СНГ или Русский 'ТРИАНОН'

1993 № 30 (34)

Ближнее зарубежье

Обозреватель - Observer

СНГ или Русский "ТРИАНОН"

Л.ШИШЕЛИНА, кандидат исторических наук, научный сотрудник ИМЭПИ РАН

- Если отвлечься от главенствовавшей семь десятилетий на союзном пространстве идеологии, то в его государственном устройстве просматривалась та же схема взаимоотношений между государствами, к которой сегодня стремится Западная Европа. СССР представляет собой общее экономическое пространство без границ и таможенных барьеров, имея общую денежную единицу, единое гражданство, общие планирования и оборонную политику. В этой связи логичен вопрос о заведомой предвзятости экспертов, равнозначно позитивно оценивающих оба процесса: распад СССР и создание единой Европы. Какой из двух этих процессов больше соответствует духу нашего времени и не противоречит естественным эволюционным тенденциям?

Еще один вопрос в этой связи: стало ли крушение СССР собственно крушением авторитарной системы или оказалось всего лишь ее многократным воспроизведением в национальных границах? Не радикальный ли национализм новых "демократий стал одной из причин ренессанса коммунистических и социалистических идей и возрождения популярности коммунистов-реформаторов на всем "перестраивающемся" пространстве Европы и Азии?

Исторический и сравнительный этнополитический анализ позволяет предположить, что нанесение на карту около двадцати государств в произвольных национальных границах стало вариантом Малой Антанты замедленного действия. Подтверждение этой версии - кровопролитные нынешние конфликты во многих регионах бывшего СССР.

Очевидно, полная ясность в этом вопросе - удел историков будущих поколений, в распоряжение которых время предоставит значительно большее количество документальных материалов и свидетельств, отечественных и зарубежных. Но некоторые предварительные выводы можно сделать уже сегодня.

Регресс или все-таки прогресс?

Для того, чтобы разобраться, с какого пути сошло наше "пространство" в декабре 1991 г. и какие есть у него перспективы, необходимо ясно понять историческую роль геополитической конструкции СССР. В 20-е годы Союз возник на территории Российской империи, оставшейся после вычленений Антанты и большевиков, путем весьма схематичного выделения национальных районов и окраин в субъекты федерации через замену губернского принципа административного деления России этническим.

Большевики не были одиноки в своих планах национального переустройства поликультурного пространства империи. Вспомним, что в начале века в Европе столкнулись две антагонистические по своей сути идеи: всеобщего пролетарского братства и права всех наций на самоопределение. Обе фактически опирались на не контролируемый разумом, руководимый лишь эмоциями разрушительный потенциал национальной и социальной вражды и в своей чудовищной взаимосочетаемости сыграли роль могильщиков двух величайших поликультурных государств Европы и Евразии: Австро-Венгрии и России. Между тем Россия и Австро-Венгрия могли считаться наиболее гуманными империями своего времени, так как, в отличие от западноевропейских, не прибегали в целях формирования национального государства к жестоким ассимиляционным мерам. Причинами были разноконфессиональность и разн-рассовость России и Австро-Венгрии. Значительное этнокультурное смешение в границах этих империй требовало иного пути развития, отличного от жесткого однокультурного западного.

В Центральной Европе идея федеративного или конфедеративного переустройства дискутировалась с середины прошлого столетия, и только в начале нынешнего, еще до начала первой мировой войны и революционных потрясений, начала обретать черты практических очертаний во многих планах. Наиболее известным из которых был план министра по делам национальностей правительства Михая Каройи - Оскара Яси. Планом Яси предусматривалось создание в центре Европы федерации пяти ее народов, ранее входивших в Австро-Венгрию. Опорой Федерации должны были стать таможенный союз, общая оборонная и внешняя политика, единый суд.

Даже когда империя подвергалась переделу со стороны держав-победительниц и их политических "протеже" в лице национально-государственных новообразований, не был окончательно потерян путь к мирному сосуществованию государств региона. Он обусловливался по крайней мере двумя непременными условиями: свободной торговлей и национальными автономиями для всех национальных меньшинств, вычлененных из состава своих национальных государств вследствие послевоенного "переустройства" региона. Однако победившая сторона пренебрегла разумными рекомендациями, чем подтолкнула мир ко второй мировой войне.

Австро-Венгрия "созрела" до плана федеративного переустройства быстрее России, так как объединяла, за исключением венгров, народы, имевшие родственные коннациональные государства. Россия сама являлась коннациональным материком для православных и славянских народов Европы, и лишь небольшая сравнительно часть народов Кавказа и Средней Азии, а также молдоване сохраняли тяготение к коннациональным и одноконфессиональным территориально-государственным образованиям за пределами России.

В остальном же прослеживается сходство большевистской идеи национального переустройства России с вынашивавшимися в центре Европы планами федерализации поликультурного пространства. Эти планы не у далось воплотить в сфере влияния Антанты, заинтересованной лишь в уничтожении своих военно-политических противников путем их раздробления на основе принципа самоопределения наций, но удалось внедрить на свободной от оккупации территории Российской империи.

Сходен и принцип территориального разграничения между субъектами федерации: в целях достижения лояльности окраин и этнических территорий, при выделении их в субъект федерации (а возможно, и с целью более тесной интеграции), в состав "субъекта" передавалась и часть "донорской" территории и населения. В первом случае это были венгерские земли и население, во втором - русские. Для России исключение в 20-е годы составил лишь принцип "выделения" из ее состава Прибалтики, сопровождавшийся оккупацией части земель Псковской, Петербургской и Витебской губерний и отторжением их от России по законам военного времени.

Таким образом, все без исключения народы Российской империи оставались "с плюсом" за счет русских территорий и населения. Не имевшие границ с Россией, тем не менее, также подвергались переделам за счет одной из сторон. Одновременно реализовавшие таким образом свое право на самоопределение народы подводились под единое политико-административное, экономическое управление, сохраняли единое таможенное пространство, финансовую и судебную системы, внешнюю и оборонную политику. Оставались некоторые различия в области законодательства, культуры и образования, самостоятельная кадровая политика. Таким образом, при жесткой политико-экономической централизации, сохранялась значительная доля этнической автономности.

Приведенные выше исторические и этнопо-литические аналогии позволяют утверждать, что образование СССР на пространстве Российской империи явилось в тех условиях благоприятным по сравнению с Австро-Венгрией исходом борьбы двух тенденций: к интернационализации общественной и экономической жизни и к национальному самовыражению народов империи. Можно сказать, что, подвергшись большим социальным потрясениям, нежели Центральная Европа, России (за исключением Прибалтики) удалось выйти из катаклизмов начала столетия сравнительно меньшими национальными потрясениями.

Разделенная на отдельные государства Австро-Венгрия довольно быстро "исчезла" с культурной, геополитической и экономической карты Европы, превратившись в вечную периферию то Запада, то Востока. Россия, трансформировавшись в СССР, сохранив единое гражданское и экономическое пространство, несмотря на значительные людские и культурные потери, продолжала оставаться именно сверхдержавой, существенным фактором международной культурной, экономической и политической жизни.

Отсюда несложно предположить, чем на самом деле обернется для исторической России- СССР замена концепции СССР концепцией СНГ. Не чем иным, как окончательным развалом геополитического, экономического "и культурного пространства некогда великой державы, а попросту - русским "Трианоном"1, превращением России в вечную периферию США и НАТО.

Фальшивая партитура

Уже первые шаги к разрушению Союза опередили концепцию СНГ-изации нашей страны. Этим первым шагом можно считать решение аппарата М.Горбачева о пересмотре Союзного договора. Оно изначально выводило страну на Беловежскую драму. И не только потому, что не могло быть легитимным в новых исторических и геополитических условиях, но и противоречило логике единого развития пространства СССР.

Решение о пересмотре Союзного договора автоматически превышало статус межреспубликанских границ, произвольно начертанных на российской карте в 20-е и 50-е годы. Из единого гражданства выводились десятки миллионов людей, только русских (с учетом национальных автономий) более 30 млн. В условиях политического противостояния Центра и регионов на арену борьбы выпускался неуправляемый в своей разрушительности национальный фактор.

Было бы ошибкой преуменьшать значение в цепи разрушения СССР и концепции Общего Европейского Дома (ОЕД). С самого начала было очевидным, что к ней тяготеет лишь часть республик СССР, расположенных в западной его части и действительно имевших расовое либо конфессиональное родство с европейскими народами. Республики Средней Азии, мусульманская часть СССР тягой к Европе не обладали.

В сложившихся условиях односторонней ориентации на Европу южные республики СССР пошли по пути возрождения родственных и конфессиональных взаимоотношений с народами Азии и Среднего Востока. Только очевидная политическая близорукость не позволяла заметить, что путь ОЕД - это путь к полной изоляции России и ее окончательному исчезновению с геополитической карты мира.

Очередной этап разрушения единого пространства нашел свое отражение в серии двусторонних договоров, подписанных зимой-весной 1991 года председателем Президиума ВС РСФСР Б.Ельциным с председателями Верховных Советов союзных республик. В результате взаимоотношения между республиками СССР переводились в плоскость двусторонних отношений, отношений уже не между частями единой Федерации, а между отдельными субъектами международного права.

Беловежские соглашения в этой цепи события стали лишь завершающим логическим аккордом всей политической партитуры, ускорившей свой темп после событий августа 1991 г.

Самым трагичным явилось то, что у России в столь судьбоносный момент не оказалось никакой концепции дальнейшего взаимного сосуществования республик, а политические амбиции былых соратников по политбюро не позволили задуматься о судьбе страны и ее народов, не только русского.

Лишь украинцы знают, что за основу дальнейшего развития взаимоотношений, а вернее, дележа Союзного пространства, имущества и людских ресурсов была взята концепция Содружества Независимых Государств, родившаяся в недрах депутатской группы украинского парламента "Демократическое возрождение Украины" (ДВУ). Этот проект был представлен Верховному Совету Украины в июле 1991 года. Создавался он с целью облечь в "легитимные" формы и реализовать в кратчайшие сроки отделение Украины от России и СССР. Поэтому-то в концепции СНГ отсутствуют интеграционные механизмы, что и ощущается при любой попытке консолидации его членов.

В проекте ДВУ констатировалось, что "Содружество представляет форму межгосударственного сотрудничества и не является ни государством, ни сверхгосударственным образованием". При неукоснительном соблюдении права всех наций и народов на самоопределение (лозунге, доказавшем свою полную иллюзорность еще в 20-е годы в Центральной Европе) предусматривалась "самостоятельность каждого государства-члена в определении форм своего участия в Содружестве на условиях этого договора". Причем Договор признавал легитимными и окончательными границы между республиками, сложившиеся к моменту подписания, оставлял во владении республик всю собственность, находившуюся на их территории, и всех жителей, пожелавших принять гражданство республики проживания. Таким образом, вопрос о роспуске СССР решался сразу и без каких-либо предварительных переговоров.

Последовавшие за провозглашением создания СНГ неудачи и корректировки стали лишь подтверждением несостоятельности разработанной на Украине концепции. Она шла вразрез даже с современными европейскими тенденциями, не говоря уже о ее несочетаемости с условиями конкретного государственного образования, которое она предполагала заместить. Два года попыток дележа единого пространства, складывавшегося столетиями образованием легитимной государственности, не завершились ни в одном из случаев - идет ли речь о

Прибалтике, или о Средней Азии. Позиция же международных организаций: ООН, СБСЕ, СЕ, принявших в свои ряды субъекты с государственными намерениями, лишь затрудняет нормализацию не только общего функционирования всего пространства бывшего СССР, но и взаимоотношений отдельных его частей. Усугубляют положение попытки ведущих государств Запада лоббировать радикально-сепаратистские позиции некоторых республик.

Оправдание распада СССР ввиду его экономической несостоятельности или попытки сравнения развития России с Британской или Французской империями, выводя из этого закономерного распада СССР, малоубедительно. Британская и Французская империи в отличие от России расширились вне континента за счет присоединения к метрополиям отстоявших от них на гигантские расстояния территорий и исходя из целей завоеваний, сохранявших этническую," социальную и географическую дистанции со своими субъектами.

Что касается экономической несостоятельности СССР, то это утверждение опровергает ответ на один лишь вопрос, какое из развитых государств Запада способно хотя бы частично восполнить экономический уход СССР, а если более определенно - России, из своих сфер влияния в Восточной Европе, государствах третьего мира, не говоря уже о бывших союзных республиках? Ответ очевиден - ни одно. Не под силу это и Общему рынку. Достаточно вспомнить, сколько недовольств в свое время было высказано в адрес ФРГ, решившейся после долгих раздумий и расчетов на воссоединение с восточными землями. Или многолетние обещания США оказать Новым Независимым Государствам помощь кредитом, не способным покрыть и части стоимости реконструкции всего лишь одного отечественного предприятия-гиганта, каким является КамАЗ.

Кто может оспорить, что идейно-экономические затраты СССР были чрезвычайно высоки. Разве нельзя было найти более удачное применение астрономическим суммам, уплывавшим из страны в виде никогда не возвращавшихся кредитов и льгот. Сегодня неспециалисту ясно, что разрыв традиционных экономических связей на территории СССР явился главной причиной краха независимых экономик.

Хозяйственная жизнь западных республик парализована нехваткой сырья и топливно-энергетических ресурсов. Добывающая промышленность Средней Азии и Сибири снижает объемы добычи вследствие остановки заводов- производителей комплектующих и оборудования, в том числе и для нефтяной и газовой промышленности, расположенных в самых разных регионах бывшего СССР.

Россия остается без производства пассажирских железнодорожных вагонов, а монополист - рижский вагоностроительный завод, вынужден закрываться, так как в результате закупки исходных материалов произведенный в независимой Латвии вагон, значительно уступающий по комфортности европейским аналогам, по цене превосходит их в несколько раз. Подобных примеров великое множество: это и загубленное сельское хозяйство Прибалтийских республик, не выдержавших конкуренции с дешевой западной продукцией, остающийся на полях урожай республик Средней Азии, Азербайджана и юга России. Это и десятки авиакомпаний, обзаведшихся вожделенной национальной символикой, но выполняющих в аэропортах СНГ чаще лишь представительские функции в связи с нехваткой горючего.

Преодолеть право на бесправие

Что же касается утверждений о крайностях национальной политики, ставших причиной неизбежного крушения СССР, то и здесь просматривается очевидная тенденциозность, очередная конъюнктура. Если подходить к проблеме непредвзято, то окажется, что из всех наций и народностей СССР за годы авторитарного правления в выигрыше оказалась лишь новая - "советская" нация. Что же касается широко распространившихся в последнее время неаргументированных утверждений о русской нации, как о правящей, то результаты сравнительных этнополитических исследований и по республикам, и по Москве покажут обратное.

Отличительной особенностью национальной политики советского периода как раз и являлось выдвижение на руководящие посты всех уровней и в партии, в науке и культуре представителей национальных меньшинств и республик. И только на должности вторых секретарей республик выдвигались представители славянских народов: украинцев, белорусов и русских в равной степени. В остальном же республики на своей территории проводили полностью автономную национальную политику, отдававшую приоритет представителям "титульных" наций.

Республики сопротивлялись экономическому диктату Центра и страдали от него в равной степени с так называемым русскоязычным населением национальных окраин, что отчетливо проявилось во время референдумов 1991 года по поводу независимости республик. Тогда русские и русскоязычные в республиках поддержали национальные республики в их стремлении освободиться от московского диктата. В этой-то борьбе и был в очередной раз умело использован инструмент национализма, довершивший с интервалом в три четверти столетия развал СССР.

Наиболее драматическим итогом распада СССР, причем в равной степени трагичным и для представителей "титульной" нации, и для русских и "русскоязычных", стало то, что с обретением республиками независимости демократов у власти оттеснили национал-радикалы, отказавшиеся использовать потенциал лояльности русскоязычного населения для построения в своих странах демократических правовых обществ. Однажды выпущенный из бутылки джинн национализма стал серьезным препятствием на пути становления реально независимых государств.

В результате распада СССР несколько десятков миллионов его жителей оказались за пределами своих национально-государственных образований. Причем большая часть русских оказалась вычлененной из состава исторической России вместе с территориями своего проживания: северные и восточные районы Эстонии, восточные районы Латвии, восток и юго-восток Украины, Приднестровья, Северный Казахстан. Нынешнее их положение отличается от прежнего тем, что часть из них в Латвии и Эстонии лишена права избирать и быть избранными в высшие органы управления любого уровня. Отныне республики предоставляют русским лишь возможность получения неполного среднего образования на родном языке (Эстония). О соблюдении каких-либо национальных традиций в процессе или программе обучения нет и речи.

Вспомним, что "при советской власти" обучение в литовских, латышских и эстонских школах, в отличие от русских, длилось не десять, а одиннадцать лет, особое внимание в программах обучения уделялось национальной культуре и традициям. Отныне высшее образование в республиках могут получить лишь выпускники национальных школ, располагающие соответствующим дипломом.

Существенно сузились и русскоязычные информационные каналы. Лишь Казахстан признает равноправное хождение двух языков на своей территории при приоритете казахского, как государственного языка. В остальных бывших республиках, прежде всего в Латвии и Эстонии, где на русском языке общается половина населения, русский язык выведен за рамки официального общения.

В результате "демократизации" путем территориального деления на пространствах СССР появились две категории людей: "граждане" и "жители". Впервые в истории существования выборных органов на нашей территории мы получили многомиллионную массу "жителей", людей лишенных всех политических, а зачастую и экономических прав по этническому признаку. Статистика людей, выведенных "демократизацией" за правовое, цивилизованное поле, естественно не ведется. Как правило, это люди, лишенные права голоса на территории одной республики и не учтенные в избирательных списках коннациональной территории.

Только в правовом российско-эстонском вакууме "потерялось" около полутора миллионов человек. В общем же по пространству бывшего СССР это число колеблется от пяти до десяти миллионов человек.

Вряд ли можно считать легитимными парламенты Латвии и Эстонии, избранные меньшей половиной населения. Нетрудно считать легитимными до урегулирования правовых вопросов и выборы в Парламент России. И не только потому, что выборы будут признаны действительными, если в них примет участие только четвертая часть россиян, но и потому, что неучтенным останется мнение нескольких миллионов россиян.

В самой же России, несмотря на принятие решения о допустимости двойного гражданства, нет закона, регламентирующего порядок участия таких граждан в голосовании на территории Российской Федерации. На настоящий момент все мы и в правовом, и в экономическом отношении продолжаем оставаться частями пространства СССР: и Латвия, и Армения, и Россия. И несмотря на то, что называем себя теперь "демократиями", остаемся по-прежнему авторитарными обществами, что доказали последние события в Москве. Повсеместно имеет место нарушение законов и прав граждан "во имя демократии".

Легитимным выходом из ситуации со всех точек зрения может быть лишь воссоздание общего экономического, культурного и правового пространства; безусловное снятие торговых барьеров и установление льгот для участников нового экономического и оборонного союза; общее гражданство. Наиболее близка к реальному разрешению проблемы, по нашему мнению, была концепция, разработанная российским Парламентом. Она имела сходство с принципами, на которых происходит объединение западноевропейских государств. Выборы в общий Парламент СНГ помогли бы скорректировать многие вопросы правовой и экономической реформы, вывели бы нас наконец на конструктивный путь качественно нового взаимодействия, ликвидировав потенциальные очаги конфликтов, связанных с нарушением прав человека и ухудшением общей экономической обстановки в пределах пространства СССР.

Но, к сожалению, возобладала все та же разрушительная тенденция. Вместо вступления на конструктивный путь решения экономических и политических проблем российских граждан, Россия втягивается в войну на Кавказе, которой, очевидно, суждено стать отвлекающим моментом на фоне дефицита положительных решений внутри страны.

На девятом году "перестройки" и по прошествии двух лет "демократизации" Россия не имеет внешнеполитической концепции, не определены и национальные приоритеты России, а также концепция нового интеграционного сотрудничества в пространстве бывшего СССР. Именно" по этой причине нет никаких результатов "вялотекущей" деятельности СНГ. Принимаемые новые члены и законы, похоже, служат лишь протокольным целям и обоснованию содержания нового бюрократического аппарата.

Между тем главными национальными приоритетами России и основой концепции СНГ должны были бы стать именно интересы народов Российской Федерации и самого крупного ее составляющего - русского народа, столетиями являвшегося объединительным ядром России и уже доказавшего свой консолидирующий потенциал.

Следовательно, все дипломатические, внешнеполитические и внешнеэкономические усилия должны быть направлены в первую очередь на союз России именно с теми из бывших республик, где высока доля русского и русскоязычного населения. Это, прежде всего Украина, Казахстан, Беларусь, Эстония, Латвия, Узбекистан, Кыргызстан и Молдова. Может быть еще Азербайджан. Таким образом, удастся решить проблему почти девяноста процентов этнических русских и многих этнических россиян, являющихся жителями этих государств.

В национальных интересах России и вне зависимости от величины русской диаспоры - дальнейшее укрепление союза с республиками Средней Азии, доказавшими свою приверженность идее единства в наиболее критические для России и СССР моменты "обновления" союзного договора и Беловежского роспуска Союза.

К интеграции через координацию

Складывается впечатление, что из всего комплекса проблем, в целях решения которых и должно было бы функционировать СНГ, на сегодняшний день удалось задействовать лишь два направления: обеспечение Новых Независимых Государств российским сырьем и топливом, а также боевым участием российских войск под эгидой СНГ в конфликтах на территории всего бывшего СССР, ставших следствием раздела единой армии и ее вооружения.

Вопросы же первоочередной важности для мирного периода развития: восстановление экономического взаимодействия и урегулирование прав граждан, которые как раз и могли бы предотвратить возникновение новых очагов конфликтов и погасить уже имеющиеся, с ликвидацией российского Парламента практически не стоят на повестке дня, автоматически прекратилась деятельность межпарламентской ассамблеи, начавшей было системную работу по сближению законодательств шести стран СНГ: Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, России и Таджикистана. СНГ вряд ли способно функционировать без консолидациониой концепции, без органов, координирующих его деятельность. На западе Европы

таким органом является европарламент. Сегодня в СНГ безусловно нужен орган, который может согласовать гуманитарные вопросы, способные снять пресс государственных границ с коллективных и личных прав граждан любой национальности.

Коллективный орган СНГ мог бы позволить координировать и процесс реформ. Сложно будет реанимировать наш хозяйственный механизм, если в разных частях СНГ будут воплощаться противоположные по своим целям концепции перехода к рыночной экономике, например, если в республиках целью будет создание среднего класса, а в России - класса супербогатых и супербедных; если в западных республиках будут придерживаться действительно разумных пределов начальной приватизации, уже давших положительный результат в ряде стран Восточной Европы, какой является первоочередная приватизация сферы торговли и обслуживания, а в России, перешагнув через этот этап (добившись лишь временного и незначительного результата), будут заниматься исключительно "макроприватизацией" - выведением из государственной собственности аэро- и морских портов, нефтяных и золотых приисков и промышленных гигантов.

Проблем, которые можно решить только в рамках единого пространства, значительно больше, чем кажется на первый взгляд. Это и проблема получения полного среднего и высшего образования на родном языке, решаемая либо на договорной основе, либо в рамках общей образовательной программы СНГ. Здесь и вопросы пенсионного обеспечения людей, работавших в одной части СССР, а ныне проживающих в другой части СНГ. И проблема беженцев, разрешение которой предусматривает, в частности, систему санкций в отношении республик, чья "демократизационно-освободительная" политика создает угрозу выживанию людей и обеспечению их элементарных коллективных и личных прав.

Как ни прискорбно это констатировать, но спустя два года в концепции СНГ продолжает превалировать изначально заложенный дезинтеграционный фактор. Причина - отсутствие концепции консолидации, стержня, вокруг которого могло бы сложиться реальное, а не номинальное "содружество". И российский, и европейский опыт показывает, что реальной и динамичной основой к воссозданию единого гуманитарного, экономического и оборонного пространства могут стать интересы отторгнутых от своего ядра национальных меньшинств и среди них - крупнейшего, русского. Только тогда" мы откажемся от демагогии о русском шовинизме, равно как и от других ярлыков, прикрепленных в последнее время к нации, реально сумевшей сплотить народы шестой части суши, тогда и появится концепция, способная перевести СНГ на рельсы конструктивного взаимодействия.  

1 "Трианон" - Версальский дворец, где в 1920 г. был скреплен договор, признававший послевоенные отношения в Центральной Европе, в том числе территориальный передел Австро-Венгрии.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации