ПАРТИЙНЫЕ СИСТЕМЫ РОССИИ И ГЕРМАНИИ

Обозреватель - Observer 2004 №2 (169)

ПАРТИЙНЫЕ СИСТЕМЫ РОССИИ И ГЕРМАНИИ

Т.Семыкина,

кандидат философских наук, доцент

 Современное состояние и перспективы

В Финансовой академии при Правительстве РФ 6-7 октября 2003 г. при поддержке фонда им. Фридриха Эберта (ФРГ) прошло заседание российско-германского "круглого стола" на тему "Партийное строительство и формирование новой партийной системы в современной России и послевоенной Германии: сходства и различия".

В работе "круглого стола" приняли участие ученые-политологи из различных вузов и исследовательских центров г. Москвы, Ростова-на-Дону, Саратова, Ульяновска.

С германской стороны помимо ученых-политологов участвовала также делегация Бундестага ФРГ в составе: Винфрид Нахтвай фракция "Союз 90" - зеленые), Ханс Райдель (фракция ХСС), Андреас Вайгель (фракция СДПГ). Делегацию сопровождали работники МИДа ФРГ и политические советники посольства ФРГ в Москве.

Со вступительным словом к участникам "круглого стола" обратилась ректор Финансовой академии, заслуженный деятель науки РФ, д.э.н. Грязнова А.Г.

Профессор Грязнова А.Г. отметила значимость проблемы формирования партийной системы в современной России, подчеркнула тот факт, что в российском партийном строительстве происходят важные политические перемены: 

1. Сокращение количества партий (со 150 до 48) за счет интенсивного объединения, а также в результате угасания некоторых из них.

2. Кристаллизуется идейная основа партийных программ.

3. Партии учатся взаимодействовать на разных уровнях, в том числе в Госдуме, ориентируясь на общегосударственные интересы.

Партийное строительство само по себе - не самоцель, а звено в общей цепи создания и успешного функционирования партийных и политических систем. Поэтому идея, положенная в основу данного "круглого стола" и состоящая в том, что исследования партийной проблематики - это лишь начало и часть большого проекта, заслуживает всяческой поддержки", - отметила А.Г.Грязнова.

Проф. Грязнова А.Г. кратко назвала также причины, побудившие именно ученых Финансовой академии выступить с инициативой проведения данного "круглого стола" по столь актуальной и сложной теме.

Главная из них - понимание того, что все сферы общественной жизни весьма тесно взаимосвязаны и взаимозависимы и подчас бывает непросто определить, где кончается экономка и начинается политика. И в условиях переходного состояния, в котором находится современное российское общество, чрезвычайно важной задачей является развитие политологических и социологических направлений исследований современной действительности.

Профессор Грязнова А.Г. подчеркнула: "Не могу не сказать о том значении, которое мы придаем развитию наших учебных и научных связей с зарубежными вузами и различными исследовательскими центрами, в том числе и ФРГ. Но до сих пор эти связи были обращены главным образом на экономику и финансы, и это вполне объяснимо и логично. Сейчас мы открываем новую их страницу - политологическую. И очень неплохо, что это происходит совместно с коллегами из ФРГ - страны, с которой нас очень многое связывает, с которой наши судьбы тесно переплелись".

Ниже приводятся выступления (в изложении) участников "круглого стола".

Маттес Бубе, руководитель представительства Фонда им. Фридриха Эберта в РФ, доктор политологии: "Партии Германии: история и современные задачи".

Дав глубокий, обстоятельный анализ истории формирования партий в Германии, Маттес Бубе подробно остановился на проблеме становления современной многопартийной системы в ФРГ. Докладчик подчеркнул, что в начале XX в. в стране сформировалась в общем и целом трехпартийная система: ХДС/ХСС, СвДП и СДПГ (соответственно консервативно-христианское, либеральное и социал-демократическое направление).

Партийную демократию ФРГ олицетворяет избранный из среды парламента канцлер. Его политическая власть зависит от распределения мест в парламенте, которое определяется полученными партиями на выборах голосами избирателей. Маттес Бубе подчеркнул, что эта система проявила себя как очень стабильная: три партии определяли политику страны более 50 лет, а смена личности канцлера происходила в среднем только каждые 8 лет.

Несмотря на это, партийный ландшафт никогда не застывал в неподвижности. Часто возникали партии, которые хотели прорваться в Бундестаг. Но за последние 20 лет это удалось только 2 партиям.

В 1983 г. "зеленые" собрали на выборах больше голосов избирателей, чем это необходимо для преодоления 5% барьера, а, начиная с 1998 г. "зеленые" являются частью политической элиты. Вместе с социал-демократами они образовали коалиционное правительство во главе с канцлером Герхардом Шрёдером (СДПГ).

После объединения ФРГ и ГДР в 1990 г. в Бундестаг удалось прорваться также Партии демократического социализма (ПДС), которая вышла из СЕПГ - государственной партии ГДР. Общий вывод М. Бубе состоял, во-первых, в том, что партийная система ФРГ показала себя стабильной, гибкой и действенной, и, во-вторых, в том, что партийная демократия действует, если смена власти является частью партийно-политической системы.

Пляйс Я.А., профессор: "Партии и партийные системы в современной России" .

В своем докладе он особо подчеркнул, что проблема формирования идеологически и организационно оформленных, устойчивых, массовых политических партий в современной России имеет важное практическое значение. От того, как эта проблема будет решена, зависит, какая политическая система будет в России, её работоспособность и эффективность.

Докладчик отметил также, что в тех странах, которые сумели создать стабильную, плюралистическую партийную систему, способную эффективно выполнять роль ядра и стержня политической системы, она выступает как важный механизм разрешения общественных противоречий.

Подробно остановившись на вопросе истории становления российской многопартийности, профессор Пляйс Я.А. сделал вывод, что квазимногопартийная политическая система ещё и сегодня не может по ряду причин быть подлинно многопартийной, эффективно действующей системой.

Докладчик задается вопросом: а есть у этой системы условия и шансы для саморазвития и превращения в то прочное здание, которое мы видим в развитых демократических странах Запада? И приходит к выводу, что такие условия и шансы сегодня есть, хотя и не совсем зрелые.

Остановившись на социальных и политических изменениях россиян в 90-е годы, докладчик замечает, что в условиях плюрализма пройдет немало времени, прежде чем сгруппируются различные интересы, а люди, разделяющие их, объединятся в какие-либо структуры гражданского общества, в том числе политические партии. Нужно ещё, чтобы на базе совпадающих интересов и признания абсолютной ценности свободы и демократии выросли единые идейные ценности - политические идеологии. Эти ценности, в конце концов, должны заметно сблизиться на базе общенациональных приоритетов, а также на базе интересов мощного доминирующего среднего класса. Только в такой ситуации можно будет говорить о том, что и у партийной и политической системы появилась прочная, стабильная основа.

По мнению Пляйса Я.А., вполне логичным завершением этого сложного и достаточно длительного процесса явится возникновение устойчивых партий, ориентирующихся на ясную современную идеологию и определенный социальный слой.

Лишь при этом условии сформируется эффективная, сбалансированная партийная система, с устойчивыми механизмами сдержек и противовесов, с развитой оппозицией, и только лишь такая система может быть мощным гарантом и одновременно стимулятором устойчивого прогресса.

На основании всего сказанного докладчик делает общий вывод: "Нам следует набраться большого терпения, всячески способствовать развитию демократических процессов, формированию структур гражданского общества, правового и социального государства, мощного среднего класса, и всё это приведет нас в итоге к желанной цели - подлинно демократической политической системе с крепким многопартийным ядром".

Оскар Нидермайер, профессор факультета политологии Свободного университета г. Берлина: "Партийное строительство в бывшей ГДР. Развитие партийной системы в новых федеральных землях Германии".

Отметив важную роль партий в демократическом обществе, проф. Оскар Нидермайер подчеркнул необходимость формирования демократической политической культуры у преобладающего большинства населения, достижения гармонии между политической структурой и политической культурой как одной из общественных предпосылок стабильной и дееспособной демократии.

Проделав интересный историко-политический анализ эволюции партийной системы Германии, Оскар Нидермайер отметил, что если исходить из представительства партий в парламенте, то со времени объединения страны общегерманская партийная система состоит из пяти партий: ХДС-ХСС, СДПГ, "Зеленые", СвДП и ПДС. В партийную систему входят также три правые партии: Национальная партия Германии (НПГ), Республиканцы и Германский народный союз (ГНС). На Востоке с середины 90-х годов существует трехпартийная система, которая состоит из ХДС, СДПГ и ПДС и в которой в самое последнее время появились признаки изменения.

В 1990-1991 гг. ПДС как партия-наследница бывшей государственной партии ГДР казалось обречена на гибель. Но в то время как на Западе она оставалась маргинальной партией, в Восточной Германии с 1992 г. её падение сменилось сначала постепенным, а затем и достаточно быстрым подъемом. С середины 90-х годов ПДС удалось укорениться в новых федеральных землях в качестве одной из трех больших парий.

На первых общегерманских выборах она извлекла выгоду из разделения территории для выборов на две части, ибо это обеспечивало ей представительство в бундестаге.

Её второе вхождение в бундестаг в 1994 г. следует отнести на счет германской избирательной системы, а именно регулирования ею получения прямых мандатов. Получив в общегерманском масштабе 4,4% голосов и не преодолев тем самым 5% барьер, ПДС выиграла 4 прямых мандата в Восточном Берлине и вошла в бундестаг.

Благодаря своей сильной позиции, партия стала во всё возрастающей мере играть ключевую роль в образовании коалиций в восточногерманских федеральных землях, что в середине 90-х годов. привело СДПГ к принятию стратегии постепенного вовлечения ПДС в рамки правительственной ответственности. Когда же в октябре 2001 г. на внеочередных выборах в палату депутатов города - федеральной земли Берлин ПДС набрала в западной части 6,9% голосов и вместе с СДПГ сформировала земельное правительство, то, казалось, что наконец-то произошел столь долго ожидавшийся прорыв ПДС также и на Западе.

Избалованная такими успехами, ПДС к началу нового тысячелетия запоздала, однако, с созданием персональных, программных и коалиционно-стратегических предпосылок для упрочения своего потенциала избирателей и поэтому на выборах в бундестаг в 2002 г. не смогла преодолеть 5%-й барьер и с тех пор представлена в Бундестаге лишь двумя напрямую избранными депутатами. 

Несмотря на потери голосов в Восточной Германии, ПДС остается там одной из трех больших партий. Попытка же расширения её влияния в западной части Германии, во всяком случае, в 2002 г., потерпела неудачу.

Докладчик заметил, что если ПДС нужно вести борьбу с большими проблемами её восприятия на Западе ФРГ, то "Зеленым" это приходится делать на её Востоке. В западной Германии "Зеленые" с середины 90-х годов укрепили своё положение в партийной системе, что можно объяснить приписываемой им высокой компетенцией в экологических проблемах, улучшением их имиджа благодаря спаду внутрипартийной борьбы между различными крыльями. Докладчик отметил также, что и СвДП в Восточной Германии после больших успехов на первых выборах в бундестаг и ландтаги, примерно, с середины 90-х годов была маргинальной партией, и только в самое последнее время, кажется, её положение вновь начинает улучшаться.

Соотношение сил обеих традиционных народных партий ФРГ ХДС и СДПГ в новых федеральных землях и доли голосов, полученных на выборах в период с 1990 г. по 2002 г. драматически изменилось: если на выборах 1990 г. 42% восточных немцев отдали свои голоса ХДС, которую возглавлял канцлер Коль, и только 24% - СДПГ, то в 2002 г. канцлер Шрёдер и его СДПГ смогли завоевать 40% голосов избирателей, в то время как ХДС со своим баварским кандидатом в канцлеры Штойбером получили лишь 28% голосов.

В итоге докладчик приходит к выводу, что восточногерманская партийная система намного гибче, чем западногерманская.

Полунина Г.В., профессор: "Многопартийность как сумма и как система партий".

Докладчик подчеркивает, что современный российский вариант многопартийности (как и 10 лет назад) правомерно характеризовать как сумму партий (блоков). В направлении создания системы делаются лишь первые шаги. В данном конкретном случае сумма партий отличается от системы глубоко принципиально.

Многопартийность как сумма партий продуцирует большую дозу негативных явлений. Не будучи элементами системы, партии не очень хорошо представляют свои возможности, не осознают, что реально они смогут сделать для общества, ставят завышенные задачи, сползают на путь риторики и декларативности.

В условиях многопартийности как суммы партий борьба за власть всё больше уходит от цивилизованных её форм, конкуренция программ подменяется конкуренцией различных PR-групп. Обостренная в ходе предвыборной кампании борьба за власть, затем переносится в сам законотворческий орган, где межфракционные антагонизмы достигают особого накала.

Как показывает мировой опыт, наличие в государстве многопартийности, функционирующей как система, снимает многочисленные негативные характеристики, возникающие тогда, когда она представлена простой суммой партий. Отмечая этот факт, профессор Полунина Г.В. подчеркивает далее, что двухпартийная система для России в обозримом будущем абсолютно нереальна, приводит аргументы. Ядро партийной системы должно включать 2-3 партии. Если ядро многопартийности представлено одной партией, то уже системы нет.

Зрелости партийной системе придает возраст партий, опыт, представление граждан об их целях и возможностях. Данное обстоятельство, по мнению Полуниной Г.В., способствует стабильности партийной системы, а из этого вытекает ряд положительных моментов, включая и воздействие такой системы на политическую и экономическую системы страны в плане их стабильности.

Многопартийность - самоорганизующийся феномен, но в систему, которая нужна конкретному государству, в частности, России, она сама по себе никогда не превратится. Этим процессом необходимо управлять, и методы управления должны быть исключительно демократическими.

Матвеев Р.Ф., профессор: "Политическая партия как неравновесная система".

В докладе политические партии рассматриваются с позиций синергетики как саморегулирующиеся неравновесные системы.

Одной из трудностей при анализе политических партий, отметил Матвеев Р.Ф., является их многомерность, выражающаяся в сложности соотношения объективных и субъективных факторов в их деятельности.

Анализ приводит профессора Матвеева Р.Ф. к следующим выводам: 

1. Необходимо признать объективный характер законов, действующих и управляющих различными аспектами жизни политических партий;

2. Политические партии являются многомерной, открытой, неравновесной системой, в которой действуют законы случайности, присущие этому типу систем;

3. Эволюция каждой партии и всей партийной системы в каждой стране подвержена механизмам естественного отбора, в результате которого сохраняются наиболее эффективные организации.

Многомерность политической партии определяется её сущностью как организации, соединяющей крайне разнородные составные элементы: политическую идеологию, концепции, некоторые общественно-политические движения, то есть активность части граждан, а также некоторую организацию, то есть структуру.

Такой сложный состав партии уже является основой случайного характера многих внутрипартийных процессов, многомерности партии. Более того, многомерными оказываются и все её основные составные элементы. В результате действия многих факторов эта система находится в неравновесном состоянии.

Критерием равновесия можно считать соответствие политических концепций реальной ситуации, реальным интересам граждан. Поэтому непродуманные решения, по мнению профессор Матвеева Р.Ф., способны привести партию в состояние кризиса.

Завьялов В.Т., доцент: "Партии и партийные системы как основа политических систем".

Докладчик исследует особенности партийной системы современной России в контексте интегративного качества политической системы - проявления сущности власти (политического режима) и политического управления.

По его мнению, при президенте Ельцине Б.Н. политический режим сформировался в условиях негласного "сговора" между носителями власти и олигархами относительно цели политического управления. Те самым политический режим стал выразителем интересов определенных олигархических групп, оформленных в различные программы и решения власти.

Свойствами корпоративного характера политического режима в России являются деятельность политического клана и "партии власти", система подбора и распределения кадров в структуре власти, способы принятия политических и экономических решений, механизмы формирования и взаимодействия политической элиты с экономической, использование государственных ресурсов в групповых интересах носителей власти и ФПГ.

По мнению доц. Завьялова В.Т., в эволюции партийной системы в современной России можно обозначить три направления:

1. Фиксация и защита сложившейся модели. Это направление реализуется политикой "партии власти".

2. Подкрепление института разделения властей механизмами "сдержек и противовесов" в целях обеспечения контроля со стороны рождающегося гражданского общества за решениями политического режима. 

3. Демократизация существующего политического режима, предполагающая переход от сложившегося суперпрезидентского типа к его полупрезидентскому типу по действующей Конституции РФ.

Ильина Н.Б., доцент, Высшая школа экономики: "Политические партии России: некоторые особенности становления и развития".

В выступлении отмечено, что попытки оценки роли эффективности деятельности российских политических партий могут оказаться несостоятельными без учета процесса их появления и дальнейшей эволюции, впитавшей чисто национальные и исторические особенности.

Российские партии, несмотря на существовавшие социальные разногласия, сыгравшие свою роль в процессе их образования, не столько выполняли роль институтов политического представительства социальных интересов, сколько являлись инструментом "политического предприятия", обеспечивающим конкурентную соревновательность элитных группировок.

Размывание электората, возникновение партий-команд конкретного лидера, незначительное число партийных активистов, отсутствие интереса к членству в партиях и партийному участию - всё это типично для России.

С одной стороны, российские политики, неплохо освоив демократический "хороший тон", всячески подчеркивают свою приверженность основным общечеловеческим ценностям: правам человека, социальной справедливости, патриотизму. "Основной набор" таких ценностей составляет программу любой партии, различия касаются лишь нюансов, связанных с их интерпретацией.

С другой стороны, для большинства партий разработка программы представляется не самой важной задачей, поскольку электоральный успех зависит от усилий не столько идеологов, сколько политтехнологов.

Вместе с тем, если программы и могут иметь какое-то практическое значение, то именно в качестве идеологий, задающих ориентиры для той решающей части электората, которая склонна к "перцептивной" модели выбора.

Соловьев А.И., профессор, МГУ им. М.В. Ломоносова: "Квазипартийные образования в поле российской политики".

Профессор подчеркнул значимость действия тех принципиальных для отечественной политики факторов, которые влияют на складывание общей матрицы власти. В ряду таких причин российского партогенеза - внутриэлитный раскол правящего класса, закрытость власти от гражданских структур, а также тенденция к всеобщему огосударствлению политической жизни общества.

В сфере партийного строительства преобладание внутрикорпоративных кливеджей, как источников политической конкуренции, отразилось в активизации образования кадровых и картельных партий, организаций профессиональных политиков, особенно активно занимавших центральные ниши в политическом спектре. Весьма знаменательным событием в этом русле стало образование "Единой России".

Производность такого рода объединений от государства, их близость к власти, а не к обществу сразу прочертило некую границу, отделявшую их от других партий и общественно-политических движений. Превалирование такого рода партий превращало государство в механизм наделения корпоративных структур правом представительства гражданских интересов.

Параллельно, проведя партийную реформу, государство стало активно прессинговать - по сути, изгонять с политического рынка мелкие, региональные и иные общественно-политические партии. Таким образом, партийная система отсекалась от непосредственного воздействия гражданских структур, становясь в социальном смысле "безбазовой". Очевидным фактом стало и то, что всем старым и новым партийным образованиям предоставлялась возможность действовать лишь в определенном политическом коридоре.

Пшизова С.Н., к.ф.н., МГУ им. М.В. Ломоносова: "От подражания к имитации: партийное строительство на постсоветском пространстве".

В выступлении отмечено, что вообще стремление воспроизвести привлекательный западный образец было, чуть ли не важнейшим стимулом демократических реформ.

Первое, что бросается в глаза, когда мы рассматриваем результаты работы по внедрению западного образца: партии в "новых демократиях", мало похожи на свои транзитологические прототипы как организации. Они не являются массовыми. В большинстве случаев их численность ограничивается количеством, необходимым по закону для регистрации.

С точки зрения идеологии, ситуация не лучше. Партийные лидеры именуют себя в соответствии с чуждым идеологическим спектром, а исследователи пытаются расположить их на право-левой шкале, следуя западным образцам. Некие идеологические лозунги, хотя и написаны на партийных знаменах, не опираются ни на какие общественные расколы и не подкрепляются соответствующей политикой.

В "новых демократиях" граждане руководствуются имиджами лидеров, которые поставляет им политическая реклама главным образом через СМИ. Вообще говоря, в действительности существует не так уж много идеологий. Гораздо больше лидеров, которые хотели бы возглавить свою собственную политическую партию. Поэтому партии продолжают множиться.

Связи партий с гражданами очень слабы во всех постсоветских странах. Твердое убеждение в том, что партии обслуживают свои собственные интересы вместо интересов граждан, является столь широко распространенным, что кажется похожим на правду. Партии не зависят от общества. Финансово они в лучшем случае зависят от государства, в остальных случаях от частного бизнеса.

Данилов М.В., кандидат политических наук, Саратовский государственный университет: "Механизм пространственного развития политических партий".

Докладчик попытался показать связь процесса распространения партийной концепции с процессом распространения партийной организации.

Политическая концепция партии является её "товаром", специфической партийно-политической продукцией. Жизненный цикл такой продукции включает в себя несколько фаз: внедрения, роста, зрелости и спада.

Как бы ни протекал жизненный цикл партийной продукции, его существование в политическом пространстве начинается с этапа внедрения, для которого характерен ряд особенностей инновационного плана. На этапе внедрения цель - создать адресную, целевую группу для комплекса идей, выдвигаемых партией. Уровень электоральной поддержки зависит от новизны продукции и правильно выбранной целевой аудитории. 

На стадии роста цель - широкое внедрение в адресные группы, обеспечение такой ситуации, когда большинство членов данных групп будет воспринимать партийные идеи "как свои". На этом этапе происходит модификация партийной продукции для других групп населения. Стадия роста сопровождается специфическим процессом диффузии.

Любая система территориальных отношений основана на определенном представлении о структуре пространства. Пространство федерализма - двухплоскостное. Оно характеризуется четким различением между двумя исходными составляющими, первая из которых заключается в потребности в безопасности, а вторая - в стремлении сохранить некоторую общность с её особой локальной спецификой. Каждому из данных компонентов соответствует свой "уровень" пространства страны: безопасность соотносится с федеральным уровнем, местная специфика - с региональным.

Специфика партийной российской системы заключается в том, что она действует в обеих плоскостях, партии в своей политике должны сочетать и общефедеральные и конкретные региональные интересы.

Кулинченко А.В., доцент: "Принцип партийности в организации политической власти современной России".

В выступлении поставил вопрос: можно ли всерьез считать политическими партиями организации, не способные формировать правительство и достигать таким образом необходимой полноты государственной власти в стране?

В реальности власть в стране формируется за пределами сферы публичной политики, важнейшие политико-управленческие решения принимаются в недрах бюрократических структур, под влиянием лоббистских усилий крупных собственников.

Результат выборов складывается под действием объединенной мощи так называемого "административного ресурса" и использования современных технологий, прежде всего, колоссального пропагандистского потенциала СМИ, щедро оплаченных олигархами.

По мнению Кулинченко А.В., избранных по спискам различных политических "партий" депутатов Госдумы и прежних советских депутатов роднит то, что и те, и другие, хотя и по-разному, служат лишь внешним прикрытием (ширмой) власти, которая организована на непартийной основе.

Сегодня лишенные политического веса и влияния "партии" маскируют фактически "беспартийную" организацию политической системы страны.

Автор делает вывод, что в современной России должна идти речь о том, чтобы постоянными усилиями всего общества постепенно превращать наши формальные и условно целесообразные "партии" в важнейший инструмент развития демократической политической системы и общества в целом. Для самих партий это - задача совершенно непосильная, хотя свою часть духовно-нравственной, идеологической, организационной работы они, разумеется, должны выполнить.

Нынешняя "ритуальная пляска" партий вокруг власти должна, наконец, превратиться в полноценную демократическую борьбу за власть на выборах с последующим формированием партийного правительства, ответственного перед народом и президентом страны.

Понеделков А.В., профессор, Старостин А.М., профессор, Акопов Г.Л., кандидат политических наук Северо-Кавказская академия госслужбы (г. Ростов-на-Дону): "Партийные элиты и партийное строительство в современной России".

Авторы отмечают, что реконструкция политических процессов и их осмысление осуществляется при существенном влиянии элитологической парадигмы. Российский элитообразующий процесс пока далек от своего завершения. К числу основных генерирующих структур следует отнести социальные организации, оказавшиеся наиболее устойчивыми в процессе слома социальной и политической структур советского общества. В их числе: бюрократия, новые экономические корпорации, прежние силовые структуры и структуры организованного криминала. Власть все ещё "главнее" собственности, хотя во всё большей мере перетекает в собственность, и структурирование элит идет в тесной связи с государством.

Авторы акцентируют внимание на значительное восстановление роли и места силовых элементов в составе политических элит. Укрепление политического положения и авторитета силовой группировки может быть связано с программой мер по строительству правового государства, с укреплением закона, порядка, борьбе с преступностью. Другие изменения в конфигурации элит связаны с продолжающимся замещением влияния научно-технических и гуманитарных элит информационной элитой. Эпоха экономических поисков, политических проб и ошибок не оставила новому поколению политиков практически никаких ресурсов, кроме административных.

Таков современный российский элитогенный контекст, в рамках которого происходит партогенез. Он также имеет свою этапность, и в нем также очень сильны элитные и лидерские мотивы. Рубежным стал 1993 г., когда российские партийные элиты и протопартии оказались оттеснены от формирования новой российской власти, и последствия этого до сих пор негативно сказываются на демократических процессах и формировании гражданского общества.

Седых Н.Н.: "Партии власти" как особое явление политической жизни современной России".

Выступление было посвящено анализу партий власти, как политических организаций, создаваемых или используемых властвующей политической элитой для реализации основной цели - сохранения (удержания) политической власти.

Функции представительства подобные партии если и реализуют, то вынужденно, под давлением обстоятельств с целью легитимации власти. Чаще всего заявления о выражении и защите общественных интересов носят демагогический, неопределенный характер и трудно идентифицируемы в социальном смысле. Термин "партия власти" подчеркивает недвусмысленно, что это - партия, создаваемая самой властью, или партия при власти, имеющая своей целью самосохранение данной власти. Здесь явно прослеживается противопоставление: это партия власти, а не гражданского общества.

Наибольшее распространение партии власти получили именно в России. Это обусловлено целым рядом причин, среди которых важнейшими можно считать несформированность (слабую организацию) гражданского общества в России, низкий уровень политической самодеятельности граждан, а также специфику политической культуры российского общества, характеризующийся авторитарно-монологической рассогласованностью общества и власти.

Таким образом, в России сложилась на сегодняшний день суррогатная партийная система, не отражающая интересы гражданского общества в политической системе, а являющаяся инструментом политического манипулирования власти. 

Демчук А.Л., к.ф.н., МГУ им. М.В. Ломоносова: "Экологическая проблематика в деятельности политических партий".

В России, по мнению выступающего, можно наблюдать целый ряд парадоксов. С одной стороны, экологическая ситуация на почти трети территории России не соответствует общепризнанным нормам качества окружающей среды. С другой стороны, в последнее десятилетие проблемы охраны окружающей среды уходят на задний план, как в политике, так и в общественном сознании.

Степень обеспокоенности состоянием окружающей среды снижается (при нарастании масштабов реальной опасности для здоровья населения). Большинство россиян считают, что решение социальных и экономических проблем (низкая зарплата, рост цен, проблема с жильем, трудоустройством, спад производства, преступность и т.п.) гораздо важнее заботы о сохранении редких видов животных или снижения загрязнения воздушного пространства.

Неудивительно, что политические партии, призванные представлять интересы различных слоев народа и выражать общественные умонастроения, на практике стремятся завоевать поддержку избирателей, предлагая решение наиболее значимых проблем, тоже в большинстве своем обращаются к обсуждению экологических вопросов по "остаточному принципу". Хотя с позиций статистики некоторый прогресс налицо.

Так, если в 1993 г. экологическая проблематика была выделена в особый раздел программы у 15,4% партий и блоков, то на сегодня таких уже 30,4%.

Наибольшее внимание социально-экологической проблематике в программах политических партий уделено Российской экологической партией "Зеленые", "Яблоком", Российской партией жизни.

Относительно большие разделы, посвященные экологической политике, можно найти в документах Аграрной партии, КПРФ, Народной партии, Народно-патриотической партии, Социал-демократической партии.

Варбузов А.В., доцент: "Некоторые этические аспекты в деятельности политических партий: российские реалии". 

Политическая система в России может стать соответствующей духу времени только тогда, когда в стране сложится реальная многопартийность, когда основными субъектами политического процесса станут массовые и авторитетные политические партии, представляющие разные социальные группы и формирующие от их имени профессиональный парламент.

Серьезным препятствием на пути у подлинной многопартийности является отсутствие в обществе консенсуса по поводу базовых ценностных идеалов и целей общественного развития. А нормальное функционирование многопартийности возможно лишь на базе признания и поддержания таких ценностей основными политическими силами общества.

Цинизм в выборе средств исторически безнадежен, ибо он приводит к деморализации масс, отчуждению многих людей от важных идей общества, притуплению политического и нравственного сознания, что, в конце концов, уводит от цели, которая определялась, как якобы гуманная. 

У руководства большинства политических партий верх взяли личные интересы и амбиции. В исследуемый период в России политические партии демонстрировали корыстность, коррумпированность, пренебрежение законами, относились к государственной власти как к источнику личного обогащения и получения привилегий.

Долгов В.М., профессор, Саратовский государственный университет: "Идеологический фактор в партийном строительстве на региональном уровне".

Приверженность какой-либо идеологии всегда была главным отличием партий от профсоюзов, массовых общественных движений и объединений граждан по интересам. Именно разнообразие идеологического спектра определило появление и длительное существование различных партий: демократических, социалистических, либеральных, коммунистических, консервативных и других. Весь этот партийный спектр был, кстати, воспроизведен в России начала 90-х годов, как только была провозглашена многопартийность. И именно партии способствовали оформлению разных идеологий, распространению и закреплению их в российском обществе. Через идеологии политические партии повышали уровень своей коммуникативности, расширяли социальную базу.

Воздействие идеологического фактора в региональном партийном строительстве имеет место на протяжении всей послесоветской истории России. Но масштабы этого воздействия и сама роль идеологического фактора в развитии партий менялись даже в рамках этого, сравнительно короткого периода.

С середины 90-х годов, в значительной степени под воздействием Конституции 1993 г. влияние идеологического фактора на партийное строительство и развитие партий в регионах стало быстро уменьшаться. Принижение роли идеологий в современном российском обществе, размывание партийных идеологий явилось серьезной причиной обессмысливания партийного процесса, ослабления позиций партии в избирательной борьбе. Многие партии во второй половине 90-х годов превратились в клубы или вообще исчезли, проправительственные партии каждые 1,5-2 года меняли свои названия и своих лидеров. 

Партии, убедившись в бессмысленности четких идеологических позиций, активизируют свою идеологическую работу лишь перед выборами.

На региональном уровне происходит нивелирование идеологических позиций многих политических партий и вымывание вообще идеологических аспектов из политического процесса региона. Межпартийная борьба и в центре, и в регионах особенно, всё больше концентрируется вокруг вопросов социального характера и на проблеме отношения к Президенту, правительству, проводимой ими политики.

Магомедов А.К., профессор, Ульяновский технический университет: "Межполитические отношения и легитимация российской партийной системы в контексте региональных политических практик".

В выступлении подчеркивается, что в публичной политике, особенно в обществе, пораженном глубоким и затяжным мировоззренческим стрессом, негативные эффекты, связанные с партийным строительством, гораздо более очевидны, чем позитивные. Ибо в массовом сознании они ассоциируются с парламентской демагогией, скандалами и пиаровской грязью.

Главная идея профессор Магомедова А.К. состоит в том, что в переходном обществе пространственные (в смысле уровней и сегментов власти) факторы играют важную роль в формировании партийных систем. Политическая партия может сформироваться даже при полном доминировании одного клана в регионе. Главным мотивом такого формирования является то, что лидеры этого клана хотят участвовать в политике более высокого уровня по схеме: региональные руководители - в политике федерального масштаба, а мэры региональных столиц - в политике регионального масштаба.

Профессор приходит к выводу: правящая элита, имеющая устойчивые политические позиции, не испытывает особого интереса к созданию или активизации официальных партий. Чаще всего партии создаются, когда активизируются межполитические отношения и когда меньшинство элиты бросает вызов большинству, желая либо защитить свои позиции, либо участвовать в политике более высокого уровня.

Карамышева Н.А., доцент: "Партийные системы Германии и России". 

В Германии, по её мнению, сформировалась многопартийная система с ограниченным плюрализмом, когда в парламенте нет открытой антисистемной оппозиции. Основными партиями страны на федеральном уровне стали Христианско-демократический союз и Христианско-социальный союз (ХДС/ХСС), Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), Свободно-демократическая партия (СвДП), "Союз 90" (Зеленые) и Партия демократического социализма (ПДС). Преимущества на выборах было почти всегда за ХДС/ХСС, за исключением двух побед социал-демократов в 70-е годы; на последних выборах 1998 и 2002 гг. победу снова одержали социал-демократы.

Среди других политических партий следует отметить Национально-демократическую партию, Республиканскую партию, Германский народный союз, Крестьянскую партию - малочисленные и маловлиятельные. 

Анализируя партийную систему России, Карамышева Н.А. отметила, что она находится пока на стадии формирования. Лишь немногие партии, возникшие в начале 90-х годов, сохранились и сегодня (ЛДПР, КПРФ, "Яблоко"). Остальные - объединялись в союзы и блоки с другими партиями, распадались и снова объединялись. Усиления роли партий в общественной жизни России не произошло, так как победившая партия на выборах в Госдуму в формировании правительственного кабинета не участвовала. Представители высших эшелонов власти стали предпринимать попытки усилить свои позиции в обществе с помощью так называемых "партий власти".

"Партии власти" - это чисто российский феномен, означающий поддержку властных структур со стороны специально созданных для этих целей блоков, движений, перерастающих затем в политические партии. 

В 1993 г. Таким движением стал "Выбор России" Е.Гайдара; в 1995 г. - "Наш дом - Россия" во главе с В.Черномырдиным, а в 1999 г. - сразу два движения - "Единство" и "Отечество - вся Россия", которые в скором времени объединились.

Автор делает вывод, что партийная система Германии - сложившаяся, стабильная, центристская, хорошо структурированная, серьезно влияющая на государство и на общество. В России же партийная система ещё пока не сложилась окончательно. 

Круглов А.А., доцент: "Социал-демократы Германии и России и проблемы социальной политики".

Безусловно, в развитых европейских странах и в России разный уровень экономического развития и разные возможности для решения социальных вопросов, однако России необходимо изучить общие методологические подходы к социальной политике и учесть достижения и просчеты в социальной политике западных стран.

Автор подчеркивает, что значительная поддержка гражданами противников либеральных реформ свидетельствует, что узко экономический подход к реформам и недостаточное внимание к социальной сфере лишили либеральные реформы в России широкой социальной поддержки. Значительная часть масс считает, что распределение государственной собственности осуществлено несправедливо, поэтому несправедливы и доходы, особенно в сырьевых отраслях. В этих условиях приобретает особое значение изучение опыта социальной политики европейских стран, в том числе Германии.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации