящее не радует, нельзя относиться к этому слишком благодушно, уповать на нестабильность НАТО и американо-японского союза, на то, что они сами по себе ослабнут"15. Необходима определенная подготовка.

В процессе борьбы против гегемонизма и силовой политики есть множество стран, которые подобно Китаю страдают от ущерба их интересам со стороны государств, проводящих подобную политику, но, с другой стороны, связывают с ними свои экономические интересы. Такая ситуация предопределяет то, что, когда надо образовать официальный союз против государств, проводящих силовую политику, подавляющее большинство стран проявляет колебания и нерешительность. Подобные обстоятельства определяют то, что "Китай не может проводить стратегию не вступления в союзы, но и не может немедленно вступить в союз, поэтому проведение гибкой предсоюзнической стратегии является средней линией, выбором, в котором чувство меры сочетается с естественностью и есть простор для маневра"16.

Если расположить межгосударственные отношения по степени близости, то можно выделить пять уровней: союзнические, предсоюзнические, нормальные, ненормальные, враждебные. Предсоюзнические отношения - это более высокий уровень, достигнутый на базе нормальных отношений, он определяет сравнительно высокий уровень сотрудничества двух стран в некоторых областях, однако они не скованы ограничениями, вытекающими из союзнического договора и обязательств, не испытывают временных ограничений. Их отношения не направлены отчетливо против какого-либо государства. Это не официальный союз, однако, при особых обстоятельствах, в случае, если проводящие силовую политику государства своими союзническими действиями будут окружать, сдерживать, блокировать Китай или даже развернут против него войну, у Китая будет возможность бороться за то, чтобы свои предсоюзнические отношения с некоторыми государствами постепенно развить до уровня официальных союзнических отношений или, по меньшей мере, чтобы эти государства сохраняли по отношению к Китаю дружественный нейтралитет.

Большинство китайских аналитиков считает главным звеном стратегии гибкого сдерживания гегемонизма и силовой политики отношения стратегического сотрудничества с Россией. Эти отношения уже достигли предсоюзнического уровня. Эксперты призывают их закреплять и углублять, но не повышать уровень до союзнических, так как пока к этому не готовы обе стороны. Аналогичную стратегию предлагается проводить в отношении Индии, Пакистана, Индонезии, всех других стран, несогласных с гегемонией США.

Как подчеркивают китайские эксперты, гибкая предсоюзническая стратегия носит оборонительный характер. Она позволит подготовиться на случай, если США встанут на путь открытой враждебности к Китаю, перейдут к стратегическому окружению и блокаде, тем более, если вознамерятся нанести по КНР военный удар. При таком развитии событий Пекин должен будет перейти к стратегии союзов17.

Что касается задачи превращения Китая в "подлинно мировую державу", то специалисты предлагают начать ее выполнение с Восточной Азии. Китай, являясь самой большой, самой важной страной в Восточной Азии, должен и может постепенно усилить свою роль в делах региона. Кризис 1997 г. стал ключевым моментом. Во время кризиса Китай, являясь единственной страной региона, в которой не произошли серьезные экономические потрясения, в условиях девальвации японской йены принял на себя обязательство не девальвировать юань с тем, чтобы избежать углубления кризиса, а также оказал помощь некоторым государствам Восточной Азии. Это свидетельствует о том, что уже пришло время играть ведущую роль в делах Восточной Азии.

Исходя из геополитического положения, Китай никогда не был центром мира, но он является центром Восточной Азии. Китай связан географическими узами с четырьмя субрегионами - Центральной, Южной, Юго-Восточной и Восточной Азией, на протяжении истории поддерживал тесные связи с государствами этих районов. Китай является самым крупным рынком Восточной Азии, у него самое большое население, по темпам экономического роста за последнее десятилетие он входит в первые ряды восточноазиатских государств.

Следует рассматривать Китай, Россию, Индию, Индонезию, Японию в качестве ведущих государств при создании восточноазиатского регионального порядка. Если Америка пожелает принять участие, то может рассчитывать лишь на место среди них.

Эксперты указывают также, что страны Восточной Азии испытывают недостаток координирующих механизмов в вопросах безопасности, что приводит к взаимному недоверию и ускорению гонки вооружений. Недостаточно того, что Китай сокращает военный персонал, необходимо коллективное соглашение о сокращении вооружений. Перед Китаем стоит задача изменить отрицательную позицию, которой он придерживался на протяжении долгого времени по вопросам коллективной безопасности в Восточной Азии, отбросить опасения, что коллективная безопасность может быть узурпирована сверхдержавой и направлена против Китая.

Шанхайская организация сотрудничества является хорошим начинанием в данной области. Китай должен сотрудничать с Россией, чтобы распространить такой механизм из Центральной Азии на Северо-Восточную, Южную и Юго-Восточную Азию. Активную роль следует сыграть в разрядке ситуации на Корейском полуострове и в снятии напряженности в отношениях Индии и Пакистана. Китай должен совместно с Америкой, Россией, Японией предотвратить перерастание ситуации на Корейском полуострове в новую войну, прежде всего, пресечь все попытки пустить развитие ситуации по косовскому варианту. За 400 с лишним лет Китай уже трижды был вовлечен в военные конфликты на Корейском полуострове и заплатил большую цену. Китай ни в коем случае не может допустить, чтобы история повторилась.

Совместно с Японией и другими странами КНР должна сыграть конструктивную роль в строительстве восточноазиатской региональной экономической системы. Сегодня имеются Европейский Союз, Североамериканская зона свободной торговли, а в наиболее динамично развивающемся восточноазиатском регионе по-прежнему все действуют вразброд, что мешает реагировать на глобальные экономические кризисы и решать важные экономические проблемы.

Как видно из публикаций китайских авторов, в КНР набирает оборот процесс переосмысления мировых реалий и внешнеполитической стратегии страны. Предлагаемая корректировка не противоречит российским интересам и может способствовать дальнейшему углублению двустороннего партнерства не в ущерб нашим целям и задачам на других внешнеполитических направлениях.

Примечания

1  Чжэн Гаоцюнь. Дипломатия Китая на современном этапе. Жэньда чжэнчжи яньцзю. 2002. № 2. С. 14-17.

2  Шицзе чжиши. 2003. № 2. С. 18-19.

3  Гоцзи вэньти яньзю. 2003. № 1. С. 12.

4  Там же. С. 13.

5  Ляован. 2003. № 4. С. 9.

6  Чжэн Гаоцюнь. Дипломатия Китая ... С. 17.

7  Ду Хуайлян. Дипломатия в меняющейся международной обстановке. Бэйцзин дасюэ гоцзи гуанси яньцзю. 2003. № 1. С. 18.

8  Шицзе чжиши. 2003. № 4. С. 9.;

9  Шанхай вэньхуэйбао. 2003. 20 апреля.

10  Там же.

11   Чжан Баодао. Как построить многополярный мир? Бэйцзин дасюэ гоцзи гуанси яньцзю. 2003. № 2. С. 10-11.

12  Шанхай вэньхуэйбао. 2003. 20 апреля.

13  Шицзе чжиши. 2003. № 4. С. 10.;

14  Чжан Баодао. Как построить ... С. 12.

15  Там же. С 13-14.

16  Там же.

17  Шицзе чжиши. 2003. № 4. С. 20.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации