С-75 (часть 4)

Слив пограничного слоя позволил отодвинуть наступление срывных явлений до углов атаки 12-12,5 град. Как показали продувки моделей, при отводе пограничного слоя не сквозь обтекатели, а через специальные полости в крыльях эта величина должна была достигнуть не менее 14 град., что было достаточно для обеспечения необходимой управляемости ракеты.

С весны 1961 г. для газогенератора маршевого двигателя стало использоваться другое топливо с лучшей энергетикой и стабильностью характеристик при различных температурах, большей взрывобезопасностью и относительно простой технологией изготовления. Но для реализации дополнительных мер по усилению теплозащиты двигательной установки испытания были приостановлены на несколько месяцев.

Летом 1961 г. на ракете установили более мощный ускоритель, что позволило увеличить скорость перед запуском маршевого двигателя.

Стартовая масса испытывавшихся ракет с полностью снаряженными двигателями составляла от 2635 до 3045 кг, что было связано с неоднократными доработками ракеты. Максимальная скорость полета ракеты при испытаниях соответствовала М=3,7. Дальность активного участка полета достигала 40 км при средней скорости 820-860 м/с. Максимальная достигнутая ракетой высота активного полета составила 23 км.

Отставание по срокам регулярно становилось предметом рассмотрения в ВПК. Так, 2 февраля 1961 г. было выпущено решение ВПК N 17, где был отмечен срыв установленных ранее сроков работ по созданию комплекса "Круг". В целях ускорения этих работ было признано целесообразным до окончания автономных испытаний ракет, предназначенных для ЗРК "Круг", проводить заводские летные испытания с серийными ракетами типа В-750, а на февраль-май 1961 г. наметили срок окончания отработки ЗУР В-757 в контуре управления системы С-75М. Решением ВПК от 28 декабря 1961 г. срок начала летных испытаний В-757Кр был перенесен уже на сентябрь 1962 г.

В этом году московский завод N41 должен был изготовить для испытаний 52 ЗУР В-757Кр, но летом 1962 г. испытания практически прекратились.

Задолго до их завершения стало ясно, что созданная для ЗУР В-757 принципиально новая двигательная установка имеет значительные резервы как по энергетическим, так и по массовым характеристикам, которые давали основания для развертывания работ в этом направлении. С конца 1960 г. в ОКБ-2 и его филиале на заводе N 41, возглавлявшемся В.В. Коляскиным, велись работы над новыми ЗУР с ракетно-прямоточными двигателями с более высокими характеристиками.

С другой стороны, к лету 1962 г., после принятия на вооружение ЗРК С-75М с ракетой В-755 и первых успехов, достигнутых разработчиками ЗМ8, дальнейшие работы по В-757 становились нерациональными в условиях выполнения в ОКБ-2 ряда значительно более серьезных и ответственных заданий. Окончательно же работы по ракетам В-757 и В-757Кр были прекращены по Постановлению ЦК КПСС и СМ СССР N694-237 от 15 июня 1963 г.

Ракета В-758

Проведенные в период 1960-1962 гг. около сорока пусков ЗУР В-757 и В-757Кр с маршевым твердотопливным ракетно-прямоточным двигателем показали определенную перспективность использования такого типа двигательной установки для зенитных управляемых ракет.

По решению ВПК, принятому в апреле 1961 г., в ОКБ-2 и в его филиале на заводе N 41 были начаты работы по созданию новой ЗУР, являвшейся развитием В-757 (17Д), но отличавшейся повышенной скоростью полета и способностью поражать высокоскоростные малоразмерные цели на высотах более 30 км.

ЗУР 22Д. Графика А. Фаныгина © МКБ "Факел"
ЗУР 22Д © МКБ "Факел"

Ракета, получившая обозначение В-758 (заводской индекс - 22Д), была предназначена для модернизированного варианта ЗРК С-75. Первоначально варианты этой ракеты внешне практически не отличались от 17Д. В процессе проработки различных вариантов в ОКБ-2 была предложена и испытана в стендовых условиях твердотопливная ракетно-прямоточная двигательная установка с кольцевым диффузором (как у 17Д), в камере сгорания которой устанавливались восемь небольших твердотопливных двигателей. Их установка преследовала двойную цель. С одной стороны, они должны были выполнять роль стартового ускорителя, а с другой - использоваться как горючее для ракетно-прямоточного двигателя. Изготавливаемые из магниевого сплава корпуса этих двигателей почти полностью выгорали в процессе его работы. Ракета, получившая обозначение 18Д, осталась только в проекте, но ее компоновка стала прообразом широко применяющейся в настоящее время "интегральной" схемы ПВРД на ракетах различного назначения.

В процессе дальнейшего проектирования 22Д ситуация резко изменилась. К концу 1962 г. в ходе проведения экспериментов по поиску путей увеличения дальности действия станции наведения комплекса С-75 было достигнуто устойчивое автоматическое сопровождение целей типа среднего бомбардировщика на дальностях свыше 100 км и высотах до 35-км.

Исходя из этих результатов, с учетом предварительных работ ЦК КПСС и СМ СССР 4 июня 1963 г. было принято Постановление о разработке ЗУР с более высокими характеристиками. Новая ракета должна была обеспечивать поражение на дальностях до 60 км целей, летящих на высотах до 35 км со скоростями до 3000 км/ч.

В связи с тем, что возникла необходимость в увеличении дальности почти в полтора раза по сравнению с 17Д и высоты полета ракеты, принятую ранее компоновочную схему пришлось пересмотреть. Этому способствовало и то, что постановлением задавалось сохранение величин стартовой массы, размеров и моментов инерции на уровне серийно выпускавшихся ракет комплекса С-75, что было связано с необходимостью использования для новой ракеты уже имевшихся в частях ПВО пусковых установок, транспортных средств и технологического оборудования. Тем самым устанавливался предел стартовой массы ракеты - 2800 кг.

Схема ЗУР 22Д

Перед проектировщиками стояли и другие проблемы. Так, для обеспечения эффективного поражения высокоскоростных и высотных целей ракета на конечном участке своей траектории при подлете к цели должна была совершать маневры с перегрузками более двух единиц. При этом цель могла находиться на высоте более 30 км, где аэродинамические органы управления ракеты сколько-нибудь реальных размеров обеспечивали требуемые перегрузки при скорости полета свыше 1400 м/с. Однако при большой скорости сближения ракеты с целью резко снижалась эффективность срабатывания боевой части, что требовало значительного увеличения ее массы и габаритов. Потребовалось проведение дополнительных исследований по определению рациональных уровней величин как массы боевой части ракеты, так и скорости ее полета на конечном участке траектории. Оптимальное значение скорости составило 1400-1500 м/с. Предъявленные к ракете высокие требования по величине средней скорости полета при ограничениях в конечной скорости предопределили характер траекторных характеристик. После интенсивного набора высокой сверхзвуковой скорости до сброса стартового ускорителя при работе ракетно-прямоточной двигательной установки начинался дополнительный разгон с дальнейшим поддержанием на маршевом режиме скорости полета на уровне свыше трех скоростей звука. С учетом полученных к тому времени результатов испытаний 17Д, показавших невозможность эффективной работы ракетно-прямоточного двигателя как на высотах более 20 км из-за возникновения помпажных режимов, так и при больших углах атаки, было принято решение об установке на ракете еще одного твердотопливного двигателя для достижения требуемых высот и скоростей перехвата цели. Таким образом, проектируемая ракета стала трехступенчатой.

Использование подобной схемы ракеты сулило значительное повышение ее летных данных и обеспечивало рациональное расходование топлива по траектории и, соответственно, активный полет на полную заданную дальность - 60 км. Подобная дальность полета для ракет, оснащенных только твердотопливными двигателями, в те годы была большим достижением. При полете на максимальную дальность на высотах менее 20 км топливо ракетно-прямоточных двигателей должно было использоваться полностью, после чего они должны были сбрасываться. При полете к цели, находящейся на высотах более 20 км, маршевые двигатели могли сбрасываться в любой момент их работы. Непосредственно перед их сбросом должен был запускаться двигатель третьей ступени, который и осуществлял разгон ракеты до необходимой скорости более 1400 м/с.

Для В-758 была принята нормальная аэродинамическая схема. На корпусе третьей ступени ракеты были размещены четыре прямоугольных крыла малого удлинения и четыре руля-элерона, служащих для управления и стабилизации ракеты по всем трем каналам. Первая ступень ракеты включала в себя ускоритель со стабилизаторами, который в то время также использовался на ракете 17Д.

Примерно через год после начала испытаний в составе 22Д стал использоваться новый, более мощный ускоритель, который за 3-4 с разгонял ракету до скорости 600 м/с и более. Для обеспечения необходимых параметров работы при различных условиях окружающей среды в его сопле было установлено специальное устройство, позволявшее регулировать величину критического сечения.

Основное внешнее отличие 22Д от 17Д состояло в установке на концах крыльев четырех твердотопливных ракетно-прямоточных двигателей, которые и были второй ступенью ракеты. Каждый ракетно-прямоточный двигатель имел осесимметричный диффузор, газогенератор с твердым топливом и камеру дожигания. В газогенераторе, изготовленном из листового титана с теплозащитным покрытием, было выполнено 18 сопловых отверстий, через которые газ поступал в камеру дожигания. Топливо газогенератора почти на треть состояло из порошка алюминиево-магниевого сплава, давало при сгорании значительное количество несгоревших частиц и обладало более высокими энергетическими характеристиками при меньшем разбросе величины скорости горения, чем топливо, использовавшееся в газогенераторе 17Д. Это вело к значительному снижению разницы в тяге каждого двигателя, что было весьма важным при одновременной работе четырех двигателей в составе ракеты. Сам твердотопливный заряд был выполнен в виде двух шашек. Камера сгорания и цилиндрическая часть обечайки диффузора изготавливались из стеклотекстолита, применение которого заметно упрощало и облегчало их конструкцию. Элементы для "слива" пограничного слоя на этих двигателях не устанавливались ввиду того, что при их работе на маршевом участке полета не предусматривался выход ракеты на углы атаки более 7-10 град.

Третья ступень ракеты, которая и должна была достигнуть цели, состояла из пяти отсеков. В первом отсеке располагались радиовзрыватель с передающей антенной. В носке ракеты был установлен приемник воздушного давления.

Корпус первого отсека был смешанной конструкции. В зоне расположения передающей антенны радиовзрывателя он был выполнен из радиопрозрачного материала, а остальная часть изготавливалась литьем из магниевого сплава. Второй отсек предназначался для размещения осколочной боевой части с предохранительно-исполнительным механизмом. Корпус этого отсека выполнялся из листа легкого и достаточно прочного сплава АМГ-6Т, подкрепленного шпангоутами. В третьем аппаратурном отсеке был расположен силовой шпангоут, использовавшийся для установки передних лонжеронов крыльев и устройств отделения ракетно-прямоточного твердотопливного двигателя. Корпус третьего отсека изготавливался литьем из магниевого сплава. Четвертый отсек представлял собой твердотопливный двигатель с зарядом в виде одной вкладной шашки, форма которой обеспечивала необходимый закон изменения тяги. Сопло этого двигателя было выполнено по схеме с удлиненным газоводом, что позволило разместить заряд в центре тяжести третьей ступени и, соответственно, избежать при его работе значительных изменений в центровке ступени. Корпус двигателя изготавливался из высокопрочной нержавеющей стали. В пятом отсеке по оси находилось сопло с газоводом. В кольцевом зазоре между ним и корпусом располагались блок питания, воздушный аккумулятор давления и рулевые машины управления рулями-элеронами. На изготовленном из магниевого сплава корпусе этого отсека были установлены четыре руля-элерона. Снизу в корпусе отсека располагался электроразъем, через который бортовая аппаратура ракеты перед пуском получала информацию от наземных средств, а сверху располагалась антенна канала радиоуправления.

Значительное внимание при разработке 22Д было уделено обеспечению отделения от ракеты твердотопливных ракетно-прямоточных двигателей, каждый из которых весил около 100 кг и к тому же располагался как раз в плоскости рулей-элеронов. Принятая схема их отделения с помощью специальных пироцилиндров позволила создать надежную и достаточно легкую конструкцию. Как показали испытания, она обеспечила отделение двигателей во всем необходимом диапазоне скоростей и высот полета без внесения значительных возмущений в полет ракеты и нарушения функционирования ее аппаратуры. Тем не менее эти возмущения определили проведение сброса двигателей не позже, чем за 8-10 с до момента встречи с целью. За это время ракета с работающим двигателем третьей ступени успевала парировать возмущения и ликвидировать имевшуюся к этому времени ошибку наведения на цель.

Первоначальными планами предусматривалась поставка на испытания трех и семи ракет соответственно в III и IV кварталах 1963 г. На совместные испытания ракета должна была быть передана в декабре 1963 г. Производство ракет осуществлялось на заводе N 464 и в ОКБ-2.

К концу 1963 г. опытное производство ОКБ-2 изготовило первый образец 22Д для летных испытаний. Вместо боевой части была установлена радиотелеметрическая аппаратура с комплектом датчиков, предназначенных для измерений давления, скоростей и температуры в различных точках ракеты. Практически не потребовалось проведения каких-либо значительных переделок наземных пусковых устройств и оборудования, что позволило незамедлительно приступить к пускам. Экспериментальной проверке подлежала новая схема разделения ступеней ракеты, устойчивость работы и характеристики ее двигательных установок и остальных элементов конструкции.

Среди прочих вопросов разработчиками ракеты и аппаратуры особое значение придавалось оценке качества прохождения радиосигналов от станции наведения на борт ракеты и сигналов ответчика обратно на станцию через шлейф газов с большим содержанием сгоревших металлических частиц.

Первый пуск В-758 по баллистической траектории с застопоренными рулями и без штатного заряда РДТТ третьей ступени состоялся 27 декабря 1963 г.

В процессе этого испытания перед отделением ускорителя были запущены все четыре ракетно-прямоточных двигателя. Были отмечены столь большие возмущающие моменты из-за их разнотяговости, что их оказалось нечем парировать. После 20 с полета разрушился один из двигателей, а затем и ракета в целом.

Последующие испытания, проводившиеся с интенсивностью примерно один пуск в месяц, позволили постепенно добиться устойчивого полета на заданную дальность и высоту. Пришлось отказаться от первоначально принятой конструкции стеклотекстолитовых камер ракетно-прямоточных двигателей, которые в процессе работы не выдерживали нагрева и теряли прочность. Увеличение их толщины вдвое не улучшило их работу, но масса камер при этом возросла и была практически равна массе аналогичной камеры из титанового листа с теплозащитным покрытием.

С десятого пуска 22Д, который состоялся 5 сентября 1964 г., камеры из титана уже использовались в составе ракеты.В целях дальнейшего улучшения ракетно-прямоточных двигателей количество сопел в газогенераторе увеличили с 18 до 66. Это позволило уменьшить размеры струй газов, истекавших из газогенератора и размывавших теплозащиту в зоне их касания со стенками камеры, после чего каких-либо проблем при работе ракетно-прямоточных двигателей уже не возникало.

С одиннадцатого пуска, состоявшегося 10 октября 1964 г., начались программные и контурно-программные пуски. В контурно-программных пусках полет ракеты происходил в замкнутом контуре управления с наведением ее на условную неподвижную цель с последующей реализацией ступенчатых команд, выдаваемых программным механизмом ракеты или радиолокационной станцией наведения, что позволяло моделировать процесс перехвата.

За весь период испытаний до 25 августа 1966 г. было осуществлено 33 пуска ракеты 22Д с твердотопливными ракетно-прямоточными двигателями. Стартовая масса ракет в этих пусках составляла от 3110 до 3260 кг. Максимальная скорость, достигнутая ракетой при включенном двигателе третьей ступени и сброшенных ракетно-прямоточных двигателях, соответствовала 4,8 М, или около 1400 м/с. Достижение скоростей полета в атмосфере, близких к гиперзвуковым, было значительным достижением. При работе двигателя третьей ступени максимальная высота полета ракеты 22Д составила более 30 км. Маневренность ракеты на этих высотах оказалась достаточной для осуществления наведения на цель и ее перехвата. С работающими ракетно-прямоточными двигателями ее скорость не превышала 3,9 М (эта величина получена в девятнадцатом пуске 22Д 31 июля 1965 г.), а высота полета - 22 км. До этих скоростей и высот при углах атаки до 10 град. ракетно-прямоточные двигатели работали устойчиво, без срывных явлений и помпажа. Однако эффективность работы этих двигателей при скорости полета более ЗМ заметно снижалась из-за попадания в камеру дожигания сверхзвуковых течений и снижения из-за этого полноты сгорания топлива в ней.

К началу первых пусков 22Д в ОКБ-2 велась параллельная разработка ее варианта с четырьмя жидкостными прямоточными воздушно-реактивными двигателями. Увеличение удельного импульса до 1200 кгс.с/кг вместо 550 кгс.с/кг у твердо-топливного варианта позволяло добиться снижения стартовой массы ракеты примерно до 2850 кг. Однако это вело к появлению на ракете жидкого компонента топлива - керосина, от чего ее разработчики стремились уйти еще при создании 17Д.

Задание на разработку такой двигательной установки было выдано в возглавлявшееся М.М. Бондарюком ОКБ-670, которое к середине 1960-х гг. уже имело опыт разработки жидкостных сверхзвуковых прямоточных двигателей различных размеров и уровня тяги. Проект двигателя, получившего обозначение РД-046, был готов к концу 1965 г., а в феврале следующего года состоялся первый (и 27-й с момента начала испытаний) пуск 22Д с четырьмя РД-046, изготовленными на заводе N 464. Ракета с жидкостными двигателями стала легче примерно на 200 кг, несколько улучшились ее летные характеристики. Летом 1966 г. были проведены еще два пуска ракеты с РД-046, но к этому времени история 22Д уже подходила к концу.

Это не было связано ни с неожиданно проявившимися конструктивными просчетами, ни с какими-либо неудачами при испытаниях. Ракета 22Д была на высоте предъявлявшихся к ней требований - скоростная, высотная, с дальностью полета, которая по результатам испытаний могла достигать 70 км. Но характеристики самой системы С-75, для которой и предназначалась 22Д, оказались недостаточными для обеспечения поражения целей на таких дистанциях. К тому же за годы создания 17Д и 22Д улучшились характеристики оснащенных жидкостными двигателями ракет семейства В-750. Дальность их полета к середине 1960-х гг. подходила к 50 км, высота-к 30 км, а начавшаяся война во Вьетнаме подтвердила их достаточно высокие боевые качества. Зенитные ракеты этого семейства к этому времени были освоены в производстве и в частях ПВО, где для них была создана соответствующая инфраструктура (заправочные средства и т.п.). Применение токсичных и агрессивных жидких топлив стало привычным и не являлось сдерживающим фактором для их широкого использования. В этих условиях было признано нецелесообразным принятие на вооружение более совершенной и менее требовательной, но более дорогой и трудоемкой ракеты.

Прекращение работ по ракете 22Д определилось и осознанием исчерпанности возможностей для радикальной модернизации комплекса С-75 при наметившейся потребности в создании комплекса нового поколения как основного направления развития зенитной ракетной техники, которая в дальнейшем была реализована в ЗРК системы С-300

Варианты ракет для комплексов типа С-75

Свидетельством огромного объема работ, выполненных ОКБ-2/МКБ "Факел" по совершенствованию ракет комплексов семейства С-75, может служить далеко не полный список некоторых известных как реализованных, так и нереализованных модификаций ракет для этих ЗРК.

  • В-750 (1 Д) - первая поступившая на вооружение ракета диапазона "В" (10 см);
  • В-750П - экспериментальная ракета с поворотным крылом;
  • В-750ИР - вариант с импульсным радиовзрывателем;
  • В-750В (11Д) - ракета диапазона "В" с увеличенной высотностью;
  • В-750Н - ракета диапазона "Н" (6 см);
  • В-750ВН (13Д) - ракета диапазона "Н" с увеличенной высотностью;
  • В-751 - экспериментальная ракета КМ с прямоточным двигателем на основе "025" М.М. Бондарюка;
  • В-752 - вариант ракеты по пакетной схеме (с боковым расположением ускорителей);
  • В-753 - вариант ракеты для корабельного комплекса М-2;
  • В-754 - вариант ракеты с разработанной в НИИ-648 полуактивной радиолокационной ГСН ПАРГ-6-3В;
  • В-755 (20Д) - глубокая модернизация ракеты В-750ВН;
  • В-755С - вариант ракеты, предназначавшийся для применения в составе макета системы "Сатурн-М";
  • В-756 - вариант ракеты для корабельного комплекса М-2бис;
  • В-757 (17Д)-двухступенчатая ракета с ПВРД на маршевой ступени;
  • В-757КР (3М10) - вариант ракеты В-757 для комплекса Сухопутных войск "Круг";
  • В-758 (22Д) - трехступенчатая ракета с ПВРД на второй ступени;
  • В-759 (5Я23) - модернизация ракеты В-755;
  • В-760 (15Д) - вариант ракеты В-755 со спецзарядом;
  • В-760В (5В29) - вариант ракеты В-759 со спецзарядом.

Схема различных вариантов ракет Системы-75 по данным Стивена Залоги. Посередине ракета ЗРК С-75 со спецБЧ.
Графика Стивена Залоги

КОМПЛЕКСЫ ТИПА С-75 В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПВО И ЗА РУБЕЖОМ

ЗРК С-75 "Двина" ПВО ГДР - ТЗМ ПР-11АМ на шасси ЗиЛ-157КВ
ЗРК С-75М "Волхов" ПВО Польши
ЗРК С-75М "Волхов" ПВО Румынии © Иван Мотлик
ЗРК С-75М "Волхов" ПВО Словакии © Иван Мотлик
ЗРК С-75М "Волхов" ПВО Чехии

Комплексы С-75 определили целую эпоху в развитии отечественных войск ПВО страны. С их созданием ракетное оружие вышло за пределы Подмосковья, обеспечив прикрытие важнейших объектов и промышленных районов практически по всей территории СССР.

Первые боевые комплексы развернули на западной границе у Бреста. В 1960 г. в состав ПВО входило уже 80 полков С-75 различных модификаций - в полтора раза больше, чем входило в группировку С-25. Спустя год число полков С-75 почти удвоилось, кроме того, были развернуты 22 бригады С-75 и 12 бригад смешанного состава (С-75 совместно с С-125).

При формировании зенитных ракетных бригад в Войсках ПВО страны встал вопрос об организации автоматизированного управления комплексами. В 1963 г. была принята на вооружение автоматизированная система управления ракетными комплексами АСУРК-1, которая обеспечивала управление боевыми действиями восьми дивизионов системы С-75. В 1966 г. был принят на вооружение модернизированный вариант системы АСУРК-1М, обеспечивавший управление восемью дивизионами С-75 и С-125 в любом сочетании.

Применительно к системе С-75 разработали и тренажерные средства. Для комплексной тренировки боевых расчетов станций наведения ракет ЗРК С-75 и С-125 было создано встроенное (на станциях наведения ракет) и специальное тренажерное оборудование - система "Аккорд" ("Аккорд-75").

По зарубежным оценкам, на территории СССР в 1980-е гг. было развернуто около 4600 пусковых установок комплексов типа С-75. В СССР комплексы системы С-75 стали сниматься с боевых позиций и переводились на базы хранения по мере их замены комплексами системы С-300П. Число комплексов С-75 к 1993 г. сократилось вдвое, а спустя еще три года снизилось до 25 ЗРК. В настоящее время в России комплексы системы С-75 с вооружения сняты.

После распада СССР большое количество комплексов системы С-75 осталось в странах ближнего зарубежья - бывших республиках СССР, где они состоят на вооружении в настоящее время.

Все варианты ЗРК С-75 поступали на экспорт с незначительно измененным составом аппаратуры. Не поставлялись системы определения государственной принадлежности, состоящие на вооружении СССР, позднее России, ракеты со специальными боевыми частями и аппаратура управления такими ракетами.

Вслед за социалистическими странами комплексы типа С-75 с 1961 г. стали поступать и на вооружение армий дружественных СССР стран, первой из которых стала Индия.

Комплексы типа С-75 различных вариантов поставлялись в Албанию, Алжир, Анголу, Афганистан, Болгарию, Венгрию, Вьетнам, ГДР, Египет, Индию, Индонезию, Ирак, Китай, КНДР, Кубу, Ливию, Мозамбик, Монголию, Йемен, Польшу, Румынию, Сирию, Сомали, Судан, Чехословакию, Эфиопию, Югославию. Всего с 1958 по 1988 гг. в зарубежные страны было поставлено около 800 комплексов.

Зарубежные варианты комплексов типа С-75

HQ-2
Самоходный вариант HQ-2

Осенью 1957 г. Правительством СССР было принято решение о передаче документации по комплексу в Китай. В 1958 г. Китаю было передано пять боевых и один учебный комплекс СА 75 "Двина". В СССР прошли обучение и подготовку боевые расчеты китайских военнослужащих. Кроме документации, зенитных ракетных комплексов, образцов приборов и оборудования в КНР были отправлены группы специалистов, которые, в частности, составили рекомендации по организации ПВО Шанхая, Кантона, Уханя, Аныпаня, Мукдена, Сианя.

В 1960-х гг. в Китае было организовано серийное производство комплексов типа С-75 10-сантиметрового диапазона под обозначением HQ-1 ("Хунци-1"). Позже был создан усовершенствованный вариант - HQ-2. Китай также осуществлял поставки этих комплексов и в третьи страны - Албанию, Северную Корею, Пакистан.

В 1993 г. на авиасалоне в Ле Бурже была представлена информация по очередной модификации комплекса, разработанной в Китае. Зенитный ракетный комплекс со станцией наведения SJ-202 способен в рабочем секторе радиолокатора наведения одновременно производить обстрел двух целей с наведением на них до четырех ракет

Успешный китайский опыт освоения производства С-75 в начале 1980-х гг. подвигнул на выполнение аналогичной работы и египтян, армия которых была практически полностью вооружена советским оружием. Имея в то время на вооружении около 600 ракет 13Д, египтяне планировали организовать их модернизацию в 1986 г. К этим работам были подключены северокорейские и китайские специалисты, приняла в них участие и французская фирма "Thomson-CSF". Созданная в результате этих международных усилий модернизированная версия С-75 была названа по-восточному поэтично - "Тэйр Аль-Сабах" ("Утренняя птица"). Однако к моменту завершения этих работ возможности израильской авиации - основного потенциального оппонента "Утренней птицы" - возросли настолько, что перед Египтом встал вопрос о реализации гораздо более радикальных программ в области совершенствования своих средств ПВО.

Египетский опыт, однако, не стал последним в истории выполнения "неавторизованных" модернизаций С-75. Последней по состоянию на 2002 г. является версия "Сайяд-1", об успешных испытаниях которой летом 1999 г. заявили иранские разработчики ракетной техники и которая весной 2001 г. была представлена на выставке в Абу-Даби.

В Иран эти ракеты попали из Китая, где "Хунци" были приобретены в середине 1980-х гг. во время ирано-иракской войны. Эти ракеты успели принять участие в отражении налетов иракских самолетов, но уже спустя несколько лет судьба "Хунци" в Иране повисла на волоске. Местные специалисты после "Бури в пустыне" уже не питали никаких иллюзий относительно их боевых качеств и возможностей по отражению налетов американских самолетов и ракет. Но к тому времени ряд иранских организаций уже располагал опытом, полученным при работах с оставшимися от закупленных еще при шахе американскими зенитными ракетными системами "Хок" и "Стандарт", обслуживание которых полностью легло на плечи местных специалистов. Этот опыт и позволил им выполнить работу по модернизации "Хунци". Интересно, что свое очередное название "Сайяд-1" ракета получила в честь заместителя начальника Генштаба иранской армии Али Сайяда Ширази, погибшего в 1999 г. во время теракта в Тегеране.

БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ КОМПЛЕКСОВ ТИПА С-75

Сведения о боевом применении ЗРК С-75 до настоящего времени носят не вполне полный и объективный характер. Поэтому особый интерес представляют как воспоминания советских советников, собранные в вышедшей в 2000 г. книге "Война во Вьетнаме. Взгляд сквозь годы" или опубликованные в российской периодической печати, так и информация из зарубежных источников, послужившие основой для данного раздела настоящей публикации.

Впервые комплекс СА-75 применен за рубежом 7 октября 1959 г., когда нарушивший китайское воздушное пространство тайваньский RB-57D был сбит тремя ЗУР. Из соображений секретности факт использования для поражения самолета зенитных ракет длительное время оставался неизвестным.

Напротив, уничтожение 1 мая 1960 г. под Свердловском самолета U-2, пилотировавшегося Френсисом Гарри Пауэрсом, получило огромный пропагандистский резонанс, тем более что при этом удалось поймать американскую администрацию на явной дезинформации относительно якобы случайного нарушения советских воздушных рубежей. Разумеется, при этом скромно умалчивалось о некоторых нюансах, связанных с полетом U-2. Так, еще до подлета к Свердловску нарушитель был обстрелян одним из находившихся на его пути ЗРК С-75 при приближении к дальней границе зоны пуска. Однако отрабатывая, по-видимому, плановый разворот на заданном маршруте, Пауэрс вышел из зоны поражения. Наконец, в 8 ч 53 мин утра он был сбит советскими ракетчиками под руководством исполнявшего обязанности командира зенитного ракетного дивизиона майора Воронова. Американский летчик благополучно приземлился на парашюте, но был тут же арестован.

Аэрофотосъемка позиций зрдн С-75 на Кубе
ЗРК С-75 в музеях на Кубе

В то время еще отсутствовал опыт стрельб по реальным самолетам противника, поэтому падавшее на землю облако из обломков U-2 было первоначально принято ракетчиками за поставленные самолетом пассивные помехи, и подбитый U-2 был повторно обстрелян залпом из трех ракет. Впрочем, в этом не было ничего страшного. Более печально то, что факт уничтожения нарушителя в течение почти получаса так и не был зафиксирован, а в воздухе в это время находилось несколько советских самолетов, тщетно пытавшихся перехватить самолет-нарушитель. В результате, спустя полчаса после поражения U-2 из-за неразберихи на уровне местного командования очередным трехракетным залпом была обстреляна пара МиГ-19, поднятая на перехват нарушителя почти за час до того. Один из летчиков - Айвазян своевременно спикировал под нижнюю границу зоны поражения, а другой пилот - Сафронов погиб вместе с самолетом.

Тем не менее, несмотря на этот трагический эпизод, зенитные ракетные войска впервые подтвердили свою высокую эффективность. Особенно впечатляющей смотрелась победа ракетчиков на фоне неоднократных безрезультатных попыток самолетов-истребителей перехватить U-2.

Другим политически значимым применением СА-75 стало уничтожение U-2 над Кубой 27 октября 1962 г. При этом пилот Рудольф Андерсон погиб, и эта "первая кровь" подлила масла в огонь "Карибского кризиса". В то время на "острове свободы" находились две советские дивизии с зенитными ракетными комплексами, на вооружении которых насчитывалось в общей сложности 144 пусковые установки и вдвое больше ракет. Однако во всех этих случаях, как и при применении зенитных ракет по U-2 над Китаем в 1962 г., обстрелу подвергались малоскоростные и неманевренные безоружные самолеты, правда, летевшие на очень большой высоте. В целом, условия боевой стрельбы мало отличались от полигонных, а потому способность СА-75 поражать тактические самолеты оценивалась американцами невысоко.

Совершенно иное положение сложилось во Вьетнаме в ходе боевых действий в 1965-1973 гг. После первой "репетиции", состоявшейся в ходе "Тонкинского кризиса" в августе 1964 г., США с начала 1965 г. приступили к планомерным бомбардировкам ДРВ (Северного Вьетнама). Вскоре ДРВ посетила советская делегация во главе с А.Н. Косыгиным. Результатом визита стало начало крупномасштабных поставок в ДРВ вооружений, в том числе и ЗРК СА-75. К лету 1965 г. во Вьетнаме было развернуто два зенитных ракетных полка СА-75, укомплектованных советскими военными специалистами. Американцы, зафиксировавшие подготовку позиций для нового оружия еще 5 апреля 1965 г., справедливо предполагали присутствие на них "русских" и, опасаясь международных осложнений, не бомбили их. Не было проявлено ими повышенного беспокойства и после того, как 23 июля 1965 г. самолет радиоэлектронной разведки RB-66С зафиксировал первое включение радиолокатора СА-75.

Ситуация радикально изменилась буквально на следующий день, когда 24 июля тремя ракетами, выпущенными советским расчетом под командованием майора Ф. Ильиных, была обстреляна группа из четырех F-4С, летевших на высоте около 7 км. Одна из ракет поразила "Фантом", который пилотировали капитаны Р.Фобэйр и Р.Кейрн, а осколки двух других ракет повредили три других "Фантома". Летчики сбитого "Фантома" катапультировались и были захвачены в плен, из которого 12 февраля 1973 г. был освобожден только Р.Кейрн, судьба второго пилота осталась неизвестной. Интересно, что 24 июля 1965 г. Р.Кейрн был сбит второй раз - первый раз это случилось с ним в сентябре 1944 г. около Лейпцига, когда он был вторым пилотом американского бомбардировщика В-17.

Спустя три дня после первого использования ЗРК на разведанные ранее позиции двух СА-75 был осуществлен налет 48 F-105, завершившийся еще более удручающим результатом - ЗРК там не оказалось, а зенитной артиллерией было уничтожено 6 F-105.

Так, крайне скверно для американцев, развивались события первое время после начала применения ЗРК. И это при том, что готовиться к встрече с советскими зенитными ракетами американцы начали сразу же после уничтожения самолета Пауэрса. В 1964 г. в калифорнийской пустыне ими были проведены специальные учения "Десерт страйк", в ходе которых оценивались возможности действия авиации в зоне действия ракетных средств ПВО. А сразу же после получения информации о первом сбитом ракетами "Фантоме" к работе по изучению возможных средств противодействия ЗРК был подключен институт Хопкинса.

Следуя первым полученным рекомендациям по противодействию ЗРК, американцы значительно усилили свою разведывательную деятельность, детально оценивая возможности каждого обнаруженного ЗРК с учетом окружающего его рельефа местности и, пользуясь непростреливаемыми участками на стыках и на малых высотах, прокладывали маршруты своих полетов. По свидетельству советских специалистов, качество разведки было очень высоким, а велась она с такой тщательностью, что любое перемещение ракетчиков в кратчайший срок становилось известно американцам.

Прочие рекомендации по противодействию ЗРК сводились к реализации приемов тактического и технического порядка - выполнение подхода к объектам бомбардировок на малой высоте, маневрирование в зоне действия ЗРК, постановка радиопомех прикрытия с самолетов ЕВ-66. Основным вариантом ухода от ракет в течение 1965-1966 гг. стал интенсивный разворот. За несколько секунд до подлета ракеты летчик вводил самолет в пикирование под ракету с разворотом, изменением высоты и курса с максимально возможной перегрузкой. При удачном выполнении этого маневра ограниченное быстродействие системы наведения и управления ракетой не позволяло компенсировать вновь возникший промах, и она пролетала мимо. В случае же малейшей неточности в построении маневра, осколки боевой части ракеты, как правило, поражали кабину пилота.

За первый месяц боевого применения СА-75, по советским оценкам, было сбито 14 американских самолетов, при этом было израсходовано всего 18 ЗУР. В свою очередь, по американским данным, за тот же период зенитными ракетами было сбито только три самолета - в дополнение к упоминавшемуся ранее F-4С (советские специалисты насчитали уничтожение в том бою сразу трех "Фантомов") ночью 11 августа был сбит один А-4Е (по советским данным - сразу четыре) и 24 августа еще один F-4В. Подобное рассогласование в потерях и победах, впрочем, характерное для любой войны, в течение последующих семи с половиной лет боевых действий стало непременным спутником противостояния средств ПВО Вьетнама и американской авиации.

Хотя случались в этой войне и рассогласования иного рода. Так, по воспоминаниям одного из советских военных советников, на одном из совместных совещаний по итогам очередной недели боев заместитель начальника Генштаба вьетнамской армии заявил:

- Ракетчики повоевали неплохо, сбив двадцатью ракетами два американских самолета.
Эти слова вызвали недоумение на лицах советских специалистов - ведь по их расчетам было сбито 12 самолетов, но доклад продолжается:
- Но поистине выдающихся успехов добились отряды самообороны девушек, которые, переняв боевой опыт отрядов самообороны стариков, сбили из карабинов 10 американских самолетов, затратив на них всего лишь двадцать патронов...
Недоумение сменяется изумлением. Кто-то из советников не выдержал:
- Зачем же мы тогда посылаем вам эшелоны ракет? Давайте пригоним вагон патронов - его на всю американскую авиацию хватит!
Вьетнамец сделал вид, что не понял реплики, а после совещания подошел к группе советников и попытался оправдать свои слова:
- Вы не понимаете, ведь у нас идет народная война. И мы должны подобными примерами поднимать энтузиазм народа. Таковы тонкости нашей политики.

Впрочем, тонкости этой политики приводили к использованию в этой войне таких средств, которые вообще не предусматривались ни в каких штабах или конструкторских бюро. Так, на некоторых излюбленных американцами маршрутах низковысотных полетов вьетнамцы вырывали рвы, наполняя их взрывчаткой с обрезками арматуры. При подлете самолета эта "адская смесь" подрывалась, и пролетавший через неожиданно вздымавшуюся из земли стену из огня и железных осколков самолет получал значительные повреждения. В таких случаях летчик часто даже не успевал катапультироваться.

Но, по признаниям самих американцев, основной неожиданностью в этой войне для них все же стали зенитные ракеты. К концу 1965 г., по советским данным, ракетами было сбито уже 90 самолетов. Американцы признавали потерянными от ракет только 13 самолетов.

Еще одним неожиданным открытием того времени стали различия в количестве сбитых самолетов по советским и вьетнамским данным. Изучение этого вопроса вскоре показало, что причины этих различий носят во многом объективный характер. Так, признаком уничтожения цели для советского расчета ЗРК являлся, в первую очередь, факт подрыва боевой части ракеты в районе цели, вьетнамцы же оценивали результат по обломкам на земле, к которым, ссылаясь на требования безопасности, советских специалистов подпускали крайне редко и неохотно. Проведенный анализ расхождений показал, что после того, как американские самолеты начали использовать для преодоления вьетнамской ПВО полеты на малых высотах, точность их сопровождения радиолокаторами СА-75 на фоне рельефа значительно снизилась. В результате, в несколько раз увеличились и ошибки сопровождения. А при высоте полета цели ниже 500 метров дистанционные радиовзрыватели ракет зачастую срабатывали от местных предметов.

Понеся первые ощутимые потери, в феврале 1966 г. американцы были вынуждены практически прекратить на два месяца воздушную войну над Северным Вьетнамом, использовав этот перерыв для дооснащения самолетов средствами РЭБ и освоения новой тактики. В то же время для сбора необходимой информации были задействованы беспилотные летательные аппараты, в первую очередь, BQM-34, оснащенные средствами радиотехнической разведки. Наибольший же успех в то время, по американским данным, сопутствовал "беспилотнику" Ryan 147Е Firebee, который 13 февраля 1966 г. был безуспешно обстрелян ракетами. В результате была записана информация о работе систем наведения ракет, дистанционного подрыва боевой части и характеристики боевой части ракеты.

В марте 1966 г. на американских самолетах появились первые ракеты 8Ъпке, предназначенные для атак радиолокаторов ЗРК, а летом во Вьетнам поступили специализированные самолеты ЕF-105F Wild Weasel.

В новый этап воздушной войны американцы вступили с обновленной материальной частью и действовали с тщательно продуманной тактикой. Полеты, как правило, осуществлялись вне зон поражения ЗРК, намеченных исходя из точного определения углов закрытия, весьма значительных в условиях горного рельефа Вьетнама. Практически все самолеты американцев были оснащены аппаратурой предупреждения об облучении станциями наведения ракет комплексов С-75, по информации от которой летчики отрабатывали противоракетные маневры.
Большинство самолетов оснащались также и станциями активных помех для самоприкрытия, средствами отстрела пассивных помех. Групповое прикрытие осуществлялось постановщиками активных помех ЕВ-66А с удаления от 60 до 120 км. В результате, на экранах постоянно наблюдались засветки от пассивных помех - от узкой полосы до яркого равномерного свечения всего экрана. При использовании мощных активных помех самоприкрытия истребители-бомбардировщики сбивать практически не удавалось. Теоретически в данном случае следовало пеленговать активную помеху и наводить ракету с использованием метода "трехточки", но практически определить центр помехи не удавалось из-за мощной засветки экрана.

Еще более усложнилась работа ЗРК с началом применения противорадиолокационных ракет Shrike. В качестве их носителей использовались насыщенные аппаратурой радиоразведки и радиопротиводействия самолеты F-4Е Wild Weasel. Сама ракета Shrike в абсолютном большинстве случаев не наблюдалась на экранах СНР из-за малой эффективной поверхности рассеяния. Ее пуск фиксировался по изменению формы отметки от носителя на индикатор "5 км". Как правило, при этом расчету ЗРК приходилось осуществлять сброс цели, разворот антенны, после чего производилось переключение мощности на эквивалент. При благоприятном временном раскладе эти операции удавалось проводить не сразу при пуске ракеты Shrike, а после поражения обстреливаемого ЗРК самолета.

Очень ответственным был выбор момента пуска ЗУР. При пуске вблизи дальней границы зоны поражения американский самолет мог развернуться и благополучно уйти. При опоздании с пуском ракеты - самолет включал форсаж и успевал проскочить в "мертвую" зону, за ближнюю границу зоны поражения. В результате, наиболее целесообразным был признан выход в эфир излучением СНР при удалении цели около 40 км от ЗРК.

Помимо мер радиоэлектронной борьбы американцы широко применяли и огневое противодействие. Позиции ЗРК подверглись 685 ударам авиации. Чуть меньше половины из них производилось ракетами Shrike, остальные - бомбами. В 1966 г. осколками была повреждена 61 ракета, в 1967 г. - 90 ракет, из которых удалось восстановить не более половины. Всего же за годы войны ЗРК выводились из строя 241 раз. В среднем, каждый дивизион выводился из строя примерно один раз в год. Позиции менялись в среднем 10-12 раз в год, а в период наиболее напряженных боевых действий - через 2-4 дня. В результате действий американской авиации из 95 поставленных Советским Союзом зенитных ракетных комплексов к 1973 г. в строю осталось 39 боевых ЗРК и четыре в учебных центрах.

В этих условиях основным и практически единственно возможным методом борьбы с самолетами стали засады. Дивизионы скрытно уходили в джунгли, разворачивались на заранее подготовленных позициях и замирали. Вопреки наставлениям, предписывающим одновременное наведение на самолет 2-3 ракет, из-за бездорожья и отсутствия мостов, не позволявших ЗРК "кочевать" с полным боекомплектом, более половины целей обстреливались двумя ракетами, 6% - тремя, а остальные приходилось обстреливать одной ЗУР. Каждый дивизион прикрывался 2-3 батареями 37-мм зенитных автоматов.

После развертывания ЗРК на новом месте в течение нескольких дней изучалась воздушная обстановка, районы полетов авиации, готовились данные, и лишь после этого производилась стрельба. Дальше все решали минуты. Если после пуска ракет в течение сорока минут дивизион не покидал район, то шансов уцелеть практически не оставалось. В связи с этим наибольшую эффективность приносила тактика, когда самолеты обстреливались за несколько часов до наступления темноты. В результате до завершения дня американцы уже не успевали воспользоваться информацией о месте нахождения ЗРК, а на рассвете удары по обнаруженным позициям уже не достигали своей цели.

В целом, в 1966 г., даже по советским оценкам, число ракет на поражение одной цели возросло почти на порядок, достигнув 12-15 ЗУР на сбитый самолет. Основными причинами снижения эффективности стали: трех - четырехкратное увеличение ошибок наведения при ручном сопровождении цели, единственно действенном в условиях применения мошных активных помех; ухудшение точности наведения на маловысотные цели при использовании режима наведения с боковым расположением метки цели на угломестном экране.

Находившийся в 1967-1968 гг. во Вьетнаме командир полка Юрий Бошняк упомянул еще один негативный фактор, связанный со снижением эффективности стрельбы, - большое количество падений ракет в случае незахвата цели и несамоликвидации, что приводило к людским жертвам. Так, по его данным, за восемь месяцев 1967 г. при общем расходе около тысячи ракет, 50-60 из них упали в сравнительно густонаселенных районах Вьетнама. При этом 55 человек было убито, более 50 - ранено, сотни домов были разрушены.

Иногда падения ракет были вызваны и "нештатной" модернизацией ракет, выполнявшейся самими вьетнамцами. Получил известность случай, когда для увеличения дальности действия ракеты у нее была отключена система самоликвидации. В результате, будучи запущенной по постановщику помех F-105, она пролетела около 140 км и упала рядом с одним из вьетнамских детских домов, вызвав значительные разрушения.

Находившимися во Вьетнаме советскими специалистами отмечались и другие субъективные факторы, снижавшие эффективность использования ЗРК. В их числе небрежное отношение к документации, нарушения инструкций по эксплуатации, повреждения на дорогах при столкновениях. Так, за один 1966 г. из-за неправильной эксплуатации было повреждено 154 ракеты, в 1967 г. - 29 ЗУР. Правда, практически все ракеты силами советских и вьетнамских специалистов удалось восстановить. Постоянно терялись заглушки, устанавливавшиеся на трубке приемника воздушного давления, что приводило к попаданию внутрь влаги и пыли и, как следствие, к отказу ракеты в полете.

Значительное снижение эффективности действия СА-75 вызвало серьезное беспокойство в СССР. Осенью 1966 г. во Вьетнам прибыла большая делегация военных и гражданских специалистов во главе с Главкомом войск ПВО П.Ф. Батицким. В процессе выполненных доработок удалось уменьшить нижнюю границу зоны поражения до 300 м, снизить минимальную дальность поражения целей до 5 км, доработать станцию наведения ракет для обеспечения живучести при использовании противником ракет 8ппке. Ракета была оснащена новой боевой частью с более широким полем разлета осколков, ставшей менее эффективной в полигонных условиях, но более пригодной в случае использования противником помех и интенсивных маневров. Удалось сократить до 30 с время реакции комплекса.

Уже в 1967 г. доработанные ЗРК показали вдвое лучшую эффективность применения. Однако к концу этого года американцы стали применять помехи по ракетному каналу. При их воздействии на станции наведения ракет вместо сигнала бортового ответчика ракеты поступала мощная помеха. В результате, СНР теряла ракету, которая летела на автопилоте, до срабатывания системы самоликвидации. Подобное нововведение стало одним из результатов ознакомления американцев и израильтян с комплексами СА-75, брошенными египтянами на Синайском полуострове летом 1967 г.

Особенно результативным стал для американцев налет на Ханой, осуществленный 15 декабря 1967 г., когда в результате эффективного использования помех этого типа было "нейтрализовано" около 90 зенитных ракет. Ни одного самолета во время этого налета сбито не было.

Интенсивным поиском выхода из этой ситуации занялись как в СССР, так и во Вьетнаме. В последние дни 1967 г. решение было найдено. Прямо "на месте" в ракетах перестроили рабочие частоты ответчиков, увеличили мощность ответного сигнала. В результате, зимой 1968 г. эффективность действия комплексов была восстановлена.

Во Вьетнаме был реализован и ряд других тактических новинок. С ноября 1967 г. стал применяться метод сопровождения цели без излучения СНР - по отметке от активной помехи самоприкрытия. В дальнейшем расчеты ЗРК перешли к использованию для визуального сопровождения цели специально установленных на кабинах "П" и сопряженных с блоками управления полевых командирских перископов.

В ряде случаев, напротив, станции наведения ракет переходили на излучение без фактического пуска ракет. В результате подобного "ложного пуска" истребители-бомбардировщики начинали выполнять противоракетный маневр, подставляя себя под огонь зенитной артиллерии. Наибольшую пользу "ложный пуск" приносил в момент непосредственной атаки объекта - пилотам сразу же становилось не до наземной цели.

В то время министр обороны США Р.Макнамара многократно встречался с представителями различных комиссий конгресса, где он с цифрами в руках пытался доказать, что "обработка с воздуха" вьетнамских стратегических объектов ведет к изнурению Северного Вьетнама. Но метод математического расчета Макнамары вскоре был использован и в ходе независимого расследования, проведенного корпорацией РЭНД. Его результаты, напротив, свидетельствовали о том, что массированные бомбардировки Северного Вьетнама в действительности своей цели не достигли.

Промежуточный же итог боевых действий на 25 июля 1968 г., по американским данным, выглядел так: общие потери самолетов и вертолетов составляли 5656, из них над ДРВ было сбито 920 самолетов и 10 вертолетов, остальные были сбиты над Южным Вьетнамом или потеряны в результате летных происшествий и на аэродромах. Столь большие потери в значительной мере предопределили предвыборное решение президента Л.Джонсона о прекращении налетов американской авиации на Северный Вьетнам с осени 1968 г. В результате, вьетнамцы получили передышку до 1972 г. В этом году апофеозом воздушной войны во Вьетнаме стала осуществленная США в декабре операция "Лейнбакер-2", в ходе которой приняли участие около 210 бомбардировщиков В-52, сбросивших на Ханой 13620 тонн бомб.

К этому времени Ханой прикрывало от 12-16 до 20-24 ЗРК, размещенных на трех рубежах, удаленных от города на 5-10, 15-20 и 35-40 км соответственно. На больших дальностях - до 100 км - от столицы организовывались засады на ожидаемых путях подлета американцев.

Несмотря на признания самих американцев в том, что в это время во Вьетнаме им пришлось столкнуться с самой эффективной в истории системой ПВО, результаты действия ЗРК на завершающем этапе войны противоборствующие стороны оценили также по-разному. По данным наших специалистов, в течение 1972 г. в результате 1155 боевых стрельб пуском 2059 ЗУР был сбит 421 американский самолет. В свою очередь, янки каким-то образом углядели 4224 пуска ракет, но признали гибель только 49 своих самолетов.

Значительно расходятся и общие итоги войны. По данным советских специалистов, общее количество сбитых во Вьетнаме самолетов составило 4118 (включая "беспилотники"), из которых вьетнамскими зенитными ракетными частями было сбито 1163 американских самолета, в том числе 54 В-52, а также 130 "беспилотников". Расход ракет составил 6806 штук. В свою очередь американцы зафиксировали большее число ракетных пусков - 8038, видимо, не всегда отличая "ложный пуск" от реального. Еще больше отличаются от советских данных американские оценки их потерь от ракет. Если наиболее часто встречающаяся информация о суммарных потерях самолетов и вертолетов выглядит соответственно как 3744 самолета ("беспилотники" в этой статистике не учитывались) и 4868 вертолетов, то жертвами ракет считаются всего 205 самолетов, в том числе 15 В-52.

Захваченные израильтянами ЗРК С-75 на синайском полуострове Египта

Можно предположить, что помимо в принципе возможной заведомой дезинформации причиной занижения американцами данных о потерях от ЗРК может быть и отсутствие у них объективных данных о конкретных причинах гибели их самолетов - пилот не всегда мог известить командование о том, что подвергся обстрелу ЗРК. С другой стороны, история всех войн свидетельствует о неизбежном и, зачастую, непреднамеренном завышении числа своих побед участниками боев. Да и сопоставление рапортов ракетчиков, судивших о результативности стрельб по отметкам на экранах, с более примитивным методом учета сбитых американских самолетов вьетнамцами по заводским номерам на обломках в ряде случаев свидетельствовало о завышении числа уничтоженных ракетами самолетов в 5-9 раз. Впрочем, в аналогичной ситуации через двадцать лет оказались и сами американцы, которым пришлось отражать зенитными ракетами атаки иракских "Скалов" в ходе операции "Буря в пустыне", а затем объяснять невысокую эффективность их действия.

Однако, несмотря на то, что, даже по данным советских специалистов, ЗРК сбили менее трети уничтоженных американских самолетов, важнейшим итогом их применения стала потребность в радикальном изменении тактики боевых действий авиации, ее вынужденный переход к полетам на малых высотах, где она несла тяжелые потери от огня артиллерии и стрелкового оружия, в результате чего эффективность использования авиации значительно снижалась.

Помимо Вьетнама, ЗРК типа С-75 массово применялись и в конфликтах на Ближнем Востоке. Первый опыт их использования в "Шестидневной войне" трудно отнести к удачным. По западным данным, египтяне, располагая 18 комплексами, смогли запустить только 22 ЗУР, сбив два истребителя Mirage-IIICJ. По советским данным, египтяне располагали 25 дивизионами С-75, а количество сбитых ракетами самолетов составило 9. Однако наиболее неприятным событием той войны стал захват израильтянами на Синайском полуострове некоторых компонентов С-75, в том числе и ракет.

Более успешно зенитные ракеты применялись в так называемой "войне на истощение". 20 июля 1969 г. египтяне сбили израильский Piper Cub и до начала войны 1973 г. довели число побед С-75 до 10. Одна из них была оценена египтянами очень высоко, когда С-75 17 сентября 1971 г. "сняла" на дальности 30 км самолет радиоразведки С-97.

Судя по зарубежным данным, в ходе "Октябрьской войны" 1973 г. еще 14 израильских самолетов было сбито египтянами и сирийцами с применением ЗРК типа С-75. Использовались эти комплексы и в Ливане сирийцами в 1982 г. Помимо наиболее масштабных войн во Вьетнаме и на Ближнем Востоке, комплексы типа С-75 использовались и во множестве других конфликтов, начиная с индо-пакистанс-кого столкновения 1965г., когда первой их жертвой в "третьем мире" стал индийский Ан-12, по ошибке принятый за пакистанский С-130, и кончая несколькими победами над авиацией сил Коалиции в ходе "Бури в пустыне".

Из наиболее поздних примеров применения комплексов типа С-75 зарубежные справочники указывают на уничтожение Су-27 над Грузией в ходе абхазcкого конфликта 19 марта 1993 г.

РАКЕТЫ-МИШЕНИ

Ракеты различных модификаций зенитных ракетных комплексов С-75 "Волхов" при переоборудовании их в мишени позволяют имитировать летательные аппараты типа крылатая и баллистическая ракета. Материальные затраты на переоборудование снятых с вооружения боевых ракет в мишени незначительны.

На базе двухступенчатых ЗУР системы С-75 (20Д различных модификаций, 5Я23) разработана ракета-мишень РМ-75 в двух основных модификациях. РМ-75МВ - маловысотная мишень, используемая для имитации воздушных целей в диапазоне высот 50-500 м при скорости полета 200-650 м/с, дальность полета - 40 км. РМ-75В - высотная ракета-мишень с дальностью полета 40-100 км позволяет имитировать воздушные цели на высотах от 1000 до 20000 м со скоростями полета 350-1200 м/с.

Управление мишенью типа РМ-75 автономное по программе и (или) радиокомандное с использованием наземных средств передвижного комплекса "Лиса-М".

РМ-75 с собственной ЭПР 0,1-0,4 м2 может оснащаться аппаратурой имитации активных радиопомех и автоматизированной системой регистрации и оценки результатов обстрела. В состав бортового оборудования вводятся трассеры для усиления инфракрасного излучения, линзы Люнеберга для увеличения ЭПР до 0,2-1,9 м2, радиоответчик 21Г6.

Предполетная подготовка мишеней РМ-75 ведется с использованием штатных средств зенитной ракетной системы С-75. Запуск мишеней производится без доработок с пусковых установок типа СМ-90.

На мишенях типа РМ-75 введена система самоликвидации, которая срабатывает при уходе ракеты с курса, при нарушении стабилизации по крену или курсу, при прохождении специальной радиокоманды или при истечении установленного времени. Стартовая масса мишени типа РМ-75 - около 2350 кг, длина - около 10,6 м. Массогабаритные характеристики зависят от варианта и оснащения мишени, от модификации переоборудуемой боевой ракеты. Боевые ракеты переоборудуются в мишени и оснащаются системой АСОРС. Они выпускаются московским ОАО "Молния".

Ракета-мишень "Синица-23" (5Я23) применяется в составе штатных доработанных комплексов С-75МЗ. Доработанный мишенный комплекс позволяет обеспечить: поддержание высокого уровня боеготовности ПВО; обучение боевых расчетов в условиях, приближенных к реальным; испытания систем ПВО; условия группового налета целей.

В процессе доработки ЗУР 5Я23 в вариант ракеты-мишени "Синица-23" с ЭПР 0,2-0,4 м2 боевая часть базовой ракеты 5Я23 заменяется весовым макетом, в котором установлена система самоликвидации с тротиловым эквивалентом около 0,5 кг, что обеспечивает безопасность применения ракеты-мишени. Одновременно проводятся доработки ракеты-мишени по уменьшению тяги ЖРД до 2,2 т (время работы - до 60 с) с целью снижения их скорости полета.

Дальность полета мишени достигает 65 км, время полета - 130 с.

Эксплуатационная высота полета мишени - до 10000 м, максимальная скорость управляемого полета - 900 м/с, скорость полета на конечном участке - 400 м/с.

Ракеты-мишени "Синица-23" и "Коршун" изготавливаются путем доработки ракет 20Д, 5Я23 на месте их дислокации. Основная доработка - замена осколочно-фугасной боевой части на моноблок системы ликвидации. Московский завод "Авангард" является поставщиком моноблока системы ликвидации и необходимого оборудования для доработки на месте дислокации мишенного комплекса.

Ракета-мишень "Синица-23" эксплуатируется на высотах 3-10 км. В зависимости от высоты полета мишень летит со скоростью до 900 м/с на дальность до 100-130 км. Время полета до самоликвидации - 100-130 с.

Ракета-мишень "Коршун" эксплуатируется на высотах до 20000 м. Мишень летит со скоростью до 1200 м/с на дальность до 100-120 км (в зависимости от высоты полета). Время полета до самоликвидации - 140-150 с.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Как уже отмечалось, зенитные ракетные комплексы семейства С-75 сыграли исключительную роль в развитии советских Войск ПВО страны. Именно их применение в локальных конфликтах позволило правильно оценить реальные возможности зенитного ракетного оружия, его значимость как нового фактора, по сути дела поставившего под вопрос само понятие "господства в воздухе ". Даже при превосходстве в численности авиации на порядок и более американские летчики не могли чувствовать себя в безопасности в небе Вьетнама и уверенно решать поставленные перед ними задачи по поражению наземных объектов.

Но время неумолимо. Комплексы семейства С-75 уступили свое место как станового хребта отечественной ПВО более совершенному оружию. Тем не менее, распространенность этого "старого, но грозного оружия" в различных частях света, его продолжающееся производство в самой населенной стране мира предопределяют то, что его история не закончена и, скорее всего, будет пополнена новыми интересными страницами.

Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации