О влиянии процесса глобализации на военно-техническую политику России

ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 1/2003, стр.44-55

О влиянии процесса глобализации на военно-техническую политику России

Майор С.А. ПОПОВ,

кандидат экономических наук

ОХВАТИВШИЙ мировую экономику процесс глобализации вот уже несколько лет является объектом всестороннего изучения российских и зарубежных экономистов. Привлек он внимание и военных специалистов. В частности, сущность этого явления и его влияние на военную политику и военную стратегию были подробно рассмотрены в недавно опубликованной статье А.Ф. Клименко. В настоящей публикации мы попытаемся в меру возможностей развить некоторые тезисы упомянутой статьи и более подробно остановиться на военно-экономических аспектах данной проблемы.

О сущности глобализации

Те, кто знаком с историей развития экономической мысли, с уверенностью могут сказать, что сама по себе идея глобализации далеко не нова. За сравнительно новым термином скрывается широко известная теория о возможности повышения эффективности функционирования субъектов хозяйствования на основе международного разделения труда (международной специализации).

И действительно, вся история развития человечества свидетельствует о том, что общественное разделение труда приводит к повышению его производительности. Представители подавляющего большинства экономических школ и направлений (за исключением, пожалуй, Аристотеля) сходились на том, что товарная форма ведения хозяйствования, основанная на специализации производителей, существенно эффективнее натуральной.

Однако идея о возможности повышения благосостояния людей посредством международного разделения труда впервые была сформулирована только в конце XVIII века представителем классической школы политической экономии Д. Рикардо (1772-1823). Причем одним из важнейших условий функционирования данной модели исследователь считал отсутствие ограничений на внешнюю торговлю со стороны правительств всех стран. В те времена эта теория активно использовалась англичанами для расширения рынков сбыта своих товаров. Обладавшие самыми современными технологиями, они в случае отказа государств континентальной Европы от поддержки национальных производителей могли легко одолеть своих зарубежных конкурентов, обеспечив стране экономическое лидерство на долгие годы. Примечательно, что в отношении собственного внутреннего рынка английское правительство руководствовалось идеями меркантилистов, административно ограничивая проникновение в страну иностранных товаров, поощряя вывоз готовой продукции, стимулируя развитие посреднической торговли и привлекая деньги из-за рубежа. Впрочем, европейские государства отвечали англичанам тем же. Достаточно вспомнить Континентальную блокаду, устроенную императором Наполеоном I товарам английского производства.

Использование двойных стандартов в вопросах международного разделения труда сохранилось и до настоящего времени. На рубеже 60-70-х годов XX века теория глобализации снова оказалась востребованной. На этот раз она была взята на вооружение администрацией США.

В рамках информационной кампании в поддержку глобализации американцы декларировали создание «нового мирового порядка, в рамках которого народы могут объединиться друг с другом ради общей цели, для реализации единой устремленности человечества к миру и безопасности, свободе и правопорядку». Так Джордж Буш-старший в 1991 году излагал концепцию, сформулированную в 70-е годы XX века американскими специалистами. Однако результаты ее практической реализации оказались далеки от декларируемых.

Как показывают исследования, новое разделение труда заключается в том, что США, Великобритания, ФРГ, Франция и Япония сосредоточат усилия на развитии НИОКР и производстве высокотехнологичных товаров и услуг, приносящих наибольшую добавленную стоимость. Еще около двух-трех десятков государств будут вовлечены в технологические цепочки в качестве поставщиков комплектующих и исполнителей некоторых других производственных функций. Остальным странам уготована роль поставщиков сырья (добыча которого почти не приносит добавленной стоимости), а также рынков сбыта для продукции лидеров.

Истинные мотивы международной интеграции четко обозначены в «Стратегии национальной безопасности США в следующем столетии», опубликованной американской администрацией в 1998 году. Авторы данного документа отмечают, что экономическое благополучие Америки во многом зависит от внешнеторговых операций, в первую очередь от экспорта продукции. «В мире, где 95% потребителей проживает за пределами США, мы должны расширять нашу внешнюю торговлю для обеспечения экономического роста внутри страны», - говорится в этом документе. Причем, по расчетам разработчиков стратегии, в текущем десятилетии темпы роста мировой экономики будут в три раза превышать темпы роста американской экономики. Эта тенденция только усилит зависимость благосостояния нации от внешних рынков.

В стратегии прямо говорится, что для расширения экспортных возможностей государственные органы продолжают оказывать давление на своих торговых партнеров по многосторонним, региональным и двусторонним соглашениям. Конечной же целью их внешнеэкономической политики является создание такой системы международной торговли, в которой США будут играть ключевую роль. «Мы поставим себя в центр системы, определяющей торговые взаимоотношения», - говорится в цитируемом документе.

Важно заметить, что новая администрация Белого дома также придерживается этих принципов, о чем свидетельствует повторение многих ключевых тезисов в «Стратегии национальной безопасности США в век глобализации», подготовленной в декабре 2000 года.

Естественно, что в результате такой международной специализации разница диодов между богатейшими (по показателю объема ВВП на душу населения) и беднейшими странами постоянно увеличивается. Если в 1960 году соотношение доходов населения «высокодоходных» и «низкодоходных» стран, по данным Всемирного банка, составляло 30:1, то к 1990 году оно увеличилось вдвое, а в 1997 году оказалось равным 74:1 (табл. I).

О влиянии процесса глобализации на военно-техническую политику России

Следовательно, либерализация внешней торговли, активно пропагандируемая США в рамках идеи глобализации, способствует дальнейшему развитию выгодного мировым лидерам международного разделения труда. Важно отметить, что американцы стремятся (так же как и два века назад Великобритания) всячески ограничить доступ зарубежных производителей на собственный рынок. Об этом свидетельствуют запрет на перевозку грузов по территории США, действующий в отношении мексиканских автоперевозчиков, антидемпинговые процессы в отношении зарубежных производителей стали, огромные субсидии, выделяемые на поддержку национального сельского хозяйства, и многие другие внетарифные барьеры. Все повторяется практически с точностью до пункта. Единственное отличие заключается в многократном увеличении информационных возможностей лидера по навязыванию мировому сообществу идеи глобализации. И это уже приносит свои плоды, выражающиеся в расширении сфер экономического влияния наиболее развитых государств.

Следует оговориться, что поскольку глобализация по своей сути является прежде всего экономическим явлением, то для ее описания представляется не совсем корректным употреблять политическую классификацию. Дело в том, что популярное в настоящее время выделение «центров силы» не отражает истинного деления геоэкономического пространства. Так, в качестве одного из центров силы все авторы называли объединенную Европу, несмотря на то, что экономические интересы Франции, Германии и Великобритании во многих вопросах не совпадают. Делались попытки объединить в единый центр силы несовместимые Японию и Китай или вообще исключить одну из этих стран из рассмотрения. За рамками «центров силы» всегда оставались Индия, ЮАР и некоторые другие государства, вносящие существенный вклад в формирование международной экономической обстановки. Да и экономические потенциалы так называемых центров силы, мягко говоря, не сопоставимы (табл. 2).

Поэтому при анализе геоэкономического пространства и сущности глобализации более обоснованным, на наш взгляд, представляется выделение не «центров силы», а мировых лидеров и региональных лидеров первого и второго порядка. Такой подход впервые был предложен всего два года назад, он уже нашел своих сторонников и используется не только представителями органов государственной власти, но также в научных и учебных организациях при изучении тенденций развития мировой экономики.

О влиянии процесса глобализации на военно-техническую политику России

*SDR (Special drawing rights) - расчетная единица, введенная Международным валютным фондом (МВФ) в 1970 году. Курс SDR определяется по корзине национальных валют, в которой доля доллара США составляет 45%, евро - 29%, японской йены - 15% и фунта стерлингов - 11%. SDR используется в качестве условной единицы (эквивалента) при проведении широкого круга сделок и операций в рамках МВФ.

В соответствии с данным подходом мировым лидером можно считать лишь то государство, которое оказывает наибольшее влияние на развитие двух и более регионов и активно участвует в экономической жизни большинства других регионов. В конце XX века таковыми являлись США, Франция, Германия и Япония.

Региональным лидером первого порядка признается государство, оказывающее наибольшее влияние на экономическую ситуацию в конкретном регионе. При этом сам лидер может находиться как внутри, так и вне данного региона. В настоящее время указанному критерию соответствуют Италия, ЮАР и с некоторыми допущениями Россия.

Наконец, региональным лидером второго порядка считается государство, оказывающее влияние на экономическую ситуацию в отдельном регионе, но при этом само оно может находиться под влиянием одного из мировых лидеров. Региональный лидер второго порядка всегда располагается внутри рассматриваемого региона. Наиболее известными из них являются Австралия и Бразилия.

Кроме перечисленных можно назвать ряд государств, позиции которых в геоэкономическом пространстве в настоящее время претерпевают серьезные изменения. В частности, в последние 15 лет стремительно усиливалось влияние Китая, наблюдалась устойчивая тенденция к ослаблению роли Великобритании.

Взаимодействие мировых и региональных лидеров, а также изменение границ их экономического воздействия позволяет достаточно точно описывать процессы, происходящие в мировой экономике, и прогнозировать тенденции их развития.

Во всем многообразии связей и интересов различных государств мы рассматриваем только один аспект проблемы: как данный процесс повлиял на развитие мирового производства вооружений и на военно-техническую политику России ?

Тенденции изменения военного производства в условиях глобализации

Процесс глобализации повлек за собой серьезные изменения в организации мирового военного производства. Основные из них заключались в стремительной консолидации производителей ВВТ(на фоне снижения объемов выпуска военной продукции) и стремлении компенсировать потери за счет увеличения поставок военной техники за рубеж. Кроме того, под влиянием международной специализации в последнее десятилетие более интенсивно стали проходить процессы межстрановой кооперации при разработке и создании новых образцов ВВТ.

После окончания «холодной войны» объем военного производства существенно сократился.

Поданным Международного института стратегических исследований (International Institute for Strategic Studies), за последние 15 лет объем рынка вооружений сжался более чем в 2,5 раза - с 79 до 29 млрд долл. Однако само производство стало более структурированным и поляризованным.

Проблему сокращения спроса на военно-техническую продукцию на внутреннем рынке страны пытались решить увеличением поставок вооружений на экспорт (табл. 3).

Таблица 3

Изменение доли экспорта в общем объеме продаж производителей вооружений США, Великобритании и Франции (в процентах)

Страна\год

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

США

11

11

13

12

15

13

21

Великобритания

32

28

28

29

41

48

50

48

Франция

25

26

20

17

22

30

41

40

В результате этого США, которые и так занимали доминирующее положение на рынке вооружений, существенно упрочили свои позиции. В настоящее время более 55% всех вооружений выпускается американскими компаниями. Ближайший их конкурент - Великобритания - контролирует только 16% рынка. К концу XX века 92% всех продаж ВВТ приходилось на американских и западноевропейских производителей (табл. 4).

Таблица 4

Сумма контрактов на поставку вооружений десяти крупнейших экспортеров (млн. долл.)

1993-1996 годы

США

30965

Франция

15500

Россия

14300

Великобритания

6-300

Китай

2200

Италия

1600

Украина

1400

Германия

1200

Израиль

1100

Нидерланды

1100

1997-2000 годы

США

30486

Россия

16200

Франция

9200

Китай

5000

Германия

4600

Великобритания

2600

Швеция

2300

Израиль

1500

Бельгия

1000

Белоруссия

1000

Аналогичная ситуация наблюдается при анализе фактических поставок вооружений (табл. 5). Причем из сравнения таблиц 4 и 5 видно, что в течение последних лет имеющийся пакет заказов на поставку российского вооружения и военной техники за рубеж реализуется лишь наполовину. Очевидно, что высокий процент нереализованных контрактов отрицательно сказывается на имидже отечественных производителей и свидетельствует о низком лоббистском потенциале нашего государства. Необходимо подчеркнуть, что такой сценарий развития событий полностью соответствует описанным в начале статьи принципам и целям глобализации: наиболее развитое в экономическом и технологическом плане государство в условиях открытых рынков легко одерживает победу над отстающими в развитии конкурентами и становится основным поставщиком большинства высокотехнологичных товаров на мировой рынок.

Таблица 5

Фактические поставки вооружений десяти крупнейших экспортеров

(млн долл.)

1993 - 1996 годы

США

35958

Великобритания

19200

Россия

8400

Франция

6400

Германия

3300

Китай

3000

Швеция

2300

Израиль

1900

Канада

1000

ЮАР

900

1997-2000 годы

США

42452

Великобритания

18000

Франция

15500

Россия

8900

Швеция

2400

Китай

2300

Германия

1600

Украина

1500

Белоруссия

1100

Италия

1000

Важной особенностью мировой торговли вооружением в этот период стала продажа за рубеж лицензий на производство различных видов ВВТ. Так, по данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира (Stockholm International Peace Research Institute -СИПРИ), если в период с 1965 по 1975 год американские компании заключили около 100 таких соглашений, то в 80-е годы правительство США ежегодно одобряло продажу за рубеж уже от 200 до 300 лицензий на производство продукции военного назначения.

Западноевропейские страны также активно включились в этот процесс. За последние 20 лет французские компании продали лицензии на производство вооружений Испании, Великобритании, Индонезии, Индии и Египту. Английские фирмы заключили лицензионные соглашения с Египтом, Индией, Филиппинами, а Германия - с Италией, Бразилией, Турцией, Индией, Филиппинами и Аргентиной. Все это привело к тому, что в ходе реализации международных лицензионных соглашений военно-экономические связи стран НАТО вышли за рамки торговли вооружением и военной техникой и стали приобретать качественно новую глобальную форму.

Продажа за рубеж технологий производства вооружений привела к созданию международных консорциумов, развернувших свою деятельность во многих странах мира. В конце XX века волна слияний захлестнула военную промышленность многих стран. Эти преобразования позволили компаниям расширить и унифицировать номенклатуру выпускаемой продукции, добиться значительного сокращения издержек за счет ликвидации дублирующих производств и увеличить расходы на проведение научных исследований.

Необходимо подчеркнуть, что консолидация капитала происходила не только в рамках одного государства, как, например, в случае с американскими Boeing, McDonnell Douglas и Rockwell Aerospace, но и на межнациональном уровне. Прежде всего в этот процесс были вовлечены европейские и американские компании. В результате слияния капиталов значительная часть мирового военного производства оказалась сосредоточена в нескольких десятках крупных компаний, расположенных в ограниченном количестве развитых стран. Причем если в начале прошлого десятилетия доля пяти крупнейших производителей этого сектора составляла только 22%, то к 1998 году она увеличилась почти в 2 раза и превысила 40%.

В отдельных странах процесс объединения оказался еще более масштабным. В США практически весь военно-промышленный комплекс контролируется всего четырьмя компаниями, а в Китае производство военной авиации сосредоточено на предприятиях только двух компаний.

Помимо слияния, широкое распространение в конце XX века получило объединение усилий нескольких производителей ВВТ в рамках создания нового образца военной техники. Наиболее известным примером межгосударственной кооперации стало сотрудничество ведущих европейских аэрокосмических компаний (за исключением Внйзй Аегозрасе) при создании истребителя ЕигоЯ§Н1:ег. Однако этот случай был далеко не единственным.

Потеря ряда выгодных контрактов (в частности, контракт стоимостью 83 млн долл. на создание спутника Rocsat II для Тайваня получила немецкая фирма Daimler Chrysler AeroSpace), заставила компании Alcatel Space и Matra Marconi Space, контролируемые французским и английским капиталами, в 1999 году объединить усилия при экспорте спутников военного назначения.

Кроме того, в 2000 году Германия и Франция осуществляли совместную разработку и производство ударного вертолета; Великобритания, Германия и Франция - перспективной бронемашины; Дания, Норвегия и Швеция - подводной лодки Viking. В конце 2000 года Франция, Германия, Италия и Нидерланды занимались реализацией международной кооперационной программы создания радиолокационной системы слежения. Всего в 2000 году европейские страны осуществили 82 совместных проекта в области разработки ВВТ.

Известны случаи кооперации, выходящей за границы Европейского союза. В частности, совместные проекты в области вооружений реализовывали Испания и Бразилия, а также Израиль и ряд государств Европы. Взаимовыгодная кооперация, учитывающая интересы всех участников консорциума, оказалась возможна только при сотрудничестве экономически развитых государств. В остальных случаях никакого равноправного партнерства не получилось.

В результате происшедших изменений подавляющее большинство стран оказалось в роли догоняющих и вынуждено было допустить иностранный капитал в отрасли военной промышленности. Таким способом правительства пытались поддержать национальный военно-промышленный потенциал. Однако на практике это обернулось усилением их экономической и военно-технологической зависимости от экономических лидеров.

Влияние глобализации на военно-техническую политику России

Прежде чем перейти к рассмотрению данного вопроса, необходимо оговориться, что глобализация была далеко не единственной и уж точно не самой главной причиной ослабления военно-экономического потенциала России. Гораздо больший урон ему нанесли не внешние, а внутренние факторы, такие, например, как распад СССР, сопровождавшийся разрушением единого хозяйственного механизма и технологических цепочек, а также отход на второй план вопросов обороноспособности государства в 90-е годы XX века.

Вместе с тем интеграция России в мировое экономическое пространство без осознанной внешнеэкономической политики и внятно сформулированных целей также негативно отразилась на военно-экономическом потенциале страны.

С начала 90-х годов XX века среди российских экономистов укрепилось мнение, что после распада СССР начался процесс активной интеграции России в мировое экономическое сообщество. К сожалению, реальная ситуация выглядит не так однозначно, как это представляется сторонникам глобализации. Действительно, страна стала более активно участвовать в международных процессах. В первую очередь это касается изменения валютного законодательства и создания фондового рынка, изначально ориентированного главным образом на зарубежных инвесторов. Увеличилось и количество российских организаций - субъектов международных экономических отношений.

Однако существует и ряд направлений, на которых Россия кардинально снизила свою активность. Прежде всего это касается торговли технологичной продукцией и создания за рубежом промышленных объектов на базе российских разработок при ведущей роли российских специалистов. Именно эти направления определяют статус страны на международной арене. Такие изменения не могли пройти незаметно для экономики государства, а следовательно, и для его военно-экономического потенциала. Они самым серьезным образом повлияли на развитие военно-промышленного комплекса России.

Многочисленные исследования отечественных и зарубежных специалистов позволили установить, что международная специализация происходит в рамках отдельных регионов, блоков или союзов, члены которых интегрируются вокруг одного из наиболее влиятельных государств. Поскольку зона экономического влияния России в 90-е годы XX века резко сократилась, это привело к потере многих зарубежных рынков и сокращению платежеспособного спроса на продукцию российских производителей.

Открытие внутреннего рынка России и переориентация отечественных потребителей на зарубежную продукцию также вызвали сокращение платежеспособного спроса на товары отечественных производителей. Все это в совокупности с рядом других факторов подорвало ресурсную базу военно-экономического потенциала России. В результате к 1999 году ВВП России составлял только 45,8% от уровня 1989 года. Объем выпуска промышленной продукции также снизился более чем в 2 раза (табл. б). Несмотря на трехлетний период экономического роста, страна до сих пор так и не смогла полностью восстановить свой докризисный уровень экономического развития.

Таблица 6.

Изменение ВВП и объема промышленного производства России в 90-е годы

(в процентах к предыдущему году)

Показатели

1990

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

ВВП

97,0

87,2

81,0

88,0

87,4

96,0

95,1

100,4

95,1

103,5

107,7

Объем

промышленного

производства

99,9

92,0

82,0

86,0

79.0

97,0

96,0

101,9

95,0

108,1

109,0

По уровню военных расходов Россия оказалась в конце первого десятка государств. Ее доля в мировых расходах на вооружение в настоящее время не превышает 3%. Особую тревогу вызывает тот факт, что наибольшему сокращению подверглись статьи НИОКР и закупки ВВТ, определяющие военный потенциал государства в долгосрочной перспективе. С 1990 по 1997 год доля военных НИОКР и закупок ВВТ в общих фактических затратах на строительство и содержание Вооруженных Сил Российской Федерации сократилась с 60% до 19,1%. Несмотря на увеличение выпуска ВВТ (на 5% в 1998 году и 37% в 1999 году), его объем в 1999 году составил только 14-14,5% от уровня 1990 года. Причем уровень загрузки предприятий отечественного ОПК в среднем не превышает 20%, а в промышленности боеприпасов - 6,9%. Что касается российских инвестиций в военные НИОКР, то они оказываются на два порядка меньше средств, выделяемых на эти же цели лидерами глобализации. В настоящее время эту проблему удалось в какой-то мере решить за счет экспорта российского вооружения. Уже сейчас ряд компаний отечественного ОПК до 90% средств получает от зарубежных контрактов. В условиях сужения внешних рынков России приходится реализовывать свою продукцию по явно заниженным ценам.

Процесс глобализации ударил по оборонным статьям расходов федерального бюджета и с другого направления. Как было отмечено выше, одним из фундаментальных принципов глобализации является международное разделение труда. Однако, помимо очевидных плюсов данного процесса, он подразумевает и жесткую специализацию производителей, приводящую к снижению конкуренции между странами. Для России, которая была основным конкурентом для большинства индустриально развитых стран, это означало вытеснение с многих рынков высокотехнологичной продукции, что, с одной стороны, привело к сокращению притока ресурсов из-за рубежа, а с другой - к сокращению этих производств в стране. Так как большинство их было непосредственно связано с оборонно-промышленным комплексом, данный процесс существенно осложнил производство многих видов ВВТ.

Отрицательно сказался на военно-экономическом потенциале России и переход части функционирующих предприятий отечественной промышленности в собственность иностранных инвесторов, а также реализация совместных с ними программ. Низкий уровень капитализации российских предприятий позволял даже мелким зарубежным инвесторам поглощать любое из них без серьезных финансовых вложений.

Анализ межотраслевого баланса России за 1995 год, выпущенного Госкомстатом России в 2000 году, свидетельствует о том, что большая часть основного капитала (51,2%), накопленного в машиностроении в тот период, поступила в страну из-за рубежа. Такая зависимость от зарубежных технологий самым негативным образом сказывается на состоянии отечественного оборонно-промышленного комплекса.

Интерес иностранцев к российским компаниям не перерос во взаимовыгодную кооперацию в сфере создания систем вооружений. Далеко не всегда иностранный собственник предпринимал шаги по техническому перевооружению отечественных предприятий и повышению их конкурентоспособности на внешнем рынке. Некоторые работавшие предприятия были закрыты (законсервированы) новыми владельцами, поскольку являлись прямыми конкурентами зарубежных производителей. Известны случаи, когда при заключении контрактов и ^технологическом перевооружении производств зарубежные собственники и партнеры особо оговаривали условия, что полученные результаты не могут быть использованы российской стороной в военных целях.

Наконец, появление иностранцев в руководстве российских предприятий отрицательно сказывается на мобилизационных возможностях государства. Из-за технического перевооружения предприятий и ориентации на зарубежные стандарты в случае мобилизации они не могут быть использованы для выпуска продукции военного назначения, что снижает возможность эффективного наращивания военно-экономической мощи накануне агрессии. Кроме того, доступ иностранцев ко всем документам предприятий делает невозможным не только скрытое выполнение мобилизационных заданий, но и выпуск какой-либо продукции оборонного назначения.

Трансформация сфер экономического влияния различных государств, происходящая в рамках глобализации, также повлияла на военно-экономический потенциал России. Данная зависимость объясняется тем, что уровень военно-экономического потенциала и военно-экономической мощи жестко коррелирует с положением государства на мировой арене. Страна, имеющая экономические интересы по всему миру, должна обладать военной мощью, достаточной для их поддержания.

В то же время экономически мощное государство, претендующее на мировое лидерство, имеет возможность сосредоточить усилия на решении стратегических задач, поскольку окружающие его слабые соперники отказываются от заведомо проигрышной борьбы с лидером. С уменьшением экономического веса государства количество конкурентов и спорных вопросов лавинообразно нарастает, что приводит к распылению ограниченных ресурсов по многим направлениям. Наглядным примером, подтверждающим данный тезис, является снижение влияния России на мировую экономику. В 90-е годы XX века количество спорных вопросов и стран, проводящих экономическую политику, ущемляющую интересы нашего государства, существенно возросло. Если до этого времени вся Восточная Европа и ряд азиатских и африканских стран считались зоной экономического влияния СССР, то в середине 90-х годов XX века ситуация резко изменилась, а это привело к обострению конкуренции на некоторых внешних рынках. Многие вопросы потребовали пересмотра структуры и направлений военно-технической политики России.

Если раньше она была ориентирована на противостояние с одним глобальным противником в лице блока НАТО, то теперь должна обеспечивать соблюдение российских интересов в спорах с менее мощными потенциальными соперниками, но зато действующими одновременно с нескольких направлений. Следовательно, в структуре военно-экономического потенциала должна возрасти роль мобильных сил и обычных высокоэффективных вооружений. Причем экономически эффективное повышение мобильности войск невозможно без решения задачи унификации вооружений. Ведь создать инфраструктуру для быстрого развертывания идентичных объектов гораздо дешевле, чем возводить для каждого из них по отдельности специфические сооружения, коммуникации и т.д. Однако, несмотря на усилия, предпринимаемые в этом направлении, до полной унификации российского вооружения еще достаточно далеко.

Экономическое доминирование государства над одним из регионов в большинстве случаев дает возможность лидеру создать коалицию из зависимых стран для совместного решения внешнеполитических проблем. Такой подход позволяет использовать внешние ресурсы для реализации своих интересов. Причем чем большим экономическим потенциалом обладает регион, тем большего экономического и военно-экономического потенциала может достичь его лидер.

Вместе с тем из-за стремительного сокращения зоны экономического влияния России страна в настоящее время практически в одиночку вынуждена решать стоящие перед ней задачи и не может пока рассчитывать на привлечение значительных внешних ресурсов. Но даже в сложившейся международной обстановке можно найти ряд направлений, развитие которых позитивно скажется на военно-технической политике России. Основным из них является международная кооперация при разработке и освоении производства новых образцов ВВТ. Причем вести диалог в этом направлении представляется целесообразным не только с нашими традиционными партнерами: Китаем, Индией, Украиной, но и с другими странами. На наш взгляд, интересные и перспективные варианты взаимовыгодного сотрудничества в этой сфере могут возникнуть в отношениях России с Испанией, Бразилией и Израилем.

Положительный эффект может быть усилен в случае, если Россия займет более жесткую позицию в отношении государств, осуществляющих нелицензионное (пиратское) техническое обслуживание, модернизацию и ремонт российской техники. Повысит общий уровень военно-экономического потенциала и государственная политика, направленная на стимулирование иностранных инвесторов, вкладывающих капитал не в сырьевой сектор, а в обрабатывающую промышленность.

Анализ тенденций изменения ряда макроэкономических показателей свидетельствует о том, что начиная с 1999 года происходит постепенное улучшение ситуации в этой сфере. Хочется надеяться, что осознание и последовательное отстаивание своих внешнеэкономических интересов будет способствовать дальнейшему наращиванию военно-экономического потенциала государства и возрождению его былого могущества.

Клименко А.Ф. Глобализация и ее влияние на военную политику и военную стратегию // Военная мысль. 2002. № 5. С. 2-15.

Клименко А.Ф. Глобализация и ее влияние на военную политику и военную стратегию// Военная мысль. 2002. № 5. С. 2-15; Шишков Ю.В. Глобализация экономики - закономерный продукт индустриализации и информатизации социума. М.: ИМЭМО РАН, 1999.

A National Security fora New Century. W: The White House, October, 1998.

A National Security Strategy fora Global Age. W: The White House, December, 2000.

Human Development Report 1999. NY: Oxford University Press, 1999.

Военная экономика: теория и актуальные проблемы. М: Военное издательство, 1999.

Human Development Report 1999. NY: Oxford University Press, 1999; China Statistical Yearbook. China Statistics Press, 1999; Социально-экономическое положение России. 1999. M.: Госкомстат России, 2000; Entering the XXI Century. World Development Report 1999/2000, The World Bank, 2000; The International Economics Analyst, \falume, 15, Issue 4, July/August, 2000. Goldman Sachs, 2000; International Financial Statistics. September, 2000. International Monetary Fund, 2000.

Попов С. Методика оценки влияния государств и их союзов на экономическую ситуацию в мире и его отдельных регионах. М.: ЦИВТИ, 2000; Попов С. Прогноз изменения зон экономического влияния некоторых государств на период до 2010 года// Вопросы прогностики. 2000. № 1.

Попов С. Экономические причины военных конфликтов//Зарубежное военное обозрение. 2001. № 12. С. 14-17; Галицкий В., Попов С. Паутина влияния //Эксперт. 2001. № 42. С. 54-64.

Ежегодник СИПРИ. 2000. Вооружение, разоружение и международная безопасность. М.: Наука, 2001.

Jeans. 2001. № 9. 29 August. (По материалам Conventional Arms Transfers to Developing Nations, 1993-2000. US: Congressional Research Office).

Там же.

Ежегодник СИ ПРИ 2000. Вооружение, разоружение и международная безопасность. М: Наука, 2001.

Там же.

Социально-экономическое положение России. М.: Госкомстат России, 1992-2001 гг.

Федеральные законы «О федеральном бюджете» за 1992-1997; Россия - 1999: экономическая конъюнктура. Выпуск 4. М.: Центр экономической конъюнктуры, 1999.

Галиев А. Оборонная инициатива // Эксперт. 2002. № 40. С. 25; Макаров А. Как толкнуть ядро оборонной промышленности // Эксперт. 1998. № 6. С. 51; Сначала надо защитить страну // Эксперт. 2001. № 45. С. 32.

1989 International Trade Statistics Yearbook. NY: United Nations, 1992.

Система таблиц «Затраты - Выпуск» за 1995 год. М.: Госкомстат России, 2000. С. 33 и 37.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации