ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Воздушно-космическая оборона №2, 2010 г.

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

С.Волков

Проводимая реформа Вооруженных Сил России заставляет вновь и вновь возвращаться к вопросу научного обоснования рациональной структуры Вооруженных Сил нашего Отечества. Эта проблема актуализируется еще и потому, что ни подходы к проведению реформы, ни авторы осуществляемых в армии и на флоте масштабных преобразований широкой военной общественности неизвестны.

Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев, определяя перспективу развития нашего государства на очередной плановый период, разместил свои предложения по ее видению для всеобщего (всенародного) обсуждения на своем сайте в Интернете. Обсуждение шло бурно, и, что было подчеркнуто главой государства особо, отдельные предложения (наиболее важные) были включены в содержание его Послания Федеральному собранию Российской Федерации 12 ноября 2009 г.

В реформе ВС идет все наоборот. Ни подходы к ее проведению, ни ее авторы широкой военной общественности да, наверное, и узкому кругу наиболее близких к руководству ВС лиц до начала ее проведения были неизвестны. Для познания явления всегда необходимо знать не только его содержание, но и его историю - хотя бы на современном этапе развития.

Чтобы восстановить историю этого вопроса, остановимся на фактах и документах. Для этого воспользуемся доступными материалами архивов, результатами исследований ученых 2 (г. Тверь), 45 (г. Москва) ЦНИИ МО и ВКА ПВО (впоследствии - ВА ВКО, г. Тверь), Центра оперативно-тактических исследований (ЦОТИ), НТК (затем - ВНК) Войск ПВО, материалами Главных штабов Войск ПВО и с 1998 г. - Военно-воздушных сил.

Насколько возможно подробно остановимся на вопросах совершенствования структуры ВС России с момента их образования и по настоящий период, рассмотрим определенную уже в настоящее время руководящими документами перспективу их развития.

Рождение российских ВС проходило на останках Вооруженных Сил Советского Союза. Накануне распада Советского Союза по представлении министра обороны СССР маршала авиации Е. И. Шапошникова президентом СССР Михаилом Горбачевым было принято решение о радикальном изменении структуры Вооруженных Сил (табл. 1).

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Указом президента СССР № УП2846 от 12 ноября 1991 г. «О создании в Вооруженных Силах СССР Стратегических сил сдерживания» предписывалось:

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

«В целях обеспечения политической стабильности на основе военно-стратегического паритета и реформирования Вооруженных Сил СССР:

Создать на базе сил и средств Ракетных войск стратегического назначения, системы предупреждения о ракетном нападении, системы контроля космического пространства, противоракетной обороны и управления начальника Космических войск новый вид Вооруженных Сил СССР - Стратегические силы сдерживания. Подчинить в оперативном отношении главнокомандующему Стратегическими силами сдерживания авиационные и морские стратегические ядерные силы.

Назначить главнокомандующим Стратегическими силами сдерживания генерала армии Максимова Юрия Павловича.

Министру обороны СССР до 15 декабря 1991 г. представить в установленном порядке предложения по организационной структуре Стратегических сил сдерживания».

28 ноября 1991 г. министром обороны был подписан приказ с объявлением этого указа президента СССР. К нему прилагался План первоочередных мероприятий по реализации указа, подписанный начальником ГОУ ГШ ВС генерал-полковником Л. Кузнецовым, с завершением основных мероприятий к 1 марта 1992 г.

Уже к 10 декабря 1991 г. Генеральным штабом совместно с главнокомандующим Стратегическими силами сдерживания и главнокомандующим Войсками ПВО были подготовлены предложения по организационной структуре Стратегических сил сдерживания для доклада министру обороны и последующего представления президенту СССР. Однако дальнейшие политические события в СССР не позволили реализовать эти намерения.

В итоге на момент своего создания (7 мая 1992 г.) российские Вооруженные Силы (министры обороны - Ельцин Б. Н. с марта по май 1992 г., маршал Грачев П. С. с мая 1992 г. по июнь 1996 г.) переняли пятивидовую структуру ВС Советского Союза (табл. 2). В составе ВС России были вновь сформированы те же пять видов ВС - Сухопутные войска (СВ), Ракетные войска стратегического назначения (РВСН), Войска противовоздушной обороны (Войска ПВО), Военно-воздушные силы (ВВС) и Военно-морской флот (ВМФ). Родами войск ВС были Воздушно-десантные войска (ВДВ) и Управление начальника космических войск (УНКС), переименованные в Военно-космические силы (ВКС). Следует напомнить, что в соответствии с приказом МО СССР 1990 г. № 28 армейская авиация была передана из ВВС и входила в состав СВ.

В условиях образования нового суверенного государства, изменения военно-политической и военно-стратегической обстановки в мире, а также наметившегося спада экономического развития страны политическим руководством России было принято решение о проведении военной реформы. В ВС РФ одним из основных ее направлений явились сокращение численности и боевого состава армии и флота и совершенствование видовой структуры самих ВС.

Такая задача была поставлена руководством Министерства обороны перед Генеральным штабом, Главными командованиями видов и командованиями родов войск ВС и ведущими ЦНИИ Министерства обороны.

С радикальными переменами структуры ВС РФ не торопились. В период с 1993 по 1996 г. был выполнен целый ряд КНИР по рассмотрению и обоснованию предложенных Генеральным штабом возможных структур ВС и организации перехода к ним. Наиболее значимой среди этих работ была КНИР под названием «Реформа-2000».

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

В предлагаемых Генеральным штабом вариантах на период 1996-2000 гг. рассматривалась в основном 4-видовая структура ВС. При этом предполагалось, что 4-видовая структура является переходным этапом к тому или иному варианту 3-видовой структуры ВС. Сокращение количества видов ВС достигалось за счет ликвидации Войск ПВО.

Авторы предложений (Генштаб ВС) руководствовались прежде всего стремлением сделать структуру ВС России максимально похожей на структуру ВС наиболее развитых в военном отношении государств мира. Не отрицая возможности и необходимости внимательного изучения опыта военного строительства других стран, военные исследователи Войск ПВО полагали необходимым особо подчеркнуть важность учета специфических особенностей Российской Федерации.

К ним относилось и то, что формирование мощной, развитой системы ПВО и оформление ее в самостоятельный вид ВС - это была объективная реальность, сложившаяся под влиянием факторов исторического, геополитического, геостратегического и собственно военного характера.

Сравнение условий решения задач ПВО в России и, к примеру, США, показывало ряд особенностей геостратегического плана, которые нельзя было не учитывать при решении проблем военного строительства.

Во-первых, существуют серьезные различия в количестве СВН, потенциально способных достигать из районов своего постоянного базирования объекты на территории России и США (до 2000 и до 150 соответственно).

Во-вторых, существуют различия в общей площади прикрываемой территории России: она в 1,8 раза больше, чем в США. Здесь имеет место ситуация, когда Россия вынуждена больше «платить» за размеры своей территории.

В-третьих, даже с максимальным использованием всех возможностей по созданию информационного предполья подлетное время СВН к объектам на территории России составит от 0,1 до 1 часа - для приграничных районов, от 1 до 5 часов - для внутренних районов. Для США этот параметр составлял 1-5 и 5-10 часов соответственно.

Уже только эти факторы показывали, что Россия объективно должна иметь большее количество сил и средств ПВО. Интересы же повышения надежности ядерного сдерживания, организации борьбы с ракетно-космическими средствами требовали также постоянного развития и совершенствования систем ПРН, ПРО, ПКО и ККП.

Таким образом, структурные преобразования на видовом уровне вызывали необходимость преодоления объективно возникающего противоречия между потребностями (необходимо иметь систему ПВО, способную решать весь спектр задач по борьбе с воздушно-космическим противником) и экономическими возможностями.

Разрешить это противоречие в условиях сокращения численности ВС можно было только за счет привлечения для решения задач ВКО сил и средств, решающих эти задачи и в других видах ВС. Учитывая, что шел процесс интеграции ударных и обеспечивающих средств воздушного и космического нападения в интересах решения стратегических и оперативных задач и превращения воздушно-космического пространства в единую сферу вооруженной борьбы, возникала и объективная необходимость обеспечения единой ответственности при организации борьбы с воздушно-космическим противником.

Данное требование, как показывали исследования и опыт военного строительства, могло быть выполнено при создании единой системы ВКО страны и ВС, ядро которой уже в то время представляли Войска ПВО. Это должно было быть учтено при обосновании организационной структуры ВС РФ на среднесрочную и долгосрочную перспективу.

Однако данные предложения ученых и руководства Войск ПВО поддержки в Генеральном штабе не нашли.

Параллельно с научными исследованиями перспективной структуры ВС РФ в рамках различных КНИР эту же работу выполняла межвидовая рабочая группа. Она была создана при Генеральном штабе в соответствии с директивой от 17.5.1993 г. Этой группой были отобраны для рассмотрения и количественной оценки восемь опорных вариантов (таблица 1, варианты №№ 1-8). Варианты №№ 9 и 10 затем были рассмотрены дополнительно. Фактически вопрос о сохранении Войск ПВО как вида ВС уже не стоял.

В принципе обоснование организационной структуры ВС является сложной проблемой, требующей широкого спектра методов исследований. Сложность получения количественных оценок, которые отражали бы различие вариантов структурной организации ВС, заключается прежде всего в том, что различные варианты не отличаются друг от друга по структуре войсковых формирований оперативного и тактического уровня, а также составу и характеристикам ВВТ. Существующие же методы количественной оценки эффективности применения войск (сил) были основаны, как правило, на учете параметров и связей именно этих уровней.

Изменения на оперативно-стратегическом и стратегическом уровнях создают лишь предпосылки для более качественного строительства войск, их развития, управления и взаимодействия. Причем эти предпосылки могут быть реализованы различным образом при одной и той же структуре. Это затрудняло использование традиционных методов, основанных на оценке эффективности боевых действий и эффективности управления войсками.

Для оценки рациональности тех или иных изменений видовой структуры ВС во 2 ЦНИИ МО был разработан нетрадиционный метод, основанный на анализе функциональной взаимосвязи основных компонентов ВС. В его основу легла идея о том, что в каждом виде ВС должны быть объединены наиболее близкие компоненты.

Их функциональная близость определялась общностью решаемых задач, сфер боевого применения, однотипностью ВВТ и т. п. В этом случае благодаря замыканию процессов координации действий наиболее взаимосвязанных компонентов в рамках одного вида ВС облегчалось решение вопросов строительства и развития войск, согласования действий сил и средств при отражении агрессии противника, развития ВВТ. С этих позиций рациональной могла быть признана такая структура ВС, для которой каждый вид ВС объединял наиболее функционально близкие компоненты. При этом связи между видами должны были бы быть как можно меньше.

Результаты оценок вариантов видовой структуры, полученные в 1993-1995 гг. Войсками ПВО с позиции решения задач ВКО в той или иной структуре ВС, представлены в таблицах 2 и 3. По результатам анализа количественной оценки вариантов видовой структуры в тот период времени были сделаны следующие выводы:

«Применение моделирования, основанного на оценке эффективности боевых действий, позволило дать количественную оценку лишь вариантов № 1 (существующая структура ВС), а также №№ 8 и 9, предусматривающих разделение родов войск ПВО и включения их в разные виды ВС. При этом эффективность боевых действий по сравнению с существующим вариантом организации ПВО падает на 15-20% (в таблице - 11-32%).

Среди вариантов четырехвидовой структуры ВС предпочтение следует отдать варианту № 6, предусматривающему объединение в одном виде ВС основных компонентов, решающих задачи борьбы в воздушно-космическом пространстве (ВВС и Войска ПВО в полном составе). При реализации курса на сокращение количества видов ВС и необходимости решения вопроса о статусе сил и средств, входящих в настоящее время в Войска ПВО, в пользу варианта № 6 говорит то обстоятельство, что решающее значение результатов борьбы в воздушном пространстве на ход и исход конфликтов с применением обычного оружия позволяет рассматривать эту борьбу как общую задачу для ударной авиации и сил ПВО.

Их согласованное целенаправленное применение способно повысить эффективность совместных усилий в интересах всей группировки ВС, а интеграция в одном виде ВС способствовала бы такому применению и могла создать ряд новых позитивных возможностей для:

- сбалансированного развития оборонительных и наступательных вооружений с целью парирования военно-технических программ потенциальных противников;

- объединения воздушных и противовоздушных операций в единую форму борьбы за завоевание господства в воздухе, разработки теории проведения такой операции и отработки ее элементов в мирное время;

- проведения единой технической политики в области авиатехники;

- эффективного использования единой, исключающей дублирование информационной основы для действий над территорией России, а с развертыванием РЛС ЗГО и космической системы дальнего обнаружения - и во всем воздушном пространстве театров военных действий;

- организации тесного взаимодействия в рамках одного вида ВС вплоть до уровня частей и подразделений.

Одним из возможных вариантов четырехвидовой структуры является вариант № 5, когда в одном виде объединены ВВС, Войска ПВО и ВКС. Анализ этого варианта свидетельствует, что по крайней мере в настоящее время он нерационален. Это связано с тем, что в настоящий момент и ближайшую перспективу задачи, стоящие перед ВКС (КВ), слабо коррелируются с задачами ВВС и Войск ПВО.

Указ Президента СССР М.Горбачева №УП2846 от 12 ноября 1991г. "О создании в Вооруженных Силах СССР Стратегических сил сдерживания"

Общей является только сфера применения данных сил. ВКС по существу обеспечивают создание и функционирование группировки космических средств, действующих в интересах всех видов ВС. ВКС располагают большим и сложным комплексом объектов на территории России и за ее пределами. Обеспечение его функционирования является специфической, ресурсоемкой задачей. Передача ВКС (КВ) в состав какого-либо вида ВС приведет к возложению на него несвойственных задач.

Учитывая реальное состояние и возможности ВКС (КВ), трудно выявить дополнительные преимущества, которые могли бы дать их включение в состав объединенного вида ВВС и Войск ПВО, а также создание отдельного рода войск на основе объединения РКО и ВКС (варианты №№ 9 и 10).

Такие изменения были бы оправданными в более отдаленной перспективе при появлении тенденций развития военно-стратегической ситуации в направлении жесткого военного противостояния в космосе с наиболее развитыми странами мира, и как следствие создание в Войсках ПВО, ВВС и ВКС боевых космических средств (ПКО/ПСБ, ПРО, ударных, РЭБ).

Помимо этого создание на первом этапе реформы отдельного рода войск за счет слияния ВКС и войск РКО приведет к разрушению системы ВКО, основу которой должна составить интеграция ее двух главных составляющих - систем РКО и ПСО, как это определено указом президента РФ №1032. В перспективе такие преобразования не дадут возможности вести эффективную борьбу с новым развивающимся классом средств ВКН - гиперзвуковыми самолетами и КР, не позволят наиболее экономично создавать средства ПРО-ПСО.

С точки зрения оценки как эффективности, так и функциональной взаимосвязи из всех вариантов четырехвидовой структуры ВС наихудшие показатели имеют варианты №№ 8 и 9, предусматривающие передачу родов войск ПВО в другие виды ВС.

При дальнейшем сокращении видов ВС (до трех) правомерным представляется рассмотрение варианта, когда в одном виде объединяются ВВС, Войска ПВО и РВСН (вариант № 4). Для этого варианта сохраняются все достоинства варианта 4-видовой структуры ВС, предусматривающего объединение ВВС и Войск ПВО. Дополнительно к ним могут рассматриваться следующие достоинства: повышение качества подготовки и ведения операции СЯС, возможность осуществления более масштабных и гибких мер по обеспечению устойчивости объектов ударных сил в обычной войне.

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Важным моментом при формировании трехвидовой структуры ВС является способ перехода к ней. Переход этот может быть осуществлен либо скачком от 5-видовой структуры к 3-видовой, либо последовательными шагами от пяти к четырех- и далее к трехвидовой структуре. Последовательная трансформация ВС более предпочтительна. Главным достоинством такого перехода к трехвидовой структуре является то, что на всем протяжении этого пути можно поддерживать необходимый уровень боеготовности ВС, сохранить их управляемость. Кроме того, плавный переход дает возможность:

- использовать накопленный опыт структурных изменений первого этапа преобразований (от пяти к четырехвидовой структуре) при переходе от четырехвидовой к трехвидовой структуре ВС;

- своевременно обнаруживать и устранять организационные и технические трудности, вытекающие из объема проводимых мероприятий по укрупнению видов ВС;

- вносить необходимые коррективы в процесс реформирования.

Динамика реорганизации вооруженных сил Российской Федерации

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Таким образом, результаты количественных оценок вариантов, полученные на основе разных методов, показывают, что весомыми преимуществами обладают варианты, обеспечивающие сохранение созданных систем противовоздушной и ракетно-космической обороны, их организационное единство и интеграцию в систему воздушно-космической обороны. Переход к трехвидовой структуре возможен лишь в отдаленной перспективе. Он должен быть осуществлен последовательно через четырехвидовую структуру главным образом для того, чтобы предотвратить опасность снижения боевой готовности войск (сил), нарушение их управляемости в период структурных преобразований».

Таковы были выводы Войск ПВО по исследованию перспективных структур ВС, представленных Генеральным штабом для рассмотрения межвидовой рабочей группой Генерального штаба в 1993-1995 гг.

Одновременно в рамках КНИР «Реформа-2000» и при работе в составе межвидовой рабочей группы Генерального штаба учеными и представителями Войск ПВО было обосновано предложение о нецелесообразности изменения видовой структуры ВС. Вместе с тем допускалось, что в условиях резкого сокращения стратегических наступательных вооружений и, естественно, значительного сокращения наших МБР сами РВСН могли быть представлены в структуре ВС самостоятельным родом войск центрального подчинения. В этом случае видами ВС оставались СВ, Войска ПВО, ВВС и ВМФ, родами войск - РВСН, ВКС и ВДВ. Объединение Войск ПВО и ВВС в один вид ВС учеными и Главным штабом Войск ПВО на этом этапе категорически отрицалось. Аргументация нецелесообразности такого объединения дополнялась и другими факторами.

На уровне объединения центральных органов управления (главных командований ВВС и Войск ПВО) резких отрицаний не было. Допускалось их объединение, так как могла быть проведена их оптимизация с сокращением численности управленческого аппарата. Но обязательным условием при этом выдвигалось централизованное оперативное управление всеми объединениями ПВО (ОА ПВО и ОА РКО) со стороны главнокомандующего на всей территории страны.

Что касалось оперативного уровня управления, то прежде всего необходимо было ответить на принципиальный вопрос о целесообразности объединения ВА и объединений ПВО.

Для понимания «сухопутными и авиационными» представителями рабочей группы существа этого вопроса Войска ПВО подчеркивали, что объединения ПВО являются формированиями постоянного базирования, а воздушная армия или авиационный корпус - формированиями, которые должны быть готовы к действиям в любом регионе. В угрожаемый период или с началом военного конфликта неизбежно возникнет необходимость передачи для действий в составе фронтов, сформированных на территории соответствующих военных округов, объединений фронтовой авиации, дислоцированных на территории этих и других военных округов. При этом дислокация объединений и соединений ПВО меняться не будет.

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Даже при дислокации в одном регионе боевые действия сил ПВО и ударной авиации носят различный характер: они воюют в разных сферах вооруженной борьбы, решают, как правило, совершенно различные задачи, силы ПВО действуют практически постоянно в определенных границах ответственности, а ударная авиация действует периодически на различных направлениях, в основном за пределами границ ответственности сил ПВО.

Учет этих факторов приводил к следующим выводам:

1. Потребуется полное разделение данного объединения ВВС и ПВО и его органа управления при перебазировании авиационных дивизий в другой регион.

2. Учитывая, что во многих случаях КП, с которого будет осуществляться управление авиадивизиями, будет развернут вблизи КП фронта, а не на КП объединения ПВО, также возникнет потребность разделения единого органа управления объединения ВВС и ПВО.

3. Одновременное управление ударной авиацией и силами ПВО с началом проведения фронтовой операции без значительных затрат на дублирующие пункты управления и без разделения ответственности за решение задач ПВО и ударной авиации немыслимо. Командующий такой объединенной армией за одновременное решение совершенно различных задач нести единоличной ответственности не сможет.

Таким образом, реализация предложения по созданию объединенной армии (ВА+ОА ПВО) была признана целесообразной лишь с одной целью - сократить численность аппарата управления и обеспечивающих подразделений, что было приемлемо только в мирное время. Но управление таким объединением в военное время будет крайне затруднено или невозможно без разделения аппарата управления на две части в угрожаемый период или уже при ведении боевых действий. Исходя из этого, непосредственное управление этими силами и в мирное, и в военное время должно было идти по различным стволам, а следовательно, их слияние под единым командованием и создание объединенных армий ФА и ПВО признавались нецелесообразными. Согласованное применение фронтовой авиации и сил ПВО предлагалось обеспечивать за счет единства планирования операций (боевых действий).

Исходя из структуры основных задач, их уровня и значимости в общей системе задач Вооруженных Сил, в составе Войск ВКО предлагалось иметь округ ПВО, Отдельные армии ПВО и армию РКО. Целесообразным также полагалось включение в состав объединений ПВО соединений и частей окружного (фронтового) и армейского подчинения войск ПВО Сухопутных войск. Это позволяло:

- обеспечить единство планирования и применения основных сил ПВО в стратегической операции по отражению воздушно-космического нападения противника, а в будущем - и в стратегической воздушно-космической операции;

- обеспечить единство управления основными силами ПВО;

- повысить эффективность противовоздушной обороны объектов до 10-15%;

- обеспечить более тесное взаимодействие сил ЗРВ с истребительной авиацией, безопасность ее действий в зонах огня ЗРВ и сократить потери своей авиации от огня собственных средств до 30%;

- обеспечить более полную реализацию требований указа президента РФ по организации непосредственного прикрытия важнейших объектов Вооруженных Сил, экономики и инфраструктуры страны;

- создать необходимые предпосылки для реализации единой технической политики в разработке и заказах вооружения и военной техники, обеспечить унификацию вооружения.

При этом фронтовой и армейские комплекты ПВО военных округов (фронтов) предлагалось свести в мобильные дивизии ПВО фронтового назначения, переформировав армейские комплекты ПВО в армейские бригады ПВО в составе зрбр и ортб. Управления этих дивизий ПВО сформировать на базе управлений начальников ПВО военных округов.

Такой подход, по мнению представителей Войск ПВО, позволял более оперативно решать вопросы управления всеми силами ПВО на территории военных округов в мирное время, а также более эффективно решать задачи противовоздушной обороны объектов и войск в оборонительных и контрнаступательных операциях фронтов всеми войсками и силами зон ПВО, а при необходимости - и силами мобильных дивизий ПВО резерва.

Данные предложения позволяли организовывать и успешно вести военные действия по трем сферам вооруженной борьбы - в воздухе (воздух-космос), на суше и на море, обеспечивая единство руководством вооруженной борьбой на стратегическом уровне со стороны генерального штаба и решение единой задачи оперативно-стратегического руководства в различных сферах вооруженной борьбы со стороны главнокомандующего ВКО, командующих войсками фронтов и флотов соответственно.

Заключительный этап КНИР «Реформа-2000» в 1995 г. уже предполагал разработку предложений по вопросам разделения функций в высшем звене управления, планирования строительства Вооруженных Сил, развития видов вооруженных сил и родов войск на период 1996-2000 гг. с учетом перехода к четырехвидовой структуре Вооруженных Сил. Для рассмотрения и анализа осталось лишь два основных варианта структуры Вооруженных Сил (табл. 3).

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Первый из них предполагал создание на основе Войск ПВО Войск воздушно-космической обороны, структура которых в период до 2000 г. претерпевала изменения лишь в связи с передачей в их состав части ИА ВВС и комплектов окружного и армейского подчинения войсковой ПВО. В период после 2000 года предполагалось сохранить приоритетность развития авиации ПВО (с учетом включения в ее состав части ИА ВВС) при одновременном наращивании возможностей ЗРВ и сил ПВО, переданных Войскам ВКО из состава Сухопутных войск.

Второй вариант предполагал последовательное объединение ВВС, Войск ПВО и РВСН в один вид ВС. На первом этапе - ВВС и Войск ПВО, на втором - с включением в их состав РВСН. При этом было проведено обоснование роли и места объединенного вида Вооруженных Сил Российской Федерации - «Войск ПВО и ВВС» (первый этап) в системе Вооруженных Сил при действиях в различных военных конфликтах, определение целей, замысла строительства Воздушно-космических войск (второй этап), а также содержания этапов перехода к новой структуре ВС РФ, конкретные мероприятия и сроки их выполнения. Были разработаны предложения по строительству и развитию Воздушно-космических войск (ВКВ) на период до 2000 и 2005 гг.

Общие выводы Войск ПВО по результатам выполнения исследований предложенных вариантов перспективных структур ВС РФ сводились к следующему.

«В основу совершенствования воздушно-космической обороны России должно быть положено дальнейшее развитие единой системы ВКО страны и Вооруженных Сил. Учитывая наличие войск и сил ВКО во всех видах ВС (в перспективе и в ВКС) и вытекающую из этого трудность в согласовании их действий, целесообразно объединить все войска и силы ВС РФ, решающие задачи ВКО, в Воздушно-космические войска за исключением сил ПВО наземного и морского базирования, предназначенных для непосредственного прикрытия соединений и частей (кораблей) СВ и ВМФ. При этом целесообразно включить в состав сил ВКО Воздушно-космических войск часть иап ВА ВВС, а также фронтовые и армейские комплекты ПВО военных округов.

Реальному переходу к новой структуре должен предшествовать период разработки научно обоснованных рекомендаций и проведения ряда практических мероприятий, направленных на подготовку к такому переходу. Опыт военного строительства у нас и за рубежом говорит о чрезвычайной сложности теоретического обоснования оптимальной организационной структуры видов ВС и Вооруженных Сил в целом. В такой ситуации опора на исторически сложившиеся и проверенные опытом войны традиции строительства и применения наших Вооруженных Сил должна быть не слабее, чем следование модным зарубежным образцам или погоня за экономией средств любой ценой при коренной ломке существующих отечественных структур».

Войсками ПВО были также определены основные мероприятия перехода к объединению Войск ПВО и ВВС, которые требовали наибольшего объема теоретической и практической работы и соответственно значительных временных затрат. К их числу были отнесены:

1. Научная проработка рациональной структуры ВКВ, выработка концепции их строительства, практическая проверка предлагаемых вариантов.

2. Разработка предложений по созданию системы управления ВКВ с учетом имеющихся в обоих видах (и в войсках ПВО СВ) систем управления и осуществление практических мероприятий по их реализации.

3. Разработка предложений по комплектованию и организации подготовки кадров для ВКВ (для ВКО - совместно с ПВО СВ), уточнению количества и емкости НИО, вузов, учебных центров и полигонов, созданию новых научно-педагогических коллективов и осуществлению практических мероприятий по их реализации.

4. Разработка предложений по совершенствованию системы заказов, уменьшению количества головных заказчиков однотипного вооружения и осуществление мероприятий по их реализации».

Признавалось, что такие работы качественно могли быть проведены только межвидовыми комплексными группами под руководством Генерального штаба. В противном случае недостаток исходных данных и приоритет видовых (родовых) интересов приведут к недостаточной обоснованности и тенденциозности предложений, а также нереальным срокам выполнения практических мероприятий.

Предварительные оценки давали основание считать, что потребное время, необходимое для теоретической проработки и осуществления практических мероприятий, составит по первому вопросу - 3-5 лет, по второму - 2-3 года, по третьему и четвертому - до 1 года.

Учитывая вышеперечисленные факторы, подготовку и создание ВКВ предлагалось осуществить последовательно в два этапа.

На первом этапе (1996-2000 гг.) осуществляется планомерное сокращение численности и боевого состава Вооруженных Сил с сохранением пятивидовой структуры с одновременной подготовкой, практической проработкой и проверкой предложений по вышеперечисленным пп. 1-4.

При этом:

- уточняются и приводятся в соответствие с изменившейся обстановкой и возможностями задачи войскам;

- завершается переформирование объединений и соединений Войск ПВО, совершенствование группировок войск и системы управления в зонах и районах ПВО;

- обеспечивается возможность быстрого наращивания противовоздушной обороны в любом из регионов России за счет создания мобильного резерва и системы его двойного (тройного) базирования;

- сохраняется боеспособность систем ПРН и ККП и начинается создание национальных систем предупреждения о ракетном нападении, контроля космического пространства, системы ПРО важнейших объектов на театрах войны (военных действий);

- завершается создание федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства на основе системы управления и средств Войск ПВО;

- завершается создание единой системы боевого управления истребительной авиацией Войск ПВО, ВВС и ВМФ;

- проводятся мероприятия по совершенствованию охраны госграницы в воздушном пространстве;

- совершенствуются подготовка и применение по единому замыслу и плану под единым руководством войск, сил и средств, решающих задачи ВКО, независимо от их ведомственной принадлежности;

- определяется единая техническая база обеспечения войск и сил ВКО РФ вооружением и военной техникой.

На втором этапе (2001-2005 гг.) осуществляется переход на новую структуру Вооруженных Сил с созданием нового вида - ВКВ.

При этом:

- прежде всего создается техническая база новой системы управления и формируется главное командование вида ВС, затем входящие в его состав командования и структуры оперативного уровня;

- одновременно осуществляется переход на единую систему управления и единую систему подготовки кадров;

- расформировываются иад ВВС, а часть их иап вливаются в состав корпусов и дивизий ПВО, в состав объединений (соединений) ВКВ передаются фронтовые и армейские комплекты войск ПВО СВ с последующим формированием на их базе мобильных дивизий ПВО;

- завершается создание национальных систем предупреждения о ракетном нападении, контроля космического пространства, федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства, единой системы боевого управления истребительной авиацией;

- включаются в состав системы РКО средства разведки космического пространства и средства противоспутниковой борьбы ВКС;

- создается система нестратегической ПРО.

Уже на этом этапе исследований признавалось, что для управления главнокомандующего ВКВ наиболее целесообразным является традиционное наделение его как административными, так и оперативными функциями. В ВКВ могут действовать относительно самостоятельно и решать задачи войска (силы) ВКО, дальняя авиация, а также военно-транспортная авиация. Эти компоненты, по сути являющиеся подсистемами стратегического уровня, требуют сохранения для каждого из них отдельного, уже сложившегося органа управления с преимущественным решением оперативных задач и части наиболее тесно связанных с ними административных задач.

Исходя из необходимости постоянного управления войсками в мирное (особенно это касается ВКО и ВТА) и военное время, командования ВКО, ДА и ВТА должны осуществлять непосредственное управление подчиненными силами при подготовке и выполнении ими поставленных задач.

Так как объединения фронтовой авиации общей задачи не имеют, применяются раздельно, оперативно подчиняются командующим войсками военных округов (фронтов) и действуют только в их интересах, по отношению к ним Главкомат ВКВ может выполнять лишь функции административного руководства через командование (или управление) ФА. Кроме того, расчеты также показывали, что коэффициенты взаимосвязи родов войск Войск ПВО и ФА (ША, БА, РА) невелики (0,07-0,26). В силу перечисленных обстоятельств оснований для создания объединенного командования ФА и ПВО не существовало.

Признавалось, что ввиду выполнения командованиями ВКО, ДА и ВТА оперативных и административных функций целесообразно их называть «командованиями».

Особо осторожно относились к объединению войсковых формирований оперативного уровня. Подчеркивалось, что «объединение оперативных структур ВВС и Войск ПВО приводит к наличию положительных и отрицательных сторон такого объединения. Положительным будет то, что действительно удастся достигнуть единства информационного обеспечения, сокращения органов управления и управленческого аппарата, упростить решение задач использования и контроля воздушного пространства, что будет очень выигрышным для мирного времени. На первый взгляд, упростится и организация совместных действий сил ПВО и ударной авиации.

Отрицательным будет то, что несмотря на кажущееся сокращение органов управления, управление таким объединением в военное время будет затруднено. В начальный период боевых действий будет происходить ломка структуры объединения и его органа управления при перебазировании авиадивизий в другой регион или ломка только органа управления при действиях всех соединений объединения в одном регионе. Соединения одного объединения будут действовать по планам различных командующих, действуя в различных границах ответственности. Учитывая это, в мирное время придется создавать два отдельных ствола управления с дублированием многих элементов, что значительно снизит выигрыш в сокращении управленческого аппарата и практически сделает объединение формальным.

Окончательное принятие решения по этой проблеме возможно только после дальнейшей теоретической проработки с проведением серии экспериментов и учений по специальной программе».

Специалистами Войск ПВО был проведен и военноэкономический анализ такого объединения. Расчеты показывали, что общие затраты на реформирование видовой структуры могли составить от 0,2 до 2,0 трлн. руб., характеризуя соответственно и качество реформирования. При этом собственно реформирование органов управления и объединение Войск ПВО и ВВС на стратегическом и оперативном уровнях требовало 1,8 трлн. руб., а их объединение на стратегическом уровне - 0,2 трлн. руб. Экономия же средств, получаемая за счет снижения затрат на содержание личного состава могла составить не более 0,2-0,3 трлн. руб., и реальна она была только через 20 месяцев после сокращения управленческого аппарата. Одновременно отмечалось, что экономии средств можно было добиться и в 5-видовой структуре за счет единства технической политики и подготовки кадров.

Учитывая вышеизложенное, специалисты Войск ПВО приходили к выводу, что наиболее вероятно, в ближайшие годы Вооруженные Силы РФ будут существовать в 5-видовой структуре, что фактически и было в период руководства ВС со стороны министра обороны П. С. Грачева.

Продолжение следует

Воздушно-космическая оборона №3, 2010 г.

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК

Анализ опыта создания Российской армии

Продолжение. Начало в № 2 за 2010 г.

С. Волков, кандидат военных наук,

старший научный сотрудник,

член-корреспондент Академии военных наук

Российской Федерации, полковник

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Секторная РЛС дальнего обнаружения (г. Чехов).

Приемная позиция вид с тыльной стороны антенного полотна

В условиях спада экономического развития страны, финансирования армии и флота по остаточному принципу министр обороны России (с июля 1996 по май 1997 г.) генерал-полковник И. Н. Родионов поддерживал предложения по сохранению пятивидовой структуры Вооруженных Сил. Вместе с тем продолжалась дальнейшая (более детальная) теоретическая проработка всех вопросов, связанных с переходом ВС на новую организационно-штатную структуру. Однако конкретных выводов о необходимости придания им в короткие сроки другого облика не делалось.

ВРЕМЕНА ИГОРЯ СЕРГЕЕВА

Когда в мае 1997 г. пост министра обороны занял главнокомандующий РВСН генерал армии И. Д. Сергеев, подобное положение дел перестало устраивать новое руководство военного ведомства. В этот период срочно активизируются работы по научному обоснованию перспективной структуры Вооруженных Сил. Вопрос об объединении ВВС и Войск ПВО был однозначно определен волевым решением Игоря Сергеева. Но недоказанным научно оставался лишь один нюанс: о выводе из состава Войск ПВО войск ракетно-космической обороны и включении их именно в состав РВСН.

В Министерстве обороны вновь создается межвидовая рабочая группа. Естественно, в ней разгорелась борьба между двумя направлениями. Первое, возглавляемое начальником 4-го ЦНИИ МО (РВСН) генерал-майором В. З. Дворкиным, ратовало за передачу войск РКО в состав РВСН (и сохранение в условиях Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений РВСН как самостоятельного вида ВС). Второе направление отстаивало точку зрения Главного командования Войск ПВО: нельзя допустить разрыва единой системы ВКО и вывода войск РКО из состава Войск ПВО. Научным обоснованием данного мнения занимались два института Войск ПВО: 2-й ЦНИИ МО (проблем ПВО и ВКО в целом), возглавлявшийся генерал-майором А. С. Суминым, и 45-й ЦНИИ МО (проблем РКО), начальником которого являлся генерал-майор А. С. Батырь.

Основные аргументы представителей РВСН в пользу объединения войск РКО с РВСН сводились к двум позициям.

Первая - в результате объединения войск РКО и РВСН «эффективность их совместных действий увеличится на 20%». Попытки представителей межвидовой рабочей группы разобраться, за счет чего конкретно повышается эта эффективность, ни к чему не привели.

Все ясно представляли, что в интересах РВСН войска РКО выполняют только одну функцию - предупреждение о ракетно-космическом нападении. Формирование самих команд «Внимание. Старт» и «Ракетное нападение» осуществлялось на КП СПРН и ЦКП Войск ПВО и только после этого шло оповещение Верховному главнокомандующему и параллельно в РВСН.

Никакого выигрыша во времени оповещения не было, а значит, и «упреждающего вывода из-под удара» ракетных комплексов РВСН путем более раннего их старта в принципе быть не могло. Несмотря на это, начальник Генштаба и новый министр обороны (в недавнем прошлом главнокомандующий РВСН) позицию представителей Ракетных войск стратегического назначения даже не ставили под сомнение.

Второй аргумент был экономический. Рассматривая технологию создания и производства стратегических баллистических ракет РВСН и противоракет системы ПРО А-135, представители 4-го ЦНИИ МО пришли к выводу, что на пути интеграции их производства «в период до 2010 г. можно получить выгоду почти в 1 трлн. руб.».

Эксперты Войск ПВО доказали, что данный показатель может составить не более 100 млн. руб. Кстати, после объединения РКО и РВСН за весь период их совместного существования в одном виде ВС из промышленности войска РКО не получили ни одной ракеты. А ведь именно эти два аргумента (повышение эффективности на 20% и экономия в 1 трлн. руб.) и приводились министром обороны Игорем Сергеевым как основные доводы в пользу объединения войск РКО и РВСН.

Аргументы рабочей группы Войск ПВО о недопустимости вывода войск РКО из состава Войск ПВО (май 1997 г.) были более доказательны.

Войска ПВО уже располагали к тому времени необходимыми силами и средствами и реально решали задачи разведки воздушно-космического пространства, предупреждения о ракетном нападении, противокосмической, противоракетной и противовоздушной обороны. Была создана необходимая научно-производственная база, имелся серьезный задел по совершенствованию систем ПРН, ПРО, ККП, ПКО и ПВО. Это позволяло Войскам ПВО за счет комплексного использования различных технологических заделов, полученных при разработке систем и комплексов ПВО и ПРО, наращивать реальные боевые возможности систем РКО, выделяя на создание новых образцов вооружения в десятки раз меньше средств, чем в ВКС.

Так, на НИОКР по тематике РКО за период 1986-1990 гг. Войскам ПВО выделили 6,1 млрд. руб. Был создан ряд систем, они уже летали и поражали цели в космосе. Что касалось Военно-космических сил, то на разработку подобных систем противоспутниковой борьбы они только ежегодно расходовали до 18,3 млрд. руб. Однако к 1994 г. ВКС располагали хорошими проектами и разработками, но только на бумаге (разумеется, эти системы не появились в металле и к настоящему времени).

Войска РКО, являясь неотъемлемой частью Войск ПВО, решали задачи непрерывной (в реальном масштабе времени) разведки космического пространства, оценки ракетно-космической обстановки и выработки сигналов предупреждения о ракетном нападении. Окончательное формирование этих сигналов и их доведение были организованы через ЦКП Войск ПВО, на котором осуществлялись постоянное круглосуточное дежурство и руководство всеми дежурными по ВКО (РКО и ПВО) государства силами и средствами. В ВКС такого дежурства не было. Для его организации требовались значительные финансовые средства и время.

Превращение воздушно-космического пространства в единую и важнейшую сферу вооруженной борьбы требовало единства ответственности и организации за противовоздушную и ракетно-космическую оборону страны и ВС. В Войсках ПВО в этот период силы и средства РКО уже были интегрированы в общую систему воздушно-космической обороны по вопросам разведки и предупреждения, противоракетной обороны, управления, сбора и обработки информации.

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

В автоматическом режиме было реализовано сопряжение систем ПРО А-135 и ПВО С-50. При борьбе с АБР типа SRAM эффективность совместного боевого применения систем ПРО и ПВО Москвы достигала почти единицы.

Передача системы ПРО А-135 в Военно-космические силы требовала организации межвидового взаимодействия с Войсками ПВО, что в реальном масштабе времени при отражении ударов ОТР и АБР осуществить было невозможно - главный объект лишался прикрытия от ударов средств данного класса.

Разобщенность сил и средств ВКО особенно отрицательно могла сказаться на возможностях эшелонированной на глубину до 9 тыс. км системы разведки и предупреждения, являющейся информационной основой единой системы управления. С использованием информации предупреждения средств РКО на основе созданной в Войсках ПВО системы управления уже завершалась проработка вопросов развертывания тактической ПРО в любом регионе России.

Средства поражения для этого имелись, но обеспечить эффективное их применение можно было только при наличии информации необходимой глубины, использовании в единой группировке не только традиционных РЛС, но и РЛС ЗГО, космических и надгоризонтных средств СПРН, ПРО и средств на воздушных носителях.

При централизованном управлении и реализации на КП зоны ПВО оптимального целераспределения эффективность поражения ОТР повышалась на 35-40%. Включение в контур боевого управления дополнительного звена управления, создание которого потребуется при передаче РКО в ВКС, увеличивало время передачи информации и как следствие приводило к срыву выполнения задачи борьбы с ОТР.

В ходе серии войсковых и опытных учений 1987-1988 гг. и 1990-1993 гг. Войсками ПВО была проверена и доказана реальная возможность обнаружения воздушных целей станциями надгоризонтного обнаружения СПРН и осуществления с их помощью дальних наведений истребителей-перехватчиков на самолеты-носители КР до рубежа запуска ими крылатых ракет на дальностях 2300-3200 км.

Реализация этих возможностей в практике боевой подготовки истребительной авиации позволяла повысить эффективность противовоздушной обороны на 10-15% и снизить на 20-25% потери прикрываемых войск и объектов. Передача средств НГО РКО в Военно-космические силы лишала истребительную авиацию ПВО и ВВС этой возможности.

Кроме того, такой отрыв войск РКО от Войск ПВО неизбежно приводил:

к необходимости создания дополнительного межвидового пункта (центра), что требовало дополнительных значительных финансовых ассигнований (около 500 млрд. руб.) и снижало оперативность принятия решений на отражение агрессии с воздуха и из космоса;

к свертыванию программ комплексного применения средств систем РКО и ПВО. На создание на ЦКП Войск ПВО АСБУ РКО (КСА 37Ц6) уже было затрачено 8,2 млрд. руб. При разделении РКО и ПВО программе работ грозило прекращение и выделенные на них средства оказывались потраченными впустую, могли быть нарушены системы управления, обеспечения и подготовки кадров.

Общий вывод - «передача войск РКО из состава Войск ПВО была нецелесообразна ни с оперативной, ни с экономической точек зрения и приводила к снижению национальной (военной) безопасности Российской Федерации в воздушно-космическом пространстве».

Таким образом, разрывать РКО и ПВО не следовало. Специалистам это было очевидно как с военной, так и с экономической точек зрения.

ТОЧКА НЕВОЗВРАТА

Однако министр обороны Игорь Сергеев 16 июня 1997 г. подписывает у президента Бориса Ельцина указ № 725. Специалисты ПВО и РКО этот документ впоследствии назвали «могильщиком системы ВКО России», так как после него объективно была развалена десятилетиями и трудом многих оборонных предприятий и КБ создаваемая в России единая система воздушно-космической обороны.

Указ (под названием «О первоочередных мерах по реформированию Вооруженных Сил Российской Федерации и совершенствования их структуры»), предполагал:

«1. Преобразовать до 1 января 1998 г.:

Ракетные войска стратегического назначения, Военно-космические силы и войска ракетно-космической обороны Войск противовоздушной обороны в вид Вооруженных Сил Российской Федерации - Ракетные войска стратегического назначения, состоящие из ракетных армий, воинских частей и учреждений запуска и управления космическими аппаратами, объединений и соединений войск ракетно-космической обороны;

Управление главнокомандующего Сухопутными войсками - в Главное управление Сухопутных войск, управления ракетных войск и артиллерии ВС РФ, войсковой противовоздушной обороны ВС РФ, армейской авиации.

2. До 1 января 1999 г.:

преобразовать Военно-воздушные силы и Войска противовоздушной обороны в вид Вооруженных Сил Российской Федерации - Военно-воздушные силы;

придать военным округам статус оперативно-стратегических (оперативно-территориальных) командований ВС РФ на соответствующих стратегических направлениях. Возложить на военные округа в пределах их границ функции оперативного руководства объединениями, соединениями и воинскими частями видов и рода войск ВС РФ, других войск, воинских формирований и органов по вопросам обороны страны».

Реализация положений этого документа находилась под жестким контролем не только Министерства обороны, но и Государственной думы. О том, что даже после выхода в свет данного указа еще оставались сомнения в его целесообразности, говорит хотя бы тот факт, что в конце ноября 1997 г. на одном из заседаний Государственной думы рассматривался вопрос «Объединение ВВС и Войск ПВО в один вид Вооруженных Сил. Необходимость и целесообразность». Дискуссия в нижней палате российского парламента оказалась острой, принципиальной и даже эмоциональной. Тон обсуждению во многом задал доклад начальника Главного штаба Войск ПВО генерал-полковника В. П. Синицына.

Вот некоторые выдержки из этого документа:

«Состояние экономики нашего государства, которая находится в крайне тяжелом состоянии, заставляет искать все возможные пути сокращения расходов. В том числе и за счет сокращения численности Вооруженных Сил - это мы понимаем.

Но ослабление международной напряженности и отсутствие открытого противостояния государств - это не есть отсутствие угрозы для Российского государства. Угрозы есть, их надо парировать, в том числе и вооруженным путем. Для этого нужны соответствующие Вооруженные Силы. Но какие? Их задачи и численность? Как учитываются при этом геополитические и геостратегические особенности России? Жизненные интересы государства?

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Задачи сформированы в общем виде, а численность учитывает только возможности экономики государства по содержанию Вооруженных Сил. А как быть с задачами? Под них какая нужна численность? Как она научно раскладывается по видам Вооруженных Сил? Хоть кто-нибудь в этом зале может ответить на этот вопрос? Я могу с полной ответственностью сказать: специалисты Войск ПВО, как практики, так и представители академической науки, к решению данной задачи не привлекались. А значит, специфические задачи войск и сил ПВО (даже если и были проведены такие расчеты) в должной степени не учтены.

Каков должен быть облик Вооруженных Сил? На этот вопрос должны ответить Совет безопасности России и президент, утвердив Военную доктрину России и Концепцию строительства Вооруженных Сил России. Но этих документов до сих пор нет.

Сегодня Войска ПВО продолжают оставаться войсками постоянной боевой готовности, в мирное время решающими боевые задачи по охране государственной границы Российской Федерации в воздушном пространстве и защите основных военных и государственных объектов от воздушно-космического нападения. Пока они еще продолжают представлять собой неразрывную, технологически сложную оборонительную систему стратегического уровня, на создание которой ушли многие десятилетия, огромные материальные и интеллектуальные ресурсы страны, а обвальные сокращения и структурные перестройки могут привести к разрушению этой системы с необратимыми и катастрофическими для государства последствиями.

Почему я так говорю? Современный этап развития вооруженных сил развитых государств и совершенствования форм их применения характеризуется проявлением объективной закономерности, не видеть которую - преступление: это возрастание зависимости хода и исхода военных действий от результатов противоборства в воздушно-космическом пространстве. Именно поэтому резко возрастает роль воздушно-космической обороны Российской Федерации и ее основы - Войск ПВО. Само их наличие, достаточная боевая готовность и способность обеспечить прикрытие важнейших объектов от ударов с воздуха, из космоса и через космос являются одними из основных факторов обеспечения военной безопасности государства. Отмечая все эти факторы, президент России очень мудро и своевременно своим указом 1993 г. определил пути развития Войск ПВО и преобразования системы ПВО государства в систему его воздушно-космической обороны.

Но что происходит дальше? Решение проблемы реформирования (структурной перестройки) Вооруженных Сил необходимо начинать с определения целей и общих подходов к проведению военной реформы. Необходимость проведения военной реформы - да. Это обязательно должно произойти именно в данных конкретных условиях, в которых сегодня находится наше государство. И именно так трактует философская категория «необходимость».

Но целесообразность должна оцениваться конкретно. С 1992 г. Войска ПВО совместно с Генеральным штабом провели целый ряд комплексных исследований в рамках различных НИР. И научный вывод везде был один - в современных условиях видовую структуру Вооруженных Сил менять нецелесообразно.

В части, касающейся Войск ПВО, работа над структурой ВС должна вестись с учетом требований действующих законов РФ «Об обороне» и «О государственной границе РФ», указов президента России 1993 г. «О противовоздушной обороне в РФ», 1994 г. «О создании федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства». Но получается странная ситуация - есть законы государства, указы президента РФ, а их требования игнорируются. Рождается новый юридический документ, кстати, не отменяющий, но в корне противоречащий указу президента России 1993 г. и Соглашению глав государств и правительств ближнего зарубежья об Объединенной системе ПВО СНГ. Это указ президента РФ от 16 июля 1997 г. «О первоочередных мерах по реформированию ВС РФ и совершенствованию их структуры».

На протяжении всей истории строительства ВС нашей Родины Войска ПВО уже шестой раз подвергаются всевозможным ломкам и реформациям. Последний такой эксперимент был проведен в 1978-1985 гг. Через 6 лет, убедившись в ошибочности такой организации, понеся огромные материальные расходы и потеряв подготовленные кадры, решением Совета обороны Войска ПВО вновь перешли на прежнюю структуру с единым руководством, отдельные армии ПВО были восстановлены.

Можно ли при проведении военной реформы не учитывать уже накопленный нашими предшественниками практический опыт? Ответ очевиден, если непредвзято решать вопросы обеспечения обороны Отечества. А сегодня история повторяется вновь. Этот горький опыт «реформ» или никому не нужен, или его не знают, или просто не хотят знать.

В Концепции национальной безопасности России и Основных положениях Военной доктрины подчеркиваются малая вероятность всеобщей ядерной и даже обычной войны, возрастание угрозы локальных войн и региональных конфликтов. А что делаем мы? Усиливаем Главкомат РВСН и громим Войска ПВО. Последствия никого не интересуют. И это факт, так как никакой реакции на категорические возражения по этому поводу с нашей стороны президенту, премьеру, министру обороны и начальнику Генерального штаба не последовало. А практически уже сделано много.

Первый шаг - усиление РВСН за счет вывода из состава Войск ПВО войск ракетно-космической обороны. Его последствия:

значительное повышение вероятности несанкционированного применения стратегического ядерного оружия, а значит, мировой ядерной войны за счет сосредоточения в командовании РВСН функции предупреждения о ракетном нападении и непосредственной реализации решения на применение наземной компоненты СЯС;

разрыв существующей интеграции войск и сил ПВО и средств РКО по вопросам разведки и предупреждения, противоракетной обороны, управления, сбора и обработки информации, подрыв информационной основы единой системы управления, снижение глубины разведки и предупреждения на тысячи километров, крайнее усложнение решения задачи создания нестратегической ПРО;

разрыв ответственности за борьбу с единым воздушно-космическим противником, который будет действовать, переходя из космоса в воздушное пространство и наоборот, что может привести к срыву выполнения задачи борьбы с ним;

резкое снижение эффективности прикрытия Главного объекта обороны от ударов аэробаллистических средств;

разрушение системы заказов и разработки сложнейших радиоэлектронных систем стратегического значения (РВСН такого опыта не имеют), подготовки кадров, в целом системы ВКО России и снижение национальной безопасности Российской Федерации.

Шаг второй - объединение Войск ПВО (уже без РКО) с ВВС.

Цель этого шага не определена нигде. Вместе с тем ее можно предположить - создать условия для более эффективного их применения в рамках возложенных на них задач, в том числе за счет использования единой информационной основы для действий истребительной и ударной авиации.

Но достижение этих целей может быть осуществлено и в рамках существующей видовой структуры за счет более высокой организации планирования как строительства, так и применения обоих видов ВС, создания единых систем информационного обеспечения и т. п. Проблема состоит только в том, какой путь более эффективен и экономичен для достижения этих целей.

При принятии решения о создании нового вида ВС необходимо рассмотреть его целесообразность как по оперативным, так и по военно-экономическим показателям.

Оперативную оценку предложений можно провести по изменению таких показателей, как качество и быстрота планирования операций, степень согласованности усилий войск и сил ПВО, войск и сил ПВО с ударными силами, оперативность управления при ведении операций, возможность совершенствования форм применения войск и сил, информационная обеспеченность боевых действий в воздухе и космосе, техническое обеспечение и т. п. Здесь выигрыша нет.

Теперь что касается военно-экономической оценки. Важнейшими ее показателями при создании нового вида ВС могут быть потребные затраты на техническое оснащение войск, изменение структуры войск, изменение численности органов управления, капитальное строительство, подготовку кадров, совершенствование инфраструктуры, разработку военно-научной теории, уставов, наставлений.

ПУТЕМ ПРОБ И ОШИБОК. АНАЛИЗ ОПЫТА СОЗДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ АРМИИ

Затраты собственно на реформирование видовой структуры могут составить до 2 трлн. руб. А в целом на преобразование нового вида ВС РФ, проведение организационно-штатных мероприятий, поставку из промышленности, закладку на хранение, консервацию, перевозку, реализацию и утилизацию вооружения и военной техники Войск ПВО и ВВС, капитальное строительство, на затраты, связанные с войсковыми запасами, на период до 2001 г., по разным оценкам, потребуется от 15 до 20 трлн. руб. Экономия же средств, получаемая за счет снижения затрат на содержание личного состава, составит не более 0,3-0,2 трлн. руб.

Из планируемых в бюджете 1998 г. на нужды ВС 94 трлн. руб. третья часть уйдет на выплату доли Минатома России (по непонятным причинам их бюджет «спрятан» в бюджете Минобороны России), пенсий и денежного содержания военнослужащих, треть - собственно на развитие Вооруженных Сил, а оставшуюся треть надо будет обернуть на слияние Войск ПВО с ВВС? Не слишком ли это сегодня большая цена? Ведь экономии средств можно добиться и в пятивидовой структуре за счет обеспечения действительного, а не декларированного единства технической политики и подготовки кадров».

Таков в целом был вывод о нецелесообразности объединения Войск ПВО и ВВС, не говоря о всевозможных юридических казусах на международной арене, связанных с наличием собственно Войск ПВО России как основы Объединенной системы ПВО государств СНГ и главнокомандующего Войсками ПВО как юридического лица, возглавляющего эту систему на основе межгосударственного соглашения «О создании Объединенной системы ПВО стран - участниц Содружества Независимых Государств» от 10 февраля 1995 г.

Далее в Государственной думе генерал В. П. Синицын докладывал уже о проделанной работе по объединению Войск ПВО и ВВС в единый вид ВС. Он подробно останавливался на вопросах нецелесообразности и недопустимости слияния в один орган оперативного управления управлений отдельных армий ПВО и воздушных армий, вывода ИА из состава корпусов и дивизий ПВО и передачи ее в состав истребительных авиационных дивизий, решении других насущных на тот момент проблем.

ЧТО ПРЕДЛАГАЛОСЬ?

В течение второй половины 1998 г. в центральных органах военного управления продолжалась работа по поиску наиболее эффективных структур ВС, в том числе с разделением оперативных и административных функций руководства войсками.

В декабре 1998 г. из множества вариантов перспективных структур ВС определились опорные.

Результаты исследований и опыт оперативной подготовки показывали: наиболее рациональной для ВС является структура, при которой исключаются дублирование, параллелизм в работе органов управления, сокращается их количество, время принятия и доведения решений. При тщательном рассмотрении всех аспектов данной проблемы все рельефнее проявлялась закономерность необходимости приведения структуры ВС и органов руководства ими в соответствие с существующими и перспективными формами стратегических действий ВС.

Достижение этого было возможно при реализации принципа максимального распределения административных и оперативных функций между органами управления стратегического звена, их минимального совмещения на оперативно-стратегическом уровне управления и полного совмещения административных и оперативных функций в оперативном, оперативно-тактическом и тактическом звеньях управления.

В одном из основных вариантов перспективной структуры Вооруженных Сил Российской Федерации предполагалось, что в период после 2005 г. в составе органов управления целесообразно будет иметь:

Министерство обороны Российской Федерации (главные и центральные управления Министерства обороны);

Генеральный штаб Вооруженных Сил;

главные командования видов ВС (ВВС, ВМФ, СВ);

командования родов войск ВС (ВДВ, РВСН);

Объединенное стратегическое командование Стратегических сил сдерживания (вновь поднимались идеи последних дней существования Советского Союза и указа президента СССР от 12 ноября 1991 г.);

оперативно-стратегические территориальные командования (военные округа).

На военное время или при создании коалиционных группировок вооруженных сил со странами ближнего зарубежья (СНГ) возможно было формирование стратегических командований объединенных ВС - Запад, Центр и Восток.

Административные функции в максимальной степени должны были быть сосредоточены непосредственно в межвидовых центральных и главных управлениях Министерства обороны и видовых командованиях.

Признавалось, что Генеральный штаб ВС как орган Ставки ВГК является основным органом стратегического управления ВС и по своему предназначению, возможностям не должен осуществлять руководство формированиями ниже стратегического звена. За ним оставались важнейшие оперативные функции - общее планирование развертывания и применения Вооруженных Сил в стратегических действиях, создание группировок и стратегического руководства ими через соответствующие командования.

Для планирования, подготовки и обеспечения проведения операции стратегических ядерных сил предполагалось создание Объединенного стратегического командования стратегических сил сдерживания (ОСК ССС), но его формирование предлагалось осуществлять в составе ГШ ВС РФ. Уточнялись функции и задачи ОСК ССС.

Интересы воздушно-космической обороны страны и Вооруженных Сил, необходимость проведения стратегической операции по отражению воздушно-космического нападения противника требовали единства управления силами ВКО, то есть наличия Стратегического командования воздушно-космической обороны.

На данное командование, кроме задач планирования, подготовки и оперативного обеспечения операции, предлагалось возложить техническое и тыловое обеспечение основных войск (сил), привлекаемых к операции, организацию оперативной подготовки, организацию и контроль несения боевого дежурства, проведение оперативно-стратегических исследований по рациональному распределению усилий войск и сил, определение форм и способов их применения, обоснование направлений строительства и развития подчиненных группировок войск (сил), организацию управления ими. Практика строительства и применения Вооруженных Сил Российской Федерации определяла возможность возложения функций этого командования на Главное командование ВВС.

Оперативно-стратегическим территориальным командованиям ВС (военным округам) придавались все полномочия по отношению к войскам и силам в границах их ответственности с целью централизации решения общих для всех этих формирований административных задач.

На ОСТК ВС также предлагалось возложить и оперативные задачи - подготовку операций и руководство группировками войск и сил при их проведении на соответствующих стратегических направлениях. Они должны были стать основой для развертывания фронтов на стратегических направлениях и подготовки резервов во внутренних районах страны.

Формирование Главного командования ВВС в новой структуре (ВВС + РКО + средства ПСБ и РКП ВКС + войсковая ПВО + армейская авиация) предлагалось провести на базе существующего Главного командования ВВС (г. Железнодорожный).

Помимо имеющихся сил, Главному командованию ВВС должны были подчиняться объединения и соединения войск РКО, средства противоспутниковой борьбы и разведки космического пространства Военно-космических сил РВСН (средства ПСБ и РКП ВКС предлагалось ввести в состав войск РКО), управления войсковой ПВО и армейской авиации с частями и учреждениями центрального подчинения и учебными заведениями, фронтовым и армейским комплектом средств.

И хотя все возможные варианты структур ВС были во многом достаточно глубоко проработаны, руководство Министерства обороны не склонялось ни к одному из них.

НОВЫЕ ВАРИАНТЫ

Между тем к 31 декабря 1998 г. на базе Войск ПВО и ВВС уже был создан качественно новый вид ВС РФ - Военно-воздушные силы и реформирование ВС в соответствии с указом 1997 г. № 725 было завершено.

Определяя важность решения этой задачи, в своем Послании Федеральному собранию Российской Федерации 30 марта 1999 г. президент России Борис Ельцин отмечал: «…В прошедшем году шел процесс оптимизации системы управления и реорганизации в Вооруженных Силах, что позволило сократить ненужные организационные структуры и более рационально использовать освободившиеся ресурсы. Численность военнослужащих уменьшена на 400,2 тыс. чел. и на 1 января 1999 г. составила 1 млн. 200 тыс. Завершен намечавшийся переход на четырехвидовую структуру. Но повышения качественных параметров Вооруженных Сил Российской Федерации из-за снижения ассигнований так и не произошло, что поставило под угрозу обороноспособность страны и проведение всей военной реформы».

Естественно, Послание президента готовится не за неделю. Уже зная заранее такую нелицеприятную оценку своей деятельности, в Министерстве обороны срочно принимают решения о создании очередных межведомственных комиссий и рабочих групп по уточнению облика ВС и системы руководства войсками.

Приказом министра обороны России от 7 февраля 1999 г. «О назначении комиссии по разработке перспективного облика Вооруженных Сил РФ» в целях разработки предложений по перспективному облику ВС РФ (на 01.01.2006 г.), способов их поэтапной реализации и подготовки материалов для внесения на рассмотрение Государственной комиссией по военному строительству предписывается образовать комиссию под личным руководством маршала РФ И. Д. Сергеева (заместитель председателя комиссии - начальник Генштаба генерал армии А. В. Квашнин, члены комиссии - заместители МО РФ, главнокомандующие видами и командующие родами войск ВС, начальники ведущих центральных и главных управлений МО и ГШ).

На ее рассмотрение выносятся два варианта перспективной структуры ВС РФ на период после 2005 г.

Первый предусматривает наличие трех видов ВС. Сухопутные войска в составе мотострелковых и танковых войск, ВДВ, ракетных войск и артиллерии, войсковой ПВО и армейской авиации. Военно-воздушные силы в составе войск РКО, РВСН, ДА, ФА, ВТА, ЗРВ, РТВ + ЕС УВД. ВМФ: подводные силы, надводные силы, морская авиация, береговые войска. Военные округа рассматриваются как оперативно-стратегические (территориальные) командования (ЛенВО, МВО, СКВО, ПУрВО, СибВО, ДВО). Флоты: СФ, БФ, ЧФ, ТОФ, КФл.

Второй вариант также предусматривает три вида ВС, но состав ВВС уже другой. В него входят: ДА, ФА, ВТА, ЗРВ, РТВ + ЕС УВД. Одновременно создается Объединенное главное командование Стратегических сил сдерживания (ОГК ССС). Ему непосредственно подчинены Ракетные войска стратегического назначения (род войск ВС РФ): ракетные войска, войска РКО, силы и средства запуска и управления КА, соединения и части 12 ГУМО. Оперативно подчинены - МСЯС и АСЯС.

Военные округа и флоты - в том же составе и качестве.

Приказом были определены основные направления работы комиссии. По каждому направлению предписано создать свою рабочую группу и до 15 мая 1999 г. комиссии подготовить проекты документов по указанным направлениям.

Оценка предложенных вариантов перспективной структуры ВС показывала следующее.

Основные структурные изменения ВС в период до 2005 г. должны быть связаны с переходом к трехвидовой структуре ВС РФ.

Первый вариант такой структуры (Сухопутные войска, Военно-воздушные силы и Военно-морской флот) позволял оптимально и более эффективно решать основные задачи на суше, в воздушно-космическом пространстве и на море, а также обеспечить развитие основных видов вооружения и военной техники, подготовку кадров и материально-техническое обеспечение войск с минимальными экономическими затратами.

Вариант перехода к трехвидовой структуре ВС с созданием на базе РВСН нового командования - Объединенного главного командования Стратегическими силами сдерживания (ОГК ССС), в состав которого должны также входить 12 ГУ МO, морские и авиационные СЯС, приводил к нежелательным для ВС РФ в целом последствиям. В чем они выражались?

1. Формирование ОГК ССС требовало перераспределения функций планирования применения и управления СЯС между двумя звеньями управления (ГШ ВС РФ и ОГК ССС) и усложняло процесс управления СЯС, вместе с тем возникало дублирование в работе органов стратегического управления.

2. Не обеспечивался переход к трехвидовой структуре ВС по сферам вооруженной борьбы, так как создание ОГК ССС и наделение его административными и оперативными функциями управления означало сохранение четырехвидовой структуры ВС. При этом силы и средства, действующие в воздушно-космическом пространстве, оставались в двух структурах ВС: авиация и силы ПВО - в ВВС, а войска РКО и АСЯС - в ОГК ССС.

3. Увеличивалась и численность органов военного управления за счет необходимости дублирования в ОГК ССС ряда имеющихся в ВВС и ВМФ различных служб, отвечающих за боевую подготовку, эксплуатацию, ремонт техники и все виды боевого, технического и тылового обеспечения.

4. Требовались дополнительные затраты на оснащение пунктов управления ОГК ССС необходимыми техническими средствами для оперативного управления МСЯС и АСЯС в размере порядка 30-40 млн. руб.

5. Передача в оперативное подчинение ОГК ССС объединения ДА приводила к ослаблению ВВС как вида ВС, роль которого в вооруженной борьбе объективно возрастала. Существенно снижались эффективность применения ДА в ядерной войне ввиду усложнения процессов организации ее сопровождения истребительной авиацией в ходе выполнения поставленных задач, а также возможности применения ДА при ведении обычных войн, по межтеатровому маневру силами и средствами.

6. С передачей 12 ГУ МО и АСЯС в ОГК ССС значительно усложнялась система ядерно-технического обеспечения ВВС, что обусловливало необходимость сохранения в ВВС существующих структур по тактическому ядерному оружию и создания параллельных структур ОГК ССС по авиационному компоненту СЯС.

Такие выводы руководство Министерства обороны также не удовлетворяли и всякие работы с привлечением межвидовых рабочих групп по обоснованию (и переобоснованию) перспективного облика ВС РФ в конце 1999 г. и в ходе всего 2000 г. прекратились. Однако в кабинетах высшего военного руководства эта работа по-прежнему шла полным ходом.

На рубеже 2000-х меняется высшее политическое руководство государства. Разрабатывается новый План строительства ВС РФ на очередную пятилетку.

Продолжение следует


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации