КЫРГЫЗСТАН - ЗАПАД НОВЫЙ ЭТАП ОТНОШЕНИЙ

Обозреватель - Observer 2004 №4 (171)

 КЫРГЫЗСТАН - ЗАПАД: НОВЫЙ ЭТАП ОТНОШЕНИЙ

Гульнара Кулматова,

аспирант Дипломатической академии

МИД России

 Проблемы становления Кыргызстана

в мировом сообществе

Распад советской сверхдержавы коренным образом изменил роль и место советских республик в системе международных отношений. Внешнеполитическим наследником Советского Союза стала новая демократическая Россия, но и ее роль в решении мировых проблем по многим параметрам трудно сравнить с ролью Советского Союза. Что же касается новых независимых государств Центральной Азии, то им пришлось утверждаться в мировом сообществе в качестве полноправных членов практически с нуля, и это в полной мере относится и к Кыргызстану. Разумеется, в начале 90-х годов ни одно центральноазиатское государство не могло претендовать на серьезное участие в решении мировых проблем, но вместе с тем, впервые за всю историю, после обретения государственности они самостоятельно вышли на международную арену.

Становление Кыргызстана как светского, демократического, правового государства и реального актора на мировой арене происходит в эпоху фундаментальных политических, экономических преобразований и изменений как внутри самой страны, так и в системе международных отношений, подвергающейся радикальному воздействию глобализации.

Главной задачей, вставшей перед Кыргызстаном после обретения независимости, стало строительство и полноценное функционирование суверенного государства.

Современная политическая система Кыргызской Республики ведет свой отсчет от 31 августа 1991 г. - даты принятия Декларации о политическом суверенитете Кыргызстана. 

В октябре 1991 г. был избран первый в истории Кыргызстана Президент - Аскар Акаевич Акаев.

5 мая 1993 г. на 12-й сессии Верховного Совета Республики была принята новая Конституция, законодательно закрепившая основные принципы построения государства и функционирования политической системы. Конституция определяет статус и полномочия Президента страны, ее парламента - Верховного Совета (Жогорку Кенеш), правительства, местных органов управления, органов правосудия, права, свободы и обязанности граждан Республики, закрепленные в международных конвенциях и признаваемые мировым сообществом.

Кыргызская Республика определяется согласно своей Конституции как парламентская республика с сильной президентской властью, как демократическое, правовое, секулярное (т.е. светское) государство, основанное на принципах свободы, независимости и единства. Сильный президент как глава государства - гарант единства страны и незыблемости конституционного строя, полномочный парламент как высший законодательный и контролирующий орган государства, подчиненное президенту и подконтрольное парламенту правительство - таковы по Конституции три основных элемента, призванные обеспечить устойчивость, динамизм и эффективность политической системы.

Cложные задачи встали перед Кыргызстаном и в области внешней политики. Приоритетами внешней политики страны, являющейся согласно "Концепции внешней политики Кыргызской Республики" органичным продолжением ее внутренней политики, стали защита суверенитета и территориальной целостности страны, формирование благоприятных внешних условий для осуществления экономических и политических преобразований демократической ориентации1.

С другой стороны, развал советской сверхдержавы вызвал стремление ведущих стран Запада, прежде всего Соединенных Штатов Америки, заполнить образовавшийся в Центральной Азии относительный вакуум в смысле исчезновения в нем влияния какой-либо крупной внешней силы. Опасения, что его в будущем может заполнить Китай, либо переживающий своеобразный ренессанс ислам, либо возродившаяся на какой-то новой авторитарной основе Россия, а также интерес к природным богатствам региона, чувство цивилизаторской миссии: чтобы утверждать повсюду в мире ценности рыночной экономики, демократии, верховенства закона и прав человека - все это в совокупности обусловило то, что страны Запада с самого начала 90-х годов не оставляли этот регион без внимания.

Стратегия Запада во главе с США в отношении Кыргызстана и других стран Центральной Азии, как представляется, первоначально формировалась из четырех основных элементов: 

- укрепление демократических политических механизмов и продвижение вперед рыночных реформ; 

- урегулирование конфликтных ситуаций в регионе; 

- развитие энергетики и создание энергетического и транспортного коридора между Востоком и Западом; 

- сотрудничество в вопросах обеспечения безопасности.

Немаловажное значение с точки зрения развития деловых и культурных контактов с внешним миром, привлечения иностранных инвестиций и технологии и развития туризма имеет то обстоятельство, что "Кыргызстан, по оценке многих аналитиков, дальше всех продвинулся по пути демократизации. При этом особенно подчеркивают заслуги в этом Президента А.А.Акаева… Ими высоко оценивается реальность интеллектуальных и политических свобод в стране: здесь существует свободная пресса в той же мере, как и в Москве, или Варшаве, или Праге, а также сильная оппозиция"2.

Эту взаимосвязь и взаимовлияние уровня развития демократии и социально-экономической сферы А.А.Акаев кратко охарактеризовал в своем выступлении в Институте внешней политики Швеции в марте 2002 г.: "Экономика, социальная сфера и демократическое развитие, как известно, сплетены в один тесный клубок. Без подъема экономики, полного и окончательного преодоления кризисных явлений мы не сможем решить проблемы демократического развития… И, наоборот, без полного раскрытия демократического потенциала трудно обеспечить экономический подъем"3

Для привлечения иностранных инвестиций, помимо наличия ресурсов и политической стабильности в государстве, требуется также и благоприятный инвестиционный климат.

В этом отношении в Кыргызстане сделано немало. Еще в октябре 1992 г. были приняты законы "Об иностранных инвестициях в Республике Кыргызстан" и "О концессиях и иностранных концессионных предприятиях". Согласно им иностранные компании могут заниматься предпринимательской деятельностью в горнодобывающей и обрабатывающей промышленности, сельском хозяйстве, гидроэнергетике, торговле и строительстве.

В отношении иностранных инвесторов исключается двойное налогообложение, национализация их собственности. Одновременно иностранцы пользуются налоговыми скидками в зависимости от своей доли в основном капитале совместного предприятия.

В ноябре 1997 г. на базе трех агентств и специальной комиссии при Госкомимуществе, которые ранее занимались привлечением инвестиций, ввиду недостаточной координации деятельности между ними, что обернулось значительным снижением притока инвестиций, и с учетом рекомендаций Всемирного банка был создан Государственный комитет по иностранным инвестициям.

Наконец, в конце лета 2001 г. был создан Консультативный совет по иностранным инвестициям и введен институт специального представителя Президента Кыргызской Республики по привлечению иностранных инвестиций. Выработаны Основные стратегические направления по эффективному привлечению иностранных инвестиций, известные под наименованием "матрица инвестиций". 

Помимо такого рода односторонних внутренних мер со стороны Кыргызстана имели место и двусторонние мероприятия.

Так, согласно двустороннему американо-кыргызстанскому соглашению об инвестициях созданы благоприятные условия для взаимного инвестирования капиталов, доступа к международному арбитражу и т.д. 

Германско-кыргызстанское соглашение о содействии осуществлению и взаимной защите капиталовложения, подписанное в 1997 г., предусматривает, в частности, предоставление немецким инвесторам налоговых льгот.

Западные инвестиции в Кыргызстане ко второй половине 90-х годов составили 146 млн. долл., что существенно меньше, чем в Казахстане (2997 млн. долл.), но вполне сопоставимо с Узбекистаном (190 млн. долл.), при том, что население последнего в несколько раз больше кыргызстанского.

В итоге, в 1997 г. по такому показателю, как доля иностранных инвестиций в суммарном объеме капиталовложений, Кыргызстан оказался на первом месте (65%), впереди Казахстана и Узбекистана (по 30%) и Туркменистана (20%).

Следует отметить, что объемы средств, поступающих в Кыргызстан от ведущих западных стран по государственной линии, на порядок превышают объемы частных инвестиций. Например, из Германии в Кыргызстан по состоянию на конец 90-х годов поступило средств, включая техническую помощь, кредиты и гранты, на общую сумму 144,7 млн. марок, но на долю частных германских инвесторов в ней пришлось лишь порядка 10 млн. марок.

То же касается и других западных стран. Например, Швейцария в конце 90-х годов стала ведущим внешнеэкономическим партнером, но, прежде всего на межгосударственном уровне - в рамках программ, осуществляемых на основе финансовой и технической помощи реализации проектов по развитию сельского и лесного хозяйства, здравоохранения, энергетики, туризма, поддержки малого и среднего бизнеса. Швейцария оказала также значительное содействие проведению Международного Года гор, провозглашенного ООН по инициативе Кыргызстана.

Несмотря на лидирующую пока роль связей по межгосударственной линии, крупные западные компании уже заняли определенные позиции в энергетике, добыче золота, урана, цветных и редких металлов и все активнее внедряются в обрабатывающую промышленность, в связь, транспорт, электроэнергетику, финансы, банковское и страховое дело, информатику, сельское хозяйство. 

Наибольшую активность в горнодобывающей промышленности, цветной металлургии, туризме проявляют фирмы таких стран Запада, как США, Канада, Германия, Великобритания, Швейцария, Швеция, Франция.

Представляется, что, заняв в экономике Кыргызстана и других центральноазиатских стран прочные позиции и учитывая сохраняющееся общее постсоветское культурно-языковое и хозяйственно-технологическое наследие, западные компании будут склонны идти на сотрудничество с российскими в рамках тех или иных проектов. В этом же направлении может подействовать и наметившаяся в последнее время тенденция к росту западных инвестиций в Россию и участию гигантов западного бизнеса в капитале российских компаний. С другой стороны, было бы некорректно утверждать, что якобы ведущая тенденция в этой сфере - укрепление позиций западного капитала и ослабление российских позиций.

В интервью "Российской газете" 20 февраля 2002 г. Президент А.А.Акаев особо отметил: "В начале 90-х годов по объему прямых, частных инвестиций в нашу экономику на первом месте была Турция. А вот в последние годы на первое место вышла Россия"4. Из этого можно сделать вывод, что, с одной стороны, динамика иностранных инвестиций в кыргызстанскую экономику - отнюдь не прямолинейный процесс, а с другой - то, что усиление позиций одних отнюдь не означает автоматического ослабления позиций других.

Несколько лет назад многие исследователи отмечали как чисто негативный фактор то обстоятельство, что Кыргызстан расположен в непосредственной близости к очагам напряженности в Южной Азии, Афганистане, Западном Китае. Действительно, в 90-е годы одна лишь Россия была обеспокоена проникновением в Центральную Азию извне исламистского экстремизма вместе с наркотрафиком. Это было продиктовано опасением, что светские режимы в Центральной Азии не устоят перед этим напором и могут смениться радикально исламистскими, наподобие Талибана, что создаст непосредственную угрозу уже самой России, что нашло отражение в таких конкретных действиях, как заключение еще в 1992 г. между всеми странами Содружества Независимых Государств Ташкентского договора о коллективной безопасности, размещение в Таджикистане по просьбе его правительства Коллективных миротворческих сил в составе 201-й российской дивизии и воинских контингентов Казахстана и Кыргызстана.

Что касается Запада, то его реакция на эти действия была либо нейтральной, либо даже умеренно негативной с предупреждениями о том, что такого рода меры не должны вести к восстановлению в той или иной форме российского доминирования в регионе.

Так, государственный секретарь США М.Олбрайт в июне 1998 г. заявила, имея в виду все постсоветское пространство, включая и Центральную Азию, что "Америка не признает и не будет признавать какие-либо особые привилегии или так называемые сферы влияния для России или любой другой страны вне их собственных границ"5

Военное сотрудничество центральноазиатских государств, включая, разумеется, и Кыргызстан, с Россией не приветствовалось Западом, поскольку во многом рассматривалось в первую очередь как российская попытка хоть каким-то образом, хоть в какой-то сфере сохранить свое "имперское" влияние в регионе, а не как проявление реальной обоснованной заботы о собственной безопасности. В известном смысле западные аналитики и государственные деятели в тот период проявляли инерцию геополитического мышления, привыкшего оперировать в первую очередь категориями ушедшей в прошлое эпохи имперской территориальной экспансии.

Со своей стороны, ведущие государства Запада, прежде всего США, подписали в 90-е годы с Кыргызстаном и другими центральноазиатскими странами двусторонние документы, нацеленные на поддержку независимости, суверенитета и территориальной целостности последних, развернули работу по вовлечению их в сотрудничество по таким актуальным вопросам, как контроль за экспортом оружия и военных технологий, борьба с терроризмом исламистского толка и наркоманией. Здесь активно использовались также возможности и НАТО, и ОБСЕ, и ООН.

Администрация Дж.Буша-мл., придя в Белый дом, заверила лидеров центральноазиатских государств в сохранении желания США продолжать дальнейшее развитие и углубление отношений со странами региона. Тем не менее, в новом столетии, утратив, по-видимому, иллюзию возможности быстрого закрепления своих позиций в государствах центральноазиатского региона, американская сторона начала все чаще критиковать их внутреннюю политику. США стали сокращать объемы гуманитарной помощи. 2 ноября 2000 г. Палата представителей Конгресса США приняла резолюцию № 397 с критикой выборных систем стран Центральной Азии, несмотря на то, что многие западные, в том числе американские, эксперты со скептицизмом относятся к перспективе точного воспроизведения западной модели демократии в центральноазиатском регионе.

В этот период страны Запада стали проявлять определенную двойственность и в отношении к исламской оппозиции в странах Центральной Азии, включая и Кыргызстан. Своей перманентной критикой светских режимов в центральноазиатских странах США, а за ними и некоторые европейские страны фактически оказали идеологическую поддержку местным исламистам, которые сумели быстро сориентироваться в ситуации и, подобно лидерам боевиков в Чеченской Республике РФ, стали активно прикрываться знаменем "защиты прав человека", умело используя правозащитную фразеологию и пытаясь доказать - прежде всего, западному общественному мнению - что они якобы ведут борьбу против авторитарных режимов в защиту свободы вероисповедания, прав меньшинств и прав человека в целом. К сожалению, ко времени трагических событий 11 сентября 2001 г. им удалось добиться определенных успехов в дезинформировании общественного мнения на Западе.

В итоге к началу нового столетия имиджу этих стран на Западе был нанесен определенный ущерб. Не избежал этого и Кыргызстан, который на протяжении всех 90-х годов на Западе считали страной наиболее далеко прошедшей по пути реформ и демократизации, и даже именовали "островком демократии" в Центральной Азии, могущим в перспективе стать "центральноазиатской Швейцарией".

Заслуживает внимания в этой связи то, какие именно нарушения, например, в области свободы печати, были обнаружены представителями Запада в Кыргызстане.

Так, выступая на заседании Постоянного совета ОБСЕ в Вене 5 июня 2003 г., Дуглас Дэвидсон, заместитель руководителя миссии США при ОБСЕ, заявил: "Мы озабочены сообщениями о том, что независимые газеты становятся слишком дорогими и недоступными для потребителей по причине туманных угроз рекламодателям, что те столкнутся с проблемами, если будут размещать рекламу в этих газетах. Такого рода неофициальное препятствие на пути вполне свободной и независимой прессы должно быть удалено"6. Совершенно очевидно, что речь не идет ни о закрытии газет, ни о судебном преследовании издателей, ни об избиениях или похищениях журналистов агентами спецслужб, с чем в современном мире обычно ассоциируется подавление свободы слова репрессивными режимами.

На встречах с западными представителями в период 2000-2002 гг. Президенту КР А.А.Акаеву также пришлось столкнуться с такого рода вопросами.

Так, в 2002 г., выступая перед швейцарскими экспертами по международным вопросам в Берне, он задался вопросом: "На чем же тогда основан отказ в праве Кыргызстану именоваться демократической страной с приклеиванием ярлыков авторитарности?" И сам дал на него подробный ответ: "Нет и не может быть универсальной формулы демократии, одинаково применимой для всех времен, стран и народов… Для торжества демократии в наших условиях нужна длительная, упорная, целенаправленная работа с учетом особенностей нашего исторического прошлого и трудного современного настоящего… В отношении лично себя считаю совершенно несправедливым подход, когда говорят, что демократ превратился в автократа и т.д. Это абсолютная неправда. Но я как президент действую в конкретных исторических условиях и все издержки, связанные с наследием и рецидивами прошлого, вынужденно принимаю на себя".

Обрисовав ситуацию в марте, когда в одном из южных районов Республики были массовые беспорядки, применение властями оружия и человеческие жертвы, Президент Республики указал, что виновные представители власти вплоть до премьер-министра после тщательного разбирательства понесли наказание, но подчеркнул, что "виновными оказались обе стороны и власть, и оппозиция", у которых "проявился явный дефицит демократических устоев". А.А.Акаев особо подчеркнул: "Некоторые силы… стали насаждать мифы о том, что Республика находится в состоянии политического кризиса, доводя свои оценки вплоть до состояния гражданской войны. Я не отрицаю наличия трудностей, но категорически не согласен с нагнетанием психоза о кризисе и гражданской войне. В действительности у нас идет трудный, сложный, противоречивый, доходящий порой до конфликтов демократический процесс"7.

Выступая позднее в том же 2002 г. на телемосте Вашингтон - Йельский университет, Президент КР указал: "Логово международного терроризма в Афганистане оказалось по соседству с Центральной Азией и угроза нависла над порогом нашего собственного дома. При отсутствии в обществе твердых демократических устоев действия религиозных мракобесов из Аль-Каиды, Хизб ут-Тахрира и им подобных движений, насаждаемые ими злоба и ненависть приводят к зомбированию людей, разжиганию религиозного и политического фанатизма. В сентябре прошлого года чудовищные последствия этого испытали на себе Соединенные Штаты Америки. Еще один очаг международного терроризма в Чечне отравляет атмосферу на Кавказе".

В самом Кыргызстане, по его словам, "силы, нацеленные на внутреннюю дестабилизацию, возбуждающие во имя своих конъюнктурных целей антиправительственные настроения, все еще продолжают действовать. Как Президент я исхожу из того, что именно укрепление демократических устоев, усиление внимания правам и свободам человека является лучшим лекарством для преодоления наших трудностей… Дефицит демократии является в современных условиях одним из наиболее острых глобальных вызовов человечеству. Вторым по значимости глобальным вызовом я назвал бы бедность. Именно бедность, разрыв в уровнях жизни бедных и богатых стран, различие внутри отдельных стран по уровню доходов являются питательной средой, на которой паразитирует международный терроризм, вспыхивают революции, происходит внутренняя дестабилизация, процветает наркотрафик, возникают другие опасные явления".

В целом государства Запада в отличие от центральноазиатских стран и России вплоть до 2001 г. недопонимали масштабы и характер террористической угрозы, и западные политики и эксперты продолжали рассуждать о необходимости соблюдения баланса между борьбой с ее носителями и оказанием давления на центральноазиатские правительства для продвижения демократии и прав человека7. А ведь Президент Кыргызстана еще за полгода до трагических событий в Нью-Йорке и Вашингтоне в своей статье "Взорвется ли Центральная Азия?" писал о том, что для эффективной борьбы с международным терроризмом необходимо выстраивать единый антитеррористический фронт.

Несколько позднее, выступая на совместном заседании обеих палат Жогорку Кенеша Кыргызской Республики 7 мая 2002 г., он следующим образом охарактеризовал ситуацию, существовавшую до терактов в США: "Понимая характер угрозы, в тот период мы осуществили свои надлежащие меры. По линии Договора о коллективной безопасности, СНГ и Шанхайской организации сотрудничества еще до сентябрьских событий в целях организации коллективного отпора международному терроризму были приняты решения о создании антитеррористических центров, а по линии ДКБ - Коллективных сил быстрого развертывания. Мы в тот период волей судьбы оказались форпостом в борьбе с международным терроризмом.

Однако сентябрьская действительность превзошла самые худшие опасения"8.

Эти события послужили новым импульсом к сближению с Западом не только Кыргызской Республики, но и ее партнеров и союзников по СНГ, ДКБ и ШОС, включая и Россию.

Условной датой такого изменения можно считать 11 сентября 2001 г., когда США впервые стали жертвой агрессии со стороны международного терроризма на своей собственной территории, которая почти два века считалась недоступной для внешнего противника с того самого времени, когда Великобритания, покончив с Наполеоном, попыталась, действуя с территории своих канадских владений, взять реванш за поражение в борьбе с американскими колонистами. После того, как режим Талибана, бросив вызов всему мировому сообществу, отказался выдать руководство "Аль-Каиды", ответственное за чудовищные террористические акты 11 сентября 2001 г., и началось формирование антитеррористической коалиции и подготовка к силовой операции против режима в Кабуле, очевидным стало чрезвычайно выгодное с этой точки зрения стратегическое положение центральноазиатского региона для ее проведения.

Руководство Кыргызстана немедленно откликнулось на бесчеловечную акцию международного терроризма против мирных граждан Америки.

Президент А.А.Акаев в послании с соболезнованиями Президенту США Дж.Бушу отметил, в частности, что "необходимо усилить международное сотрудничество в борьбе с этим глобальным злом без границ и национальностей". 1 октября 2001 г. Президент А.А.Акаев обратился с "Призывом к американскому народу", в котором сказал: "Наша гористая центральноазиатская страна находится вдалеке от США, но в трагический день 11 сентября географическое расстояние потеряло свое обычное значение. Народ Кыргызстана воспринял события в Нью-Йорке и Вашингтоне как свою собственную трагедию. Наши сердца испытали ту же самую боль и бились в такт с вашими. Движимые чувством солидарности, в ответ на призыв Президента Буша мы объявили о своем решении присоединиться к международному сообществу в борьбе с международным терроризмом. Действуя от имени своего народа как Президент страны я разрешил использование воздушного пространства Кыргызской Республики для борьбы против международного терроризма. Вместе с нашими партнерами и союзниками в регионе мы готовы к дополнительным мерам в приближающейся антитеррористической кампании и, конечно, в рамках наших фактических возможностей"9.

Призыв Президента Дж.Буша о создании антитеррористической коалиции и практические действия США получили полную поддержку Кыргызстана, который к тому времени уже не первый год неоднократно подвергался атакам террористического интернационала. В координации и по согласованию с партнерами и союзниками Кыргызская Республика дала согласие на размещение на своей территории воинского контингента коалиции, внося тем самым весомый вклад в общие усилия. Это отвечало как национальным интересам Кыргызстана, так и интересам других его партнеров и союзников, включая - если рассматривать этот вопрос в широкой геополитической перспективе - и США, и Россию, и Китай.

Следует отметить, что размещение в Кыргызстане и других центральноазиатских странах вооруженных формирований антитеррористической коалиции истолковывалось некоторыми как антироссийская акция, заход в тыл России, в ее "мягкое подбрюшье" и т.п. 

Президент Кыргызстана А.А.Акаев на церемонии вручения ему диплома Почетного доктора Дипломатической академии МИД России 7 февраля 2002 г. дал исчерпывающий ответ на эти рассуждения: "Некоторые силы пытаются представить нынешнее присутствие в Кыргызстане и других центральноазиатских странах весьма ограниченных вооруженных формирований антитеррористической коалиции как действия, идущие вразрез с российскими интересами и имеющие целью ограничить российское влияние в регионе или вообще вытеснить оттуда Россию. Со всей ответственностью хотел бы заявить, что подобные спекуляции не имеют под собой основы. Они могут иметь лишь неблаговидную цель - вбить клин, с одной стороны, между Центральной Азией и Россией и, с другой стороны, между Россией и США. Свои шаги мы полностью соразмеряли и соразмеряем с интересами России и действуем согласованно. Россия была, есть и будет нашим верным другом и стратегическим союзником. Мы вместе с тем дорожим сотрудничеством с Соединенными Штатами, намерены и впредь вести линию на укрепление связей с США, но будем это делать не за счет России.

Можно поставить вопрос и по-другому. Каждая цивилизованная страна, претендующая на ответственную внешнюю политику, после 11 сентября предстала перед необходимостью быстро определиться в своих действиях… Как перед Кыргызстаном, так и перед Россией, открывался единственный и по существу безальтернативный путь. Мы были вынуждены по нему в тот период пойти. Это путь совместной с мировым сообществом борьбы с международным терроризмом, тем более что для обеих наших стран угроза находилась не за тридевять земель, а нависала над собственным домом. Наш взаимно согласованный выбор был однозначным. В своих решениях, в чем я глубоко убежден, мы не ошиблись"10.

Президент России В.В.Путин, со своей стороны, как руководитель страны, которая к тому времени уже не первый год вела борьбу с международным терроризмом и также без колебаний и двусмысленностей включилась в усилия международной коалиции по борьбе с этим злом, проявил геополитическую мудрость, дав понять, что российское руководство c полным пониманием относится к этим действиям.

"Во время моих февральских (2002 г. - Авт.) встреч в Москве с Президентом В.Путиным, а затем в ходе мартовской встречи с ним в Алма-Ате мы "сверили часы" и еще раз подтвердили согласованность своих позиций, - сообщил А.А.Акаев, выступая перед депутатами парламента Республики. Я вновь заверил российского лидера, что Кыргызстан был, есть и будет надежным стратегическим партнером и союзником России".

Есть все основания считать, что 11 сентября 2001 г. начался новый этап отношений Кыргызской Республики с государствами Запада. При этом в отношениях Кыргызстана с западными государствами, прежде всего США, заметно возрос удельный вес сотрудничества в области обороны и безопасности, что явилось отражением смены приоритетов в американской политике по отношению к центральноазиатскому региону. 

Следует отметить, что боеспособность вооруженных сил самого Кыргызстана, несмотря на предпринимаемые руководством страны усилия, сотрудничество и в рамках ДГБ, и с западными государствами по этой линии, пока еще недостаточна. Армии Республики присущи все те же проблемы, что и армиям других постсоветских государств, причем в Кыргызстане, уровень жизни в котором заметно ниже, чем, например, в России, эти проблемы имеют более острый характер. Именно в силу этого руководство Республики приступило к реализации планов реформы вооруженных сил, включая и перевод войск на контрактную основу. Тем не менее, вопрос об их непосредственном участии в антитеррористической операции в Афганистане не поднимался. 

Но Кыргызстан не мог оставаться в стороне от усилий международного сообщества.

Президент Кыргызстана А.А.Акаев подчеркивал: "В стратегических планах экстремистов ставка делается на создание исламского государства, пути достижения этой цели - дестабилизация светских демократических государств Центральной Азии путем террора. Терроризм отныне претендует на роль самостоятельного политического феномена, стремящегося к перераспределению власти, территорий и имеющихся ресурсов. Вызов, брошенный террористами, должен встретить самый решительный отпор. Поэтому проводимая сейчас в Афганистане антитеррористическая операция полностью отвечает интересам Кыргызстана"11.

Вклад Кыргызстана в усилия антитеррористической коалиции выразился в его согласии на размещение на кыргызской территории ее воинских контингентов и предоставлении в ее распоряжение воздушного пространства Республики в период подготовки военной операции против режима Талибан и боевиков "Аль-Каиды" в Афганистане. В столичном гражданском аэропорту "Манас" расквартировалась авиабаза стран НАТО, сыгравшая чрезвычайно важную роль в афганской кампании, завершившейся отстранением режима талибов от власти. В 2002 г. международный контингент, расквартированных на этой базе насчитывал примерно 300 чел. (американских и французских военнослужащих)12. В дальнейшем численность этого контингента была на порядок увеличена. Для этого имелись веские основания.

Оценив победу международной антитеррористической коалиции над режимом Талибана как "блицкриг", Президент А.А.Акаев особо подчеркнул, что талибы и аль-каидовцы "потерпели только военное поражение: лишились своих основных баз, испытали огромный шок. Но от блицкрига большего и нельзя было ждать. У меня лично нет никаких сомнений в том, что значительная часть их живой силы наверняка сохранилась и просто рассеялась среди мирного населения афганского Бадахшана. Нас многому научил 1999 г., когда отряды международных террористов предприняли попытку прорваться через Кыргызстан в Ферганскую долину. Появление нескольких тысяч до зубов вооруженных бандитов стало для нас полной неожиданностью".

Что касается присутствия США и НАТО в Республике, отметил А.А.Акаев, то "никаких долгосрочных военных баз США или сил международной коалиции в Кыргызстане не будет. Продолжительность их пребывания на нашей территории ограничится сроком, необходимым для того, чтобы полностью уничтожить сеть военных баз террористов в Афганистане"13. Причина очевидна: "Силы антитеррористической коалиции, дислоцированные в Афганистане и других странах региона, должны довести свою миссию до конца. Иначе все придется начинать сначала"14.

Дальнейшие события подтвердили правоту данного вывода. Победа над Талибаном не стала и не могла стать окончательной победой над международным терроризмом. Впрочем, об этом говорили и американские лидеры и эксперты, и зарубежные, подчеркивая долгосрочный, многолетний характер войны против терроризма.

Международные силы содействия безопасности (International Security Assistance Force - ISAF - МССБ) и вооруженные формирования нового правительства Афганистана контролируют в основном крупные города и их окрестности и несут потери со стороны перегруппировавшихся сил Талибана и "Аль-Каиды". Все свидетельствует в пользу того, что в ближайшем будущем не следует ожидать вывода МССБ из Афганистана, а это означает сохранение востребованности базы в аэропорту "Манас" и инфраструктурных объектов на территории других центральноазиатских государств в интересах борьбы с международным терроризмом.

Следует отметить, что в связи с открытием на территории Кыргызстана российской военной авиабазы в Канте в соответствии с российско-кыргызстанским соглашением "О статусе военнослужащих Вооруженных сил РФ в Киргизии", подписанным в рамках Организации Договора о коллективной безопасности, в некоторых средствах массовой информации, в том числе и в российских, появились спекуляции о том, что якобы "главная цель авиабазы в Канте - служить противовесом натовской авиабазе в "Манасе", расположенной всего в 30 км", и что "наличие двух авиабаз на столь близком расстоянии друг от друга уже породило проблемы совместного использования воздушного пространства"15.

Министр обороны Республики Эсен Топоев в связи с подписанием соглашения с Россией указал, что все находящиеся в Кыргызстане иностранные военные группировки имеют "различный формат" и у них "разные задачи". Он подчеркнул, что база в "Манасе" используется "исключительно для ведения военной кампании в Афганистане", в то время как воинский контингент в Канте будет нацелен "на ведение специальных военных операций против внезапных военных вылазок по отношению к странам региона каких-либо других враждебных сил". Что же касается вопроса об использовании воздушного пространства, он отметил, что деятельность обеих баз определяется "Воздушным кодексом" Кыргызской Республики, и все перелеты в воздушном пространстве Республики "выполняются под руководством Единого центра управления воздушным движением и по согласованию с ним"16.

Об отсутствии противоречий в этом вопросе и фактической взаимодополняемости военных объектов НАТО и России на территории Кыргызстана говорил в интервью российской печати руководитель Отдела обороны и безопасности Администрации Президента Кыргызстана Болот Джанузаков17.

Сотрудничество Кыргызстана со странами Запада в борьбе против международного терроризма не ограничивается только предоставлением территории для военно-воздушной поддержки антитеррористической операции НАТО в Афганистане.

США выразили готовность оказать помощь Кыргызской Республике в подготовке миротворцев, спецназа и военных медиков. Об этом в августе 2003 г. заявил в Бишкеке новый командующий Центрального командования США Джон Абизэйд. При поддержке США в Республике будет создана школа сержантов, на что министерство обороны США намерено выделить 6 млн. долл18.

Кыргызстан получает военную помощь и от других стран НАТО, в частности от Германии - военную технику и боеприпасы, а его военнослужащие обучаются в Германии19.

Кроме того, на международных форумах в рамках ООН, НАТО, ОБСЕ и других международных организаций и при двусторонних контактах партнеры Республики неоднократно высказывали мысль о необходимости не допустить превращения центральноазиатского региона в рассадник терроризма20. Соответственно, участие Кыргызстана в антитеррористической борьбе выражается также и в мерах, принимаемых внутри страны. Осенью 2003 г. экстремистские организации интенсифицировали свою деятельность в Кыргызстане.

По сообщению МВД Республики, в городах на юге и севере страны появились листовки с призывами к мусульманам "создать международный исламский халифат" и "объединиться для войны против неверных", а также с угрозами в адрес США. По мнению властей, это оказалось связано с ноябрьским решением Верховного суда Республики, которым четыре организации - Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами, Исламская партия Туркестана, Организация освобождения Туркестана и Восточно-Туркестанская исламская партия - были признаны террористическими и экстремистскими и их деятельность на территории Республики была запрещена, при том, что их создание и деятельность уже явились прямым нарушением п.4 ст.8 Конституции Кыргызской Республики. 

В новых условиях двойственность в подходе западных государств и, прежде всего США, к внутренней ситуации в Кыргызстане и других центральноазиатских государствах-союзниках по антитеррористической коалиции, выражавшаяся в некоторых высказываниях западных представителей и комментариях прессы о, якобы, ущемлении прав и свободы слова оппозиционных сил, стала уменьшаться. Об этом свидетельствуют, например, факты существенного расширения американской помощи Кыргызстану в период после 11 сентября 2001 г.

В документе Государственного департамента США, посвященном помощи Кыргызской республике в 2002 финансовом году, в частности, говорилось: "Как результат усилившегося после 11 сентября 2001 г. сотрудничества, правительство США существенно расширило связанную с безопасностью помощь Кыргызской Республике. В соответствии с программой экспортного контроля и связанной с ним безопасности границ (Export Control and Related Border Security program - EXBS) кыргызские пограничники, таможенники и министерство обороны получили радиостанции, компьютеры, транспортные средства и средства защиты для содействия патрулированию и охране гористых приграничных регионов Кыргызстана. Помощь по линии EXBS также оказывается инфраструктурной поддержке пограничным силам и силам безопасности, действующим между различными въездными пунктами, и это включает в себя закупку… вертолетов, авиационной техники, систем наблюдения и связи, средств защиты, приборов ночного видения, транспортных средств, бронежилетов… Правительство Кыргызской Республики также получает в 2002 финансовом году 11 млн. долл. по линии программы финансирования иностранных вооруженных сил… и 600 тыс. долл. по линии программы образования и обучения иностранных военных для улучшения способности оперативного взаимодействия с силами США, НАТО и Коалиции…

Кроме того, государственный департамент увеличил свою помощь, связанную с обеспечением безопасности, с 0,5 млн. долл. в 2001 финансовом году до 1,25 млн. долл. в 2002 финансовом году на нужды Научного центра и Фонда гражданских исследований и разработок (CRDF), которые помогают Кыргызской Республике переориентировать бывших советских ученых-оружейников на мирные гражданские исследования. Техническая и учебная помощь в области борьбы с преступностью будет оказываться на базе ныне предпринимаемых в Кыргызской Республике усилий по борьбе с наркотиками. Цель - усовершенствовать инфрастуктуру и обучение в области перехвата и правоохранения для деятельности антинаркотических структур"21

В результате, по оценке американской стороны, с которой в целом совпадают и оценки их союзников по НАТО, "с 11 сентября 2001 г. возросшая американская помощь стала ключевой в деле стимулирования государств Центральной Азии к проведению экономических и политических реформ и реформ в области прав человека. Хотя ситуация носит смешанный характер, общая тенденция позитивна… Правительство Кыргызстана и Всемирный банк разработали и осуществляют всеобъемлющую стратегию развития, нацеленную на сокращение бедности и общий экономический рост.

В декабре 2001 г. МВФ утвердил займ для Кыргызстана в размере 98 млн. долл. на сокращение бедности и содействие росту.

В марте 2002 г. Парижский клуб кредиторов реструктурировал внешний долг Кыргызстана, сократив выплаты по нему в период 2002-2004 гг. со 101 млн. долл. до 5,6 млн. долл. Президент Акаев и его правительство предпринимают серьезные усилия по улучшению инвестиционного климата и расширению экспорта…

Диалог с оппозицией закладывает основы для плавной конституционной передачи власти… Созванный в сентябре 2002 г. Конституционный совет Кыргызстана сделал рекомендации для более широкого разделения полномочий между ветвями власти, совершенствования судебной власти и развития местного самоуправления… Правительство Кыргызстана приняло ряд шагов для включения оппозиционных политиков и правозащитных неправительственных организаций в процесс принятия решений. Например, они участвуют в работе Конституционного совета.

Ряд государственных структур в Кыргызстане, включая министерство внутренних дел, попросили оказать им помощь и обеспечить обучение с тем, чтобы их практическая работа была приведена в соответствие с международными стандартами.

Ответственность за пенитенциарную систему передана министерству юстиции, которое открыло все объекты для международных инспекций и попросило оказать помощь для улучшения условий в них…

Правительство США остается глубоко привержено интенсивному диалогу и лидерами и старшими должностными лицами… Мы сказали им, что наши новые отношения - надолго. Мы считаем, что эта твердая приверженность будет продолжать приносить позитивные плоды, которые в конце концов приведут к расширению прав и улучшению жизни народов Центральной Азии"22.

Схожие в целом позитивные оценки даются и на официальном интернет-сайте Министерства иностранных дел и по делам Содружества Великобритании: "Положение с правами человека в Кыргызстане носит смешанный характер, но оно определенно наилучшее в Центральной Азии… Озабоченность вызывает, в частности, преследование независимых средств массовой информации и неофициальных "фундаменталистских" исламских групп, таких как Хизб-ут-Тахрир, и коррупция среди судей"23.

Следует также отметить, что за этот же период ряд исламистских организаций, действовавших в Центральной Азии и прилежащих к ней регионах, попали в официальный список террористических организаций, который ведет государственный департамент США.

В определенной мере одним из самых последних по времени мероприятий, где были подведены итоги развития политических отношений Кыргызстана с США (а значит, и во многом с Западом в целом) стала встреча 14 ноября 2003 г. в Доме Правительства Президента Кыргызской Республики А.А.Акаева с заместителем помощника государственного секретаря США, директором бюро по европейским и евразийским делам государственного департамента США Элизабет Джоунс и помощником государственного секретаря США по вопросам демократии, прав человека и труда Лореном Крейнером. 

На встрече А.А.Акаев с удовлетворением отметил, что за последние годы в значительной степени окрепли и расширились отношения в сферах безопасности, борьбы с международным терроризмом.

По вопросу экономического сотрудничества Президентом было подчеркнуто, что достигнутый в текущем году рост в экономике страны создал хорошие условия для привлечение иностранных инвестиций, и на данный момент идет активное сотрудничество Республики со всеми международными финансовыми организациями. 

Э.Джоунс поблагодарила Президента и правоохранительные структуры Республики за обеспечение безопасности авиабазы "Ганси". Она выразила благодарность за активное содействие Кыргызстана в борьбе с международным терроризмом и отметила, что усилия руководства страны по широкому обеспечению защиты прав человека в стране в 2003 г. стали условием, гарантирующим стабильность и развитие в республике. 

Э.Джоунс отметила заинтересованность США в развитии регионального сотрудничества в Центральной Азии и заявила, что правительство США предпринимает активные шаги по решению пограничных проблем, улучшения условий для развития регионального экономического сотрудничества.

Президент А.А.Акаев подтвердил твердую позицию Кыргызстана развивать партнерские отношения со всеми великими державами, такими как США, Россия и Китай, а также со всеми соседними странами в ЦА регионе24.

Таким образом, можно констатировать, что в новых условиях развернувшейся глобальной борьбы с международным терроризмом геополитические установки стран Запада в отношении Кыргызстана, равно как и его соседей, претерпели существенные изменения. Это особенно характерно для Соединенных Штатов Америки.

В документе, подготовленном Бюро по европейским и евразийским делам Государственного департамента по политике США в отношении государств Центральной Азии, составленном в форме вопросов и ответов, содержатся весьма примечательные формулировки. В том, что касается Кыргызстана, они выглядят следующим образом:

"Вопрос: Некоторые утверждают, что США игнорируют репрессии в Центральной Азии в обмен на сотрудничество в области безопасности. Правда ли, что после усиления военного присутствия Соединенных Штатов в регионе, положение с правами человека ухудшилось?

Ответ: Нет, это неправда… У Кыргызстана был трудный год (2002 - Авт.), но в ходе недавних протестов правительство проявляло возросшую сдержанность… Мы полагаем, что впечатление, будто политика США в области безопасности в регионе вдохновила руководителей ужесточить политику в области прав человека, проистекает из того, что идеалы активистов (оппозиции - Авт.) не воплощаются в жизнь быстро. Мы глубоко симпатизируем их целям, но мы должны подчеркивать, что для изменения глубоко устоявшихся характеристик поведения требуется глубокая приверженность им и интенсивная работа на протяжении длительного периода времени. 

Вопрос: Что конкретно вы можете сказать о положении с правами человека в Центральной Азии? 

Ответ: Региональная картина прав человека в Центральной Азии, несомненно, носит смешанный характер - ограниченный, но реальный прогресс в Узбекистане и Таджикистане, застой в Туркменистане и отступления в некоторых специфических областях в Казахстане. Хотя Кыргызстан продемонстрировал реальный прогресс за прошедший год, степень его приверженности (правам человека - Авт.) станет более ясной со временем… В Кыргызской Республике, обладающей наиболее, вероятно, активным гражданским обществом в Центральной Азии, Президент Акаев начал этим летом диалог с умеренной оппозицией, и мы надеемся на подлинно демократическую передачу власти, когда срок пребывания Акаева у власти истечет в 2005 г. Он также инициировал процесс, который, если будет неуклонно продолжаться, приведет к фундаментальному сдвигу в балансе сил в стране в пользу более демократических норм"25

У многих неизбежно возникает вопрос: как новый этап гораздо более активного сотрудничества Кыргызстана с США и другими странами Запада сказывается на его отношениях с Российской Федерацией?

Разумеется, если следовать общепринятым в период "холодной войны" правилам "игры с нулевой суммой", относительное расширение западного присутствия - как экономического, так и военного - в Центральной Азии неизбежно означает относительное сужение присутствия российского (равно как и, например, китайского или иранского). Однако, как представляется, ни США, ни какая-либо другая держава Запада не ставит своей целью полное вытеснение России из данного региона. И здесь действуют вековые векторы дружбы и сотрудничества двух народов.

Один из самых авторитетных американских политологов З.Бжезинский писал: "Исключение России из Центральной Азии в равной степени нежелательно и неосуществимо, как и раздувание противоречий между новыми государствами этого региона и Россией… Наличие России в качестве партнера, а не исключительного господина, также может принести существенные экономические выгоды"26.

Эти слова были написаны задолго до событий 11 сентября в США, а именно - в период обострения отношений между Россией и НАТО в связи с кризисом в Косово.

В то же самое время не следует впадать в крайности, преувеличивая значение Центральной Азии и, соответственно, Кыргызстана для глобальных геополитических планов и акций Соединенных Штатов. Они отнюдь не находятся в числе первоочередных приоритетов США на мировой арене.

Показательна книга патриарха американской дипломатии Г.Киссинджера "Нужна ли Америке внешняя политика?". В ней уже упоминаются события 11 сентября 2001 г., однако о Центральной Азии говорится один-единственный раз - причем лишь в контексте американо-китайских отношений: "Двум странам придется взаимодействовать в таких регионах, как Центральная Азия, Ближний Восток - особенно Иран - и Корея". Конкретно об "Узбекистане, Азербайджане, Казахстане, Таджикистане и Туркменистане, бывших советских республиках и по-прежнему являющимися регионами, весьма важными для безопасности России", которые подвержены угрозе радикального исламизма (причем заметим, что здесь упоминания Центральной Азии и Кыргызстана, в частности, вообще отсутствуют), говориться в Заключении - в контексте отношений с Россией.

"Региональные" же главы книги озаглавлены следующим образом: "Америка и Европа" (отношения с Россией - лишь один из восьми подразделов), "Западное полушарие", "Азия" (подразделы по Японии, Корее, Китаю и Индии - Россия в списке проигнорирована) и "Ближний Восток и Африка"27.

Автор книги - отнюдь не один из многих американских дипломатов-пенсионеров, к мнению которых мало кто прислушивается, а принадлежит к достаточно узкому кругу ведущих консультантов президентской администрации по вопросам внешнеполитической стратегии. И представляется, что нынешняя расстановка руководством Соединенных Штатов регионов мира согласно их геополитической приоритетности в целом соответствует структуре и порядку, использованному в книге Г.Киссинджера.

Подводя итог, можно сказать, что после событий 11 сентября 2001 г. относительная маргинальность Центральной Азии в целом и, в частности, Кыргызстана в общем контексте глобальной американской стратегии сменилась большей заинтересованностью и более активным проникновением сюда США. Однако и весь регион, и составляющие его страны, включая Кыргызстан, не занимают и, очевидно, не будут занимать место на шкале первоочередных внешнеполитических приоритетов США и других стран Запада.

Несомненно, развитие политического, экономического и военного сотрудничества Кыргызстана, равно как и его соседей по региону, с ведущими государствами Запада при всех неизбежных издержках приносит ему несомненную пользу. Что касается Запада, то и для него такое сотрудничество представляет несомненный интерес. При том, что о степени этого интереса можно судить по масштабам присутствия, которое, если сравнивать его с западным (американским) присутствием в Европе или Восточной Азии, пока достаточно скромное.

В интервью российской прессе осенью 2003 г. Президент А.А.Акаев подчеркнул: "Линия на вытеснение России из нашего региона, если таковая в США вообще существует, была бы недальновидной и не учитывала бы существующих реалий… Стратегические интересы США могут быть реализованы иными, исключающими конфронтацию способами… Не исключено, что по мере укрепления российско-американских отношений Вашингтон согласится с тем, что Москва имеет неоспоримое право на вхождение Центральной Азии в зону ее интересов. В этом случае "центральноазиатский мандат России" был бы признан международным сообществом. При всех условиях роль России в Центральной Азии будет в перспективе повышаться. Любые планы по выдавливанию России из региона заранее обречены на провал"28.

Выступая на торжественном открытии Дней культуры Кыргызстана в России 22 сентября 2003 г. Президент Кыргызстана особо отметил: "Для Кыргызстана нет в мире страны, которая была бы ближе и дороже, чем Россия… И где бы я ни был, какую бы страну я ни посещал - и в Вашингтоне, и в Париже я всегда говорю: "Россия дана нам Богом и историей", и Кыргызстан был и остается верным другом и надежным союзником России в XXI столетии".

Тогда же Президент В.В.Путин, со своей стороны, подчеркнул: "Наши государства исторически связаны. Я бы сказал - имеют неразрывные узы. Сегодня мы, как и прежде, вместе".

Уход США и других государств Запада из Кыргызстана и других стран региона Центральной Азии - если представить себе такую гипотетическую ситуацию - вероятнее всего привел бы к заполнению вакуума другими внешними силами, к тому же имеющими в резерве больше ресурсов, чем Россия, которая в настоящее время сотрудничает с центральноазиатскими государствами в меру своих потребностей и возможностей. В таком уходе объективно не заинтересованы ни Запад, ни Россия, ни сами центральноазиатские государства, включая и Кыргызстан. В целом же, говоря словами А.А.Акаева, "независимо от той борьбы, которая разворачивается вокруг Центральной Азии, обстановка определяется, прежде всего, самими странами региона. Мы намерены сами быть хозяевами своей судьбы".

Примечания

1  Концепция внешней политики Кыргызской Республики // Официальный веб-сервер органов государственной власти Кыргызской Республики. http://www.kg/cgi-bin/page.pl?id=329

2  Джекшенкулов А. Новые независимые государства Центральной Азии в мировом сообществе. М., Научная книга. С.81.

3  Шведская модель социального прогресса и кыргызский путь к демократии. Доклад Президента Кыргызской Республики А.Акаева в Институте внешней политики Швеции. 7 марта 2002 г. http://www.gov.docs/020228_Sweden.htm

4  Российская газета. 2002. 20 февраля.

5  The New York Times. 1998. June 26.

6  Davidson D., Deputy Chief US Mission to the Organization for Security and Cooperation in Europe. Kyrgyzstan: OSCE Center in Bishkek. Statement to the OSCE Permanent Council. Vienna. Austria. 2003. June 5. http://www.state.gov/p/eur/rls/rm/2003/21334.htm

7  NATO - Russia Parliamentary Standing Committee. Discussion Paper. II. Combating Terrorism: the Increasing Strategic Relevance of Post-Soviet Central Asia (Ref: 194 SCRF 03 E). Orlando, Florida, United States. 2003. 7 November.

8  Выступление Президента Кыргызской Республики А.Акаева на совместном заседании обеих палат Жогорку Кенеша Кыргызской Республики 7 мая 2002 г. "Кыргызстан в изменившемся мире. http://www.gov.kg/docs/07052002.htm

9  Askar Akayev, President Kyrgyz Republic. An Appeal to the American People. October 1. 2001. Kyrgyzstan Development Gateway at: http://eng.gateway.kg/pres_message_condolence

10  Кыргызстан и Россия - вместе в XXI век. http://www.gov.kg/docs/diplomat.htm

11  Независимая газета. 2001. 10 ноября.

12  Российская газета. 2002. 20 февраля.

13  Независимая газета. 2002. 20 февраля.

14  Независимая газета. 2002. 9 февраля.

15  Независимая газета. 2003. 23 сентября.

16  Там же.

17  Независимая газета. 2003. 24 октября.

18  НГ - Дипкурьер. 2003. 29 сентября.

19  Kyrgyzstan Daily Digest. Radio Free Europe/Radio Liberty KYRGYZ NEWS. A Daily Review of News From Kyrgyzstan. 2001. October 30.

20  Speech by Federal Foreign Minister Fischer in the German Bundestag during the debate on the current international situation on 13 February 2003 (excerpts). http://www.auswaertiges-amt.de/www/en/ausgabe_archiv?archive_id=4067

21  U.S. Assistance to the Kyrgyz Republic - Fiscal Year 2002. Fact Sheet. Bureau of European and Eurasi-an Affairs, U.S.Department of State. Washington, DC. 2002. November 15. http://www.state.gov/p/eur/rls/fs/15220.htm

22  U.S. Engagement in Central Asia: Successes. Fact Sheet. Bureau of European and Eurasian Affairs. Washington, DC. 2002. November 27. http://www.state.gov/p/eur/rls/fs/15561.htm

23  Country Profile. Foreign and Commonwealth Office Country Profiles. The Kyrgyz Republic. Kyrgyzstan's Relations with the UK. http://www.fco.uk/ ShowPage&c=Page&cid=1007029394365&a=KcountryProfile&aid=101923372111

24  Интернет-представительство Президента Кыргызской Республики. Пресс-служба. Новости. 14.11.2002. У Кыргызстана твердая позиция развивать партнерские отношения со всеми великими державами. http://www.president.kg/press/news/678/

25  U.S. Policy in Central Asia: Frequently Asked Questions. Prepared by State Dept.'s Office of Central Asian Affairs. 2002. 20 November. P.2

26  Бжезинский З. Великая шахматная доска. М., 1998. С.179.

27  Kissinger H. Does America Need a Foreign Policy? Toward a Diplomacy for the 21st Century. London, Simon and Schuster UK Ltd., 2002. Р. 13-14, 162, 314.

28  Известия. 2003. 11 ноября.


Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте

  • <a href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX" data-mce-href="http://www.instaforex.com/ru/?x=NKX">InstaForex</a>
  • share4you сервис для новичков и профессионалов
  • Animation
  • На развитие сайта

    нам необходимо оплачивать отдельные сервера для хранения такого объема информации