Геополитический статус и геостратегия России в современных условиях

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 1(26)/2009

ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

Полковник А.Ю. Маруев,

кандидат политических наук,

профессор, действительный член АВН

Геополитический статус и геостратегия России в современных условиях

Стратегия развития России в условиях существенных геополитических и экономических потерь, интенсификации процессов глобализации и т.п. требуют новых подходов к формированию геостратегии страны в создаваемом новом геополитическом пространстве, разработки современного геополитического статуса России как ведущего государства мира. В статье сформированы и обоснованы подходы и предложения по разработке новой геостратегии государства, исследованы различные концепции ее построения при формировании многополярной системы мира.

Ключевые слова: геостратегия, геополитическое пространство, глобализация, Евразия, геополитический статус, ве-дущее государство мира.

После окончания «холодной войны» и распада СССР Россия понесла большие геополитические потери: утрачено более 5 млн кв. км территории (по сравнению с СССР); потеряны многие выходы к морям, прямые сухопутные выходы к Центральной и Западной Европе; за пределами России остались этнические русские меньшинства; страна получила необустроенные границы. Кроме того, на территории ряда республик бывшего СССР остались крупные предприятия (в том числе военно-промышленного комплекса), с которыми российские производители были непосредственно связаны технологическим циклом.

В то же время Россия сохранила выгодное географическое положение, оставаясь уникальным транзитным коридором через Евразию; в пределах РФ остались лучшие по качеству, составу и конкурентоспособности на мировом рынке естественные ресурсы; в России сконцентрированы самые мощные научные силы бывшего СССР1.

Изменение геополитической ситуации на постсоветском пространстве, которое произошло довольно стремительно, конечно же, требовало соответствующих изменений в стратегии развития страны. Однако сделать правильные выводы, произвести корректировку геостратегического курса России оказалось непросто. Между тем страна несла многочисленные геополитические потери. Поэтому сейчас необходимы тщательный анализ современных мировых тенденций, выработка взвешенных решений по утверждению геостратегических направлений развития страны.

Интенсивные процессы глобализации также требуют новых подходов к формированию геостратегии страны. Сейчас создается новое геополитическое пространство, в котором осуществляется противоборство ведущих геополитических игроков. Современные международные отношения представляют собой во многом поле борьбы наиболее мощных и ярких геополитических образов - стран, регионов, политических и военных блоков.

Для того, чтобы выработать научный подход к проблематике формирования и реализации геостратегии России, целесообразно рассмотреть вопрос геополитического статуса Российской Федерации. По нашему мнению, геополитический статус можно охарактеризовать как место государства в системе международных отношений, исходя из его геополитического положения и возможностей по реализации своих национальных интересов.

Что касается геополитического статуса России, то слабое экономическое положение РФ, ухудшающееся состояние российских Вооруженных Сил, тревожная демографическая ситуация, отсутствие идеологических и духовных основ развития общества и т.д. не позволяют в настоящее время России претендовать на статус сверхдержавы, каковым в свое время обладал Советский Союз. Согласимся с мнением группы экспертов по вопросам национальной безопасности о том, что России в силу ее геополитического положения и многонационального населения просто опасно не быть великой державой2.

В то же время вряд ли с полной уверенностью можно утверждать, что Россия сохранила за собой статус великой державы. Реальное воздействие России на мировые процессы пока еще не слишком весомо. Некоторые эксперты считают, что хотя Россия сохраняет определенное влияние на ход мировых процессов, перспективы восстановления ею былого могущества и превращения в мировой «центр силы» пока остаются неясными3.

В то же время ряд последовательных внешнеполитических шагов российского руководства в последнее время позволяет с определенным оптимизмом воспринять провозглашенный в новой Концепции внешней политики Российской Федерации статус России как одного из ведущих государств мира.

По нашему мнению, сейчас Россию можно представить как региональную (евразийскую) державу, способную оказывать, в том числе как постоянный член Совета Безопасности ООН, определенное воздействие на ход решения некоторых мировых проблем, сохраняющую влияние на ряд государств постсоветского пространства, которое, однако, все больше превращается в зону столкновения интересов различных государств.

Таким образом, налицо изменение геополитического статуса России по сравнению с СССР. Изменение геополитического статуса страны делает актуальным выработку новых геополитических ориентиров, определяющих характер отношений с государствами ближнего и дальнего зарубежья, оценку новых угроз национальной безопасности России и разработку механизма нейтрализации этих угроз, определения геополитических интересов страны и способов реализации этих интересов, противодействия геополитическим противникам и укрепления отношений с геополитическими союзниками. Другими словами, в связи с изменением геополитического статуса страны первостепенной задачей становится формирование геостратегии государства.

Теперь дадим определение геостратегии, охарактеризовав ее как перспективно ориентированную линию деятельности государства по реализации геополитических интересов страны в мировом пространстве.

Существует несколько концепций построения геостратегии России.

Одну из концепций называют концепцией реванша. Ее сторонники выступают за наращивание военной мощи Российской Федерации, поддержку государств, выступающих с антизападных позиций, в том числе сближение с Китаем на антизападной основе, жесткое давление на республики СНГ с целью принуждения их к сближению с Россией.

Скорее всего, ориентация на такую политику приведет в случае попытки ее реализации к серии дальнейших крупных геополитических поражений РФ.

Существует также школа «новых изоляционистов», сторонники которой проповедуют резкое усиление авторитарных тенденций в управлении государством. Сейчас вряд ли какой-либо лидер рискнет проводить при этом политику, многократно дискредитировавшую себя, поэтому такая линия потенциально чуть менее опасна, чем предыдущая, но почти столь же мало реалистична. Еще одну школу называют школой «добровольного подчинения». По сути, концепцию добровольного подчинения проповедовал бывший министр иностранных дел России Козырев в начале 90-х годов, когда РФ практически беспрекословно следовала установкам Запада. Российский ученый А. Сергунин отмечает, что представители данной школы придерживались либеральной парадигмы. Поскольку либералы считали, что в своей политике в области безопасности Россия должна однозначно ориентироваться на НАТО и другие трансатлантические структуры, это направление внешнеполитической мысли окрестили «атлантизмом». Однако во внешней политике либеральный курс потерпел ряд крупных неудач. Вопреки надеждам «атлантистов», Запад не торопился принять Россию в «клуб избранных». Более того, воспользовавшись ослаблением России, западные страны подчас не считались с Россией при решении важнейших вопросов международной безопасности4. Сейчас концепции «добровольного подчинения» или «атлантизма» имеют мало сторонников среди российского политического истеблишмента.

Рядом аналитиков предлагается «балансирующая» концепция построения геостратегии России, подразумевающая избирательный выбор партнеров и «попутчиков» в том или ином отдельном вопросе5. Определенные элементы этой концепции могут быть взяты на вооружение, однако, кроме партнеров, с которыми можно сотрудничать по тому или иному вопросу, следует четко представлять себе соперников, которые будут оказывать нам противодействие.

Президент Академии военных наук генерал армии М. Гареев считает, что нужна стратегия стратегического сдерживания, которая включает в себя комплекс взаимосвязанных политических, дипломатических, информационных, экономических, военных и других мер, направленных на сдерживание, снижение и предотвращение угроз и агрессивных действий со стороны какого-либо государства (коалиции государств) путем ответных мер, снижающих опасение противоположной стороны, или адекватной угрозой неприемлемых для нее последствий в результате ответных действий6.

Официально Россия придерживается стратегии, нацеленной на формирование многополярной системы международных отношений. Между тем детальных научных разработок концепции многополярности и роли России по участию в многополярном мире не существует. Имеются очень спорные точки зрения о том, что РФ, претворяя в жизнь идеи многополярности, должна стремиться к превращению Западной Европы и Китая в самостоятельные полюса мировой политики. Но это очень опасно при условии, если сама Россия будет стоять на месте.

В последние годы мир стал очень геополитически подвижным: происходящие в нем процессы существенно влияют на мировой порядок. Можно сказать, что современный мир - это мир постоянно обостряющегося геополитического противоборства. Значительно видоизменили мировую геополитическую ситуацию такие события, как распад СССР, крушение социалистического лагеря, широкое распространение исламского фундаментализма, терроризма, глобальное насаждение Вашингтоном «демократий американского образца» и т.д.

Можно говорить об окончании эпохи «холодной войны» между двумя сверхдержавами, но в целом противостояние между Россией и США уменьшилось ненамного: оно приобрело новый, более скрытый характер.

Данный аспект необходимо учесть в геостратегии России, одним из принципов построения которой является принцип геополитической ориентированности. Данный принцип предполагает то, что стратегические направления политики России по защите своих интересов должны базироваться на необходимости постановки ключевых, масштабных задач, решение которых закладывает основы прочного мира и конструктивной стабильности. Поскольку рассматриваемая стратегия нами воспринимается через призму геополитического подхода, то реализуется она посредством стратегического управления геополитическими интересами. Стратегия определяет:

- какой путь выбирает политическое руководство для достижения поставленной цели;

- какие ограничения вытекают из особенностей организации и определяют границы стратегического выбора (экономические, социально- политические, военные, технологические и др.);

- каким хотят видеть свое государство политическая элита и его граждане.

Большой опасностью для России является отсутствие однозначной политической формулировки идентификации «геополитического противника», что делает доктрину национальной безопасности неполноценной. Можно дать следующее определение понятию «геополитический противник» - это иностранные политические режимы и международные структуры, ставящие своей целью ослабление позиций Российской Федерации на мировой арене, а также реализующие курс на подрыв политических, экономических, культурных и других основ Российского государства и его союзников. М. Гареев полагает, что вместо того, чтобы объявлять противниками все окружающие страны, надо выявлять и анализировать источники и конкретные проявления угроз и в соответствии с этим планировать и осуществлять меры по обеспечению безопасности страны7. Действительно, не надо считать противниками все страны, но целесообразно однозначно и документально (в той или иной форме) утвердить тот очевидный геополитический факт, что нашим главным геополитическим противником являются США и их главные атлантические союзники.

Сегодняшнее положение США в мире определяется:

- крупнейшей, наиболее развитой, устойчивой и высокотехнологической экономикой в мире;

- развитой системой союзов и партнерств, охватывающей большинство влиятельных государств;

- доминирующими или влиятельными позициями в центральных институтах регулирования международных отношений (ООН, НАТО, Всемирный банк, МВФ, «Большая восьмерка» и т.д.);

- не имеющим аналогов военным потенциалом и военным присутствием во всех ключевых регионах мира;

- привлекательностью американской либерально-демократической идеологии и культуры. Правда, в последнее время значение этого фактора снижается8.

Скорее всего, главенствующая роль США как мощной в экономическом и военном отношении державы на геополитической карте мира сохранится. Американцы будут по-прежнему активно навязывать свои ценности остальному миру, используя все имеющиеся для этого силы и средства. В то же время в Вашингтоне осознают, что поддержание структуры однополярного мира только полицейскими методами вряд ли возможно, поэтому американцы постараются действовать максимально гибко, прибегая к различным рычагам воздействия на ситуации в выгодном для США ключе.

Рассматривая перспективы отношений России и США, следует подчеркнуть, что по-прежнему эти отношения занимают одно из главных мест в стратегических установках как Москвы, так и Вашингтона. Можно говорить о некотором изменении характера отношений после распада СССР, о более широких контактах и встречах представителей двух государств, достижении определенных результатов в ряде областей сотрудничества, но по сути США и их ближайшие союзники являются нашими геополитическими противниками, о чем свидетельствует немало фактов. Среди них можно отметить наличие долгого периода противостояния СССР и США, которые вели жесткую борьбу за мировое влияние на протяжении почти полувека. Используя политические, экономические и другие рычаги, а также возможности спецслужб, Запад во главе с США способствовал распаду СССР и социалистического лагеря в целом. Затем под непосредственным руководством США развернулась кампания по выводу стран Центральной и Восточной Европы из российской сферы влияния и их интеграции в евро-атлантические структуры, что значительно ослабило геополитическое положение России. На современном этапе мы сталкиваемся с новыми формами оказания давления на Москву с целью ослабления ее позиций уже на постсоветском пространстве.

В отношении постсоветского пространства США проводят курс, направленный на его политическое раздробление и вовлечение в американскую систему союзов. Главная цель - предотвращение реинтеграции пространства бывшего СССР или его существенных частей под началом России как в экономическом плане, так и в сфере безопасности. Параллельно Вашингтон стремится расширить доступ к энергетическим активам России, Закавказья и Центральной Азии. Инструментами реализации этой политики служат расширение НАТО и концепция «Большой Центральной Азии» (объединение стран региона в один независимый, в первую очередь от России, геополитический блок и «привязке» его к Пакистану и Афганистану.

Более того, определенные круги на Западе вынашивают идеи экспорта в РФ «цветных революций» с очевидной целью дестабилизации обстановки в стране, чреватой в перспективе ее распадом.

Ряд экспертов считает, в среднесрочной перспективе вероятно усиление в российско-американских отношениях элементов противостояния и даже приобретения ими формы «фарсовой «холодной войны», что уже начинает проявляться в свете разных подходов к решению военных конфликтов в Грузии.

Всероссийский центр изучения общественного мнения провел опрос на тему, в чем россияне видят главные опасности для нашей страны и какие угрозы им представляются наиболее вероятными. Больше всего респондентов указали на военную угрозу со стороны США, НАТО, Запада в целом9.

Перечисленные факторы должны быть учтены российским руководством при построении геостратегии России на американском направлении. Конечно же, Россия относит себя к цивилизованным государствам и готова к конструктивному сотрудничеству с большинством мировых государств. Как подчеркнул Президент России Д. Медведев, осуществляя свою внешнюю политику, «Россия не хочет конфронтации ни с одной страной. Россия не собирается изолироваться. Мы будем развивать настолько, насколько это будет возможно, наши дружеские отношения и с Европой, и с Соединенными Штатами Америки, и с другими странами мира»10.

Однако только в том случае, если США будут считаться с интересами России, возможно конструктивное деловое сотрудничество. Области такого сотрудничества определены достаточно давно: борьба с терроризмом, стратегическая стабильность, мирное освоение космоса, нераспространение ОМУ и средств его доставки, контроль за распространением обычного оружия и «критичных» технологий, сотрудничество в целях подключения к процессу сокращения и уничтожения вооружений других государств, прежде всего ядерных, поддержание региональной стабильности, предотвращение и урегулирование конфликтов, военно-техническое и военно-технологическое сотрудничество, разоружение и контроль над вооружениями, сотрудничество по вопросам экологии, реформа ООН, совместная деятельность в борьбе с международными криминогенными структурами и наркомафией. Между тем объективно Соединенные Штаты не очень заинтересованы в сотрудничестве с Россией. Для них более важно проведение агрессивной внешней политики, направленной на сохранение мирового господства.

Правда, положительным для нас моментом является то, что отношение к такой политике, как показывают опросы общественного мнения, у большинства населения других стран является негативным. Поэтому следует использовать просчеты в политике Вашингтона по навязыванию американской модели развития всему миру, так как изъяны данной политики на сегодняшний день просматриваются достаточно явно.

В то же время необходимо отметить, что существует немало сторонников активного сближения России и США. Так, президент Американского университета в Москве Э. Лозанский полагает, что стратегический союз или даже его более высокая ступень - альянс России и США, безусловно, выгоден обеим странам и может сыграть большую роль в решении важнейших глобальных проблем, стоящих перед человечеством в XXI веке11. Лозанский называет и инструмент сближения России и США - лоббизм, который может осуществляться либо усилиями этнических общин, либо нанятыми профессиональными структурами.

Председатель редакционного совета журнала «Россия в глобальной политике» С. Караганов подчеркивает, что хорошие, даже виртуально, отношения с Вашингтоном автоматически укрепляют позиции любой страны. Именно поэтому стоит рассмотреть вопрос о попытке улучшения хотя бы внешнего климата российско-американских отношений12.

Доктор политических наук Г. Гольдин и доктор исторических наук Л. Терновая считают, что при всех разногласиях и асимметричности экономических и политических позиций у Москвы и Вашингтона сохраняются многие общие интересы в подходе к ключевым проблемам международной безопасности. В полицентрической системе международных отношений, складывающейся на рубеже веков, Россия вряд ли сможет найти более сильного партнера, чем Соединенные Штаты. Любой другой центр силы на мировой арене (Китай, Европа и др.) не будет в ближайшее время сопоставим по своим возможностям с США13.

Принимая во внимания позиции сторонников сближения России с США, заметим, что для России, по всей видимости, целесообразным представляется сценарий, согласно которому Москва официально поддерживает с Вашингтоном сотрудничество в тех областях, которые представляют взаимный интерес, а фактически осуществляет политику, направленную на недопущение дальнейшего резкого усиления Соединенных Штатов на мировой арене и нейтрализацию угроз безопасности России со стороны США.

В связи с этим предлагаем принять на вооружение векторный принцип нейтрализации угроз национальной безопасности Российской Федерации, исходящих от США. На западном направлении необходимо учитывать, что попытки России углубить контакты с Европой наталкиваются на жесткое противодействие Вашингтона, умело «играющего» на европейских «страхах» перед крепнущим восточным соседом. Симптоматичным на этом фоне является будирование в западных политических кругах идеи учреждения нового альянса Европы и США, который, наряду с решением задач обеспечения коллективной безопасности, позволил бы координировать политику создания единого трансатлантического энергетического рынка. Одновременно внутри европейского сообщества нагнетается истерия в отношении России, которую обвиняют в использовании экономических рычагов для достижения политических целей. Ставится под сомнение статус Москвы как надежного поставщика энергоносителей. В данных условиях создание своего рода «энергетического НАТО», якобы, позволит обеспечить беспрепятственный доступ западных держав к источникам энергии и защиту их инвестиций в энергокомплексы добывающих стран.

В данном контексте геостратегия РФ на западном направлении должна строиться на основе недопущения усиления единого западного фронта, нацеленного на ослабление позиций России. Наиболее перспективной линией считается ориентация на развитие двустороннего сотрудничества с теми европейскими государствами, интересы которых в ряде случаев отличны от интересов США. В области противодействия НАТО стратегия России должна быть направлена на углубление существующих противоречий между США и некоторыми европейскими государствами по поводу будущего альянса. Интересам Российской Федерации отвечает превращение НАТО в евро-атлантическую миротворческую организацию, нацеленную на решение общих европейских проблем, в том числе на борьбу с международным терроризмом. Целесообразно использовать и углублять разногласия между США и европейскими странами и по другим вопросам.

На восточном направлении проникновение США в республики Центральной Азии представляет угрозу национальной безопасности РФ. Серьезным вызовом региональной стабильности и безопасности являются активные попытки США по материализации идеи создания параллельной ШОС организации «Партнерство по сотрудничеству и развитию Большой Центральной Азии» без участия России и Китая. Суть ее состоит в том, чтобы объединить регион Центральной Азии с подконтрольным ему Афганистаном посредством регионального экономического сотрудничества. А впоследствии через кавказско-каспийский регион интегрировать под эгидой США все это пространство с Ближним Востоком14.

Задачей геостратегии России в этой связи является недопущение использования Вашингтоном территорий республик ЦА для решения собственных военно-политических задач в ущерб национальным интересам РФ. России необходимо активизировать центральноазиатский вектор внешней политики.

Воздействовать на ситуацию в регионе в контексте улучшения отношений со странами ЦА Россия может через двусторонние связи, а также в рамках многостороннего сотрудничества (ЕврАзЭС, ОДКБ, ШОС). У российского бизнеса имеются возможности для выгодных капиталовложений, прежде всего в нефтегазовой сфере. Россия могла бы уделять большее внимание сохранению единого информационного пространства в регионе, а также активизировать контакты в гуманитарной области.

ШОС имеет хорошие шансы стать одной из ведущих региональных международных организаций на Евразийском континенте. Это вытекает как из особенностей организации, ее потенциальных возможностей, так и анализа результатов ее деятельности. ШОС дает хороший пример того, как могут не только существовать, но и тесно сотрудничать на равноправной основе страны с различными этносами, культурами, конфессиональной ориентацией.

Положительными моментами в деятельности ШОС является то, что организация обладает значительным потенциалом сотрудничества в экономической области. Также ШОС противодействует угрозам, представляющим сегодня одну из главных опасностей для региональной и мировой стабильности, - терроризму, сепаратизму, экстремизму, а также борется с трансграничной преступностью. Кроме того, как отмечает эксперт по проблемам Востока Н. Савкин, заслуга ШОС состоит в том, что само существование этой организации, не говоря уже о ее международной деятельности, позволило более четко обозначить альтернативный путь мирового развития, при котором Соединенные Штаты могут быть лишь одним из глобальных центров притяжения, пусть пока и «первым среди равных»15.

Будущая роль России в Центральной Азии зависит не только от международной конъюнктуры, американо-центральноазиатских отношений, но и от того, насколько активными, сбалансированными и последовательными будут действия самой РФ по реализации своих интересов.

На северном направлении в настоящее время Арктика становится зоной столкновения стратегических интересов крупнейших мировых держав, ведущих борьбу за контроль над имеющимися в регионе ресурсами, а также над важнейшим транспортным коридором - Северным морским путем. В условиях растущего энергодефицита и прогнозируемого исчерпания большинства разрабатываемых нефтяных месторождений, а также в связи с отмечающейся тенденцией к глобальному потеплению климата, облегчающему доступ к арктическим энергоресурсам, контроль над их добычей и транспортировкой фактически обеспечит доминирование на мировом энергетическом рынке после 2015 года. Большой потенциал заключен и в развитии инфраструктурных проектов в регионе.

На сегодняшний день обоснованные претензии России на значительную часть акватории Арктики встречают жесткое сопротивление со стороны других прилегающих государств - США, Канады, Норвегии и Дании. Несмотря на юридическую слабость позиций, в геополитическом плане наибольшую угрозу национальной безопасности Российской Федерации в Арктике представляет политика США. В ходе развернутой в том числе с использованием российских СМИ пропагандистской кампании военная составляющая российского освоения северных территорий намеренно преувеличивается, а масштабы социально-экономической деятельности занижаются. Подобное информационное сопровождение имеет целью формирование в общественном мнении северян, а также в среде коренных народов российского Крайнего Севера уверенности в том, что руководство России не способно эффективно использовать Арктику и только расширение иностранного экономического, гуманитарного, а в перспективе - и политического присутствия может спасти регион от социально-экономической деградации.

Особое внимание при проведении информационно-пропагандистских кампаний уделяется вопросам экологии и защиты прав коренных малочисленных народов Севера. Данная проблематика активно используется с подачи Вашингтона международными и европейскими организациями в целях дискредитации и последующего замораживания крупных проектов по добыче и транспортировке минерально-сырьевых ресурсов российского Севера и арктического шельфа, реализуемых без привлечения западных компаний.

В целом защита геополитических интересов России в Арктике требует выработки решительных мер в направлении модернизации ее экономической и военной инфраструктуры. Развитие региона может осуществляться только при условии привлечения масштабных капиталовложений, прежде всего отечественных. Как отметил российский Президент Д. Медведев, «наша первая и главная задача - превратить Арктику в ресурсную базу России XXI века»16.

Таким образом, геостратегия России на северном направлении должна заключаться в дальнейшем снятии вопросов о возможном пересмотре российских границ, поддержании в надлежащем состоянии российских Вооруженных Сил на северном направлении, недопущении усиления позиций иностранных государств в освоении российских природных богатств в ущерб экономическим интересам РФ.

Необходима комплексная программа, включающая как внутренние, так и внешние аспекты по освоению арктических территорий, решению транскоммуникационных и других вопросов, исходя из национальных интересов России. В геополитическом отношении этот регион наименее уязвим с точки зрения обеспечения безопасности РФ, но планы США и Норвегии (как атлантического союзника Вашингтона) необходимо внимательно отслеживать и реагировать на их возможные действия, способные нанести ущерб российским национальным интересам.

На южном направлении геополитическим противником России также являются США, активно участвующие в энергетических проектах в районе Каспия и усилившие свои позиции в республиках Закавказья. Кроме того, Северный Кавказ стал не только мишенью международного террористического интернационала, но и объектом пристального внимания иностранных спецслужб (США, Великобритании, Турции, ряда арабских государств). Следует признать, что именно при помощи последних руками чеченских экстремистов предпринимаются попытки отделения Чечни от России.

Действия Грузии по решению грузино-южноосетинского конфликта военным путем привели к значительным жертвам и резкому обострению ситуации в регионе. Особое беспокойство вызывает то, что в своих действиях грузинское руководство опирается на поддержку США. В Послании Федеральному Собранию РФ Президент Д. Медведев подчеркнул, что трагедия Цхинвала стала, помимо прочего, следствием самонадеянного, не терпящего критики и предпочитающего односторонние решения курса американской администрации17. Обострение российско-грузинских отношений, скорее всего, будет продолжительным. Нынешнее грузинское руководство, однозначно ориентирующееся на Запад во главе с США, видит врага в лице России и поэтому надеяться на конструктивное сотрудничество с грузинской стороной не приходится. Отсюда вытекает необходимость жесткого отстаивания российских национальных интересов, заключающихся в одобрении решения Южной Осетии и Абхазии об объявлении независимости, поддержке пророссийски настроенного населения этих республик. Обострившиеся же конфликты, приведшие к многочисленным человеческим жертвам, в том числе среди мирного населения, целесообразно решать на международно-правовой основе с обсуждением данных проблем на мировых форумах.

Что касается остальных республик Закавказья, то желательно сохранять и развивать наше партнерство с Арменией, не допуская ее перехода в западную сферу влияния. До Азербайджана целесообразно доводить информацию, что ориентация Баку исключительно на Запад не принесет ему существенных дивидендов, так как США и их союзники преследуют в регионе собственные цели, вряд ли совпадающие с долгосрочными интересами республик Закавказья.

В целом развитие современной мировой ситуации, желание США сохранить за собой статус единственной сверхдержавы и намерения России проводить линию на отстаивание своих геополитических интересов предполагают непростой период в российско-американских отношениях.

Примечания:

  1. В. Колосов, Н. Мироненко. Геополитика и политическая география. Аспект Пресс, М., 2002. С.220.

  2. Буркин А., Возженников А., Синеок Н. Национальная безопасность России в контексте современных политических процессов. М., Изд-во РАГС, 2005. С. 242.

  3. Стратегическая ситуация и основные узлы противоречий в Восточной Евразии. Отв. редактор Г. Агафонов. М., Ин-т Дальнего Востока РАН, 2007. С. 177.

  4. Сергунин А. «Российская внешнеполитическая мысль: национальная и международная безопасность», Монография, Нижний Новгород, НГЛУ им. Н. А. Добролюбова, 2003. С.15.

  5. Сорокин К. Геополитика современности и геостратегия России. М., РОССПЭН, 1996.

  6. Гареев М. Проблемы и решения. Стратегическое сдерживание - важнейшее направление обеспечения национальной безопасности. Военно-промышленный курьер, № 42(258). 2008.

  7. Там же.

  8. Суслов Д. Роль США сегодня и завтра. Россия и мир. Новая эпоха. 12 лет, которые могут все изменить. Отв. ред. С. Караганов. М., АСТ. Русь-Олимп. 2008. С. 334.

  9. Пресс-выпуск № 950. ВЦИОМ. 07.05. 2008.

  10. http://president.kremlin.ru/text/appears/2008/08/205991.shtml.

  11. Лозанский Э. Россия между Америкой и Китаем. М., Международные отношения, 2007. С. 274.

  12. Российская газета 30. 06. 2006.

  13. Гольдин Г., Терновая Л. Российско-американские отношения на рубеже третьего тысячелетия. Международные отношения и внешнеполитическая деятельность России. Под общей редакцией С. Проскурина. М., Изд-во РАГС, 2003. С. 324.

  14. Кравченко В. Проблемы обеспечения военной безопасности России в условиях глобализации. Международная безопасность России в условиях глобализации. Под общ. ред. В. Михайлова, В. Буянова. М., Изд-во РАГС, 2007. С. 65.

  15. Гусейнов В., Денисов А., Савкин Н., Демиденко С. Большой Ближний Восток: стимулы и предварительные итоги демократизации. М., ОЛМА Медиа Групп. 2007. С. 412.

  16. http://president.kremlin.ru/text/appears/2008/09/206540.shtml.

  17. http://president.kremlin.ru/text/appears/2008/11/208749.shtml.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации